Евгений Гаглоев – Огненное проклятие демона (страница 27)

– А мне что делать? Вдруг сюда нагрянут родители Ди, как я смогу их остановить?

– Не думаю, что они придут так поздно. Ты просто покрутись тут в коридоре. И главное, что бы там ни происходило, не входи в палату.

– Почему? – еще сильнее испугалась Нина.

– Эта старуха – истинная черная ведьма, из самых сильных, – шепотом пояснил Денис. – Если тут что-то начнется… Я могу попытаться дать ей отпор. Но ты сразу убегай, чтобы я не переживал за твою безопасность, поняла? Мне будет проще, если я буду знать, что ты в порядке. Пообещай мне!

– Обещаю, – неохотно кивнула Нина. – Но ты тоже не лезь на рожон. У меня, кроме тебя, никого нет, помнишь? Тетушек я в расчет не беру, они нам весьма дальние родственницы. А ты… В общем, береги себя.

– Хорошо, – чуть заметно улыбнулся Денис. – Я постараюсь.

Едва он переступил порог палаты, дверь захлопнулась, оставив перепуганную Нину в больничном коридоре.

Денис взглянул на Диану и обомлел. Вообще, обстановка в палате вдруг напомнила ему сцену из старого фильма «Вий». Ди лежала на койке, выдвинутой в центр комнаты, а вокруг нее на полу фосфоресцировали линии большой замысловатой пентаграммы, по внешнему кругу которой были расставлены шесть длинных черных свечей. Только их пламя сейчас освещало помещение. В ногах Дианы, у спинки кровати, стояло узкое, двухметровое зеркало в черной деревянной раме, и девушка отражалась в нем полностью.

У окна палаты маячил Дмитрий. Помощник мадам Анаит стоял так тихо и неподвижно, что почти сливался с окружающей обстановкой. В руках громилы поблескивал хрустальными гранями один из обскурумов. В темноте было отчетливо видно, как внутри куба периодически вспыхивают багряные всполохи.

– Это один из тех, что мы принесли из Зерцалии? – спросил Денис.

– Именно, – с улыбкой подтвердил Ипполит Германович. – Вы не зря совершили столь опасное путешествие.

– И который это из семи?

– Свет. Именно он подходит для наших целей лучше всего. Мне уже не терпится увидеть его в деле, – восхищенно пробормотал Бестужев.

– Круг силы умеешь удерживать? – осведомилась у Дениса мадам Анаит.

Парень смерил ее настороженным взглядом. Она и правда общалась с ним как ни в чем не бывало. Будто ничего не случилось тем вечером в особняке Бестужева в Белогорах.

– Умею, – кивнул Чернокнижец.

– Отлично! Здесь требуется особенно мощный, я усилила его сразу несколькими охранными заклятиями. Нужно удерживать то, что внутри девчонки. И не дать ему вырваться наружу.

– Внутри нее сидит демон Алакобал, – выпалил Денис. – Я узнал об этом лишь недавно. Может, эта информация вам пригодится? Понадобится немало сил, чтобы изгнать его.

– Как интересно, – подумав, ответила Анаит, но больше ничего не сказала и встала в середине палаты.

– Алакобал? Тот самый? – удивился Ипполит Германович. – Я слышал его имя еще в Белогорах.

– Именно он, – подтвердил Чернокнижец. – Тварь очень сильная, поэтому нам нужно быть крайне осторожными. А где же ваши люди? Туз, Лола?

– О, они тоже где-то здесь, в больнице, – сообщил Бестужев. – Мы оставили их внизу на случай, если кто-то вдруг решит нам помешать.

– А княгиня Щергина больше не объявлялась?

– Я ее так и не видел, – и глазом не моргнул Ипполит Германович.

Денис быстро взглянул на старую ведьму. Мадам Анаит невозмутимо взяла из рук Дмитрия обскурум, коснулась нескольких символов на его блестящих боках, а затем поместила хрустальный куб на пол у подножия зеркала.

– Куб света, – тихо произнесла старуха. – Лишь бы она увидела этот свет и догадалась пойти к нему… Ты любишь эту девчонку, Чернокнижец?

– Люблю, – выдохнул Денис, глядя на Диану.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнула старуха. – Думаю, это может оказаться полезным. А теперь подойди ближе.

Глава 22

Пленница демона

Денис шагнул к больничной койке. Хрустальный артефакт на полу осветился изнутри еще ярче, будто в нем разгорелось пламя, его иероглифы засияли ярким желтым светом. Мадам Анаит принялась тихо проговаривать нужные заклинания, и из сияющего обскурума потянулись вверх тонкие, извивающиеся нити энергии, сотканные из золотистого света. Они становились все длиннее и шевелились над пентаграммой подобно конечностям огромной голографической медузы, оплетая зеркало, больничную койку и медицинские приборы, следящие за состоянием Дианы Толоконниковой.

И вот вся аппаратура словно взбесилась. На мониторах приборов бешено задергались изломанные линии, медицинская техника начала издавать пронзительные тревожные сигналы. И тогда Дмитрий просто выдернул их вилки из розеток.

А Денис обеспокоенно взглянул на Диану, опасаясь за ее состояние, и оторопел. Золотистые линии обскурума скользили по ее телу, опутывая сияющими нитями, словно голографическая сеть. В зеркале теперь отражался ее силуэт, облепленный этими светящимися щупальцами.

Мадам Анаит слегка повысила голос, и зеркало тоже ярко осветилось. Щупальца света опутали Диану сильнее и вдруг начали поднимать ее тело над кроватью. Вскоре она уже вертикально висела в воздухе, едва касаясь ногами больничной койки. Ее голова бессильно повисла, а волосы развевались на невесть откуда взявшемся ветру.

Чернокнижец обошел пентаграмму по кругу и теперь отчетливо видел отражение Дианы в полыхавшем зеркале. В его сиявшей плоскости возникли какие-то неясные бесформенные тени. Они просто появились вдруг за спиной Ди и теперь быстро приближались.

– А теперь держи круг силы, – крикнула ему мадам Анаит. – Они не должны вырваться наружу.

Денис с готовностью раздвинул свой скипетр и с силой воткнул острие клинка в пол, прямо в крайнюю меловую линию пентаграммы.

Перехватив посох двумя руками, он закрыл глаза и сосредоточился, призывая силу. Ледяная энергия зародилась в центре его груди, потекла по рукам в скипетр Макропулоса, заставив жезл засиять, а затем хлынула на пол, расходясь по меловым линиям пентаграммы. Оккультные символы на полу вспыхнули ярким пламенем. Тени, шевелившиеся в зеркале, словно врезались в невидимую преграду и отступили. Но недалеко. Будто стая голодных акул, они плавали за спиной отражения Ди, наблюдая за происходящим.

Мадам Анаит начала новое заклинание, и тело Дианы, висевшее над кроватью, резко дернулось. Руки девушки разошлись в стороны, ее ночная рубашка затрепетала на ветру, бушевавшем в центре круга. Извивавшиеся голографические щупальца ползали по ее телу, а обскурум продолжал мерцать багровым светом.

Внезапно в пентаграмме полыхнула яркая вспышка, и длинные волосы Ди взметнулись к потолку. В палате сильно запахло серой.

– О, – удовлетворенно произнесла мадам Анаит. – Вот и первая печать уничтожена.

– Первая? – вскинул на нее удивленные глаза Денис.

– Кто-то сильно постарался, запечатывая тварь внутри нее. Но не отвлекайся! – прикрикнула ведьма. – Продолжай удерживать круг!

Чернокнижец повиновался. Ипполит Германович и Дмитрий восторженно наблюдали за происходящим. Мадам Анаит закончила произносить следующее заклинание, и в палате полыхнула вторая вспышка, ярче предыдущей.

– Вторая печать поддалась, – возликовала мадам Анаит. – Теперь осталась лишь одна.

Она продолжила ритуал, а Денис озадаченно нахмурил брови.

Что-то не давало ему покоя. Старуха явно делала что-то не то. Если на Диану наложено сразу три запирающих печати, то Мастер Игрушек явно сильно хотел, чтобы демон в любом случае оставался внутри девушки. Иначе зачем столько сдерживающих заклятий? Но сейчас Анаит разрушала их с помощью обскурума и своих заклинаний, и не собиралась останавливаться. А может, все-таки надо немного поостеречься?

Он открыл рот, чтобы остановить ведьму, но в этот момент в палате полыхнула третья вспышка, сильнее всех предшествующих.

Ударная волна пронеслась по всему помещению, распространяясь от магического круга. Вырвавшаяся энергия опрокинула стулья, взметнула жалюзи окон к потолку, едва не сбила с ног всех присутствующих. Сам Чернокнижец с трудом удержался на ногах, вцепившись в свой жезл, продолжая подпитывать пентаграмму магической энергией. Меловые линии сияли в полумраке, а черные свечи продолжали гореть, несмотря на сильный сквозняк.

Ди, висевшая между полом и потолком, медленно подняла голову, а затем распахнула глаза. Абсолютно белые, чуть заметно светившиеся в темноте.

Ипполит Германович судорожно вздохнул и испуганно прижался спиной к двери.

– Свершилось! Ты видишь меня, демон? – спросила ведьма.

– Вижу, – хрипло прошептала Диана.

– Назови нам свое имя, – грозно потребовала мадам Анаит.

– Алакобал, – гулко прозвучало в ответ, и у Дениса волосы на макушке зашевелились.

Это и правда был он. Демон, покровительствующий ведьме Марине Семенихиной. Потусторонний монстр, когда-то едва не убивший его мать на каменном круге. Он видел и слышал его воочию!

Девушка рывком метнулась к мадам Анаит, но тут же отлетела назад, будто врезавшись в невидимую преграду. К счастью, линии пентаграммы удерживали ее внутри мелового круга.

– Как давно ты здесь? – осведомилась старуха.

– Что именно ты хочешь знать?

– Как давно ты занимаешь это тело?

– Достаточно долго, чтобы возненавидеть ваш жалкий мирок! – взревел демон губами Дианы Толоконниковой. – Проклятые людишки! Сперва один колдун запер меня в круге силы… Затем второй помог освободиться, но тут же замуровал в этом слабом, немощном тельце! Ты уже сломала три печати. Дай же мне свободу ведьма, а иначе я уничтожу всех вас!