Евгений Фюжен – Край Империй (страница 2)
На борту "Аврелиона-1" Кассиан сидел в своих апартаментах, роскошных, но холодных. Комната была оформлена в стиле минимализма – белые стены, несколько предметов мебели, всё предельно строго. Только на столе, в углу, лежала древняя книга в кожаном переплёте, помятая и изношенная от времени.
Кассиан взял её в руки. Это была одна из его тайн. Одна из многих.
"Истории Праимперии. Том V. Фрагменты, собранные учёным Кироном", – гласила надпись на переплёте.
Кассиан открыл книгу на случайной странице. Текст был рукописным, размашистым почерком:
Кассиан закрыл книгу и положил её обратно на стол. Его выражение лица было задумчивым, граничащим с беспокойством.
Профессор Кирон, его тайный наставник, его учитель во всём, что касалось истины, говорил ему, что каждый ответ в жизни рождает десять новых вопросов. И чем глубже ты копаешь, тем больше находишь не золото, а пепел.
Звонок переговорного устройства прервал его размышления.
– Принц, – голос Теоида звучал формально, – начальник протокола хочет начать репетицию встречи. Также пришло сообщение от Императора. Он просит видеосвязь с вами через полчаса.
– Согласен, – ответил Кассиан. – Пошли начинать репетицию. И Теоид?
– Да, Ваше Высочество?
– Когда всё закончится, принеси мне контакт профессора Кирона. Мне нужно с ним поговорить.
Пауза.
– Это опасно, Ваше Высочество.
– Я знаю, – ответил Кассиан. – Но некоторые вещи важнее безопасности.
Теоид вздохнул на другом конце связи. Он служил молодому принцу достаточно долго, чтобы знать: когда Кассиан принимает решение, его не переубедить.
Через два часа, когда репетиция встречи завершилась (Кассиана заставили отрабатывать каждый шаг, каждый жест, каждую улыбку – эта улыбка должна была выражать одновременно радость, уверенность и государственную мудрость, что было, конечно же, невозможно), он прошёл в личные покои.
Видеозвонок от Императора уже ждал.
На экране появилось лицо его отца – Императора Аврелия XIII. Аврелий был человеком в возрасте семидесяти двух лет, но выглядел на пятьдесят. Его волосы были по-прежнему тёмными (хотя виски поседели), его осанка была королевской, его глаза были тем же серо-голубым, что и у Кассиана, но в них была глубина, которая приходит только с десятилетиями власти и политических решений.
– Сын, – сказал Император. – Как ваша подготовка?
– Идёт хорошо, отец, – ответил Кассиан ровно. – Я готов к встрече.
– Это хорошо. Но я хочу говорить с тобой не как правитель с наследником, а как отец с сыном. Хоть на короткое время.
Кассиан почувствовал, как что-то в груди слегка расслабляется.
– Слушаю вас, отец.
Аврелий помолчал, глядя на своего сына. Что-то в его взгляде было печальным.
– Я знаю, что ты не счастлив, – начал Аврелий. – Я знаю, что этот брак кажется тебе тюрьмой. Я был молодым, я помню, что такое чувствовать себя пленником собственного рождения. Но слушай меня: иногда, когда ты сидишь в клетке длительное время, ты начинаешь видеть, что клетка не столько тюрьма, сколько дом. И человек, с которым ты разделяешь эту клетку… может стать твоей семьёй. Моей матерью была политический брак, сын. И я люблю её.
Кассиан слушал в молчании.
– Я хочу, чтобы ты подошёл к этому браку с открытым сердцем, – продолжал Аврелий. – Может быть, Элаина – это не просто инструмент мира. Может быть, она – женщина, которой так же страшно, как и тебе. Может быть, вместе вы сможете найти что-то истинное, несмотря на политику.
– Отец, – спросил Кассиан осторожно, – вы верите, что возможна настоящая любовь между двумя людьми, чьи жизни расчислены, спланированы, куплены политикой?
Аврелий улыбнулся, и это была грустная улыбка.
– Я верю, сын, что настоящая любовь возможна везде. Даже в космосе. Даже в войне. Даже когда звёзды против тебя. Потому что любовь – это единственное, что можно выбрать. Единственное, что не навязано судьбой. Один из немногих актов свободы, которые остаются человеку.
После того как видеозвонок закончился, Кассиан долго сидел в темноте, глядя на выключенный экран, и размышлял о словах своего отца.
Может ли быть любовь без выбора? Может ли быть настоящее, если всё спланировано?
Или отец просто утешает себя иллюзиями?
На Станции "Амфитеатр" в этот момент приходило сообщение. Очень короткое. Очень странное.
"ФЛОТЫ ГОТОВЫ. ИНИЦИАТИВА НАЧНЁТСЯ НА ТРЕТИЙ ДЕНЬ. ГИПЕРПРОСТРАНСТВЕННЫЕ КАНАЛЫ АКТИВИРОВАНЫ. МОЛЧАНИЕ СОБЛЮДАЕТСЯ".
Сообщение было закодировано, замаскировано под рутинный технический отчёт, и было отправлено на два адреса одновременно:
Первый: командиру корабля Солярис на позиции Сектор 7.
Второй: командиру корабля Айотоса на позиции Сектор 9.
Оба командира были хорошо оплачены. Оба знали, что их ждёт, если они нарушат молчание.
Оба молчали.
И пока космические империи готовились к тому, чтобы объединиться через брак двух молодых людей, которые друг друга не знали и не любили, в тенях уже зрела революция.
Медленно. Осторожно. Но неизбежно.
Глава 2: ВСТРЕЧА НА АМФИТЕАТРЕ
Станция "Амфитеатр" светилась как драгоценный камень на чёрном бархате космоса. Её кольцеобразная структура была отроссью сложной инженерной мысли, её шпили поблескивали отражением солнца далёкой звезды Аристея. Когда на сканеры Станции появился силуэт флотилии Солярис, возглавляемой флагманом "Аврелион-1", весь персонал Станции перешёл в режим наивысшей боевой готовности, хотя никто не называл это так. Это называлось "протокольной активностью".
Адмирал Трост сидел в кресле командования, его морщинистое лицо было неподвижно, как каменная маска. На центральных экранах выстраивались в ряд схемы приближения, тактические данные, информация о составе флота. Ничего нарушающего дипломатический протокол. Ничего, что выглядело бы агрессивно.
И всё же, что-то в воздухе командного центра висела тень напряжения. Офицеры двигались точнее, голоса звучали выше, чем обычно.
– Дайте мне прямую линию на "Аврелион-1", – приказал Трост. – И включите видеосвязь. Нужно встретить Принца надлежащим образом.
Когда связь установилась, на экране командного центра появилось лицо офицера высокого ранга, которого Трост узнал мгновенно. Это был Генерал Марк Кройс, военный советник Императора, человек, отвечающий за безопасность Принца. Его морщинистое лицо, с белым шрамом от левого виска до подбородка, было неулыбчивым.
– Адмирал Трост, – сказал Генерал Кройс официально. – "Аврелион-1" входит в зону причаливания. Мы запрашиваем разрешение на стыковку.
– Разрешение дано, генерал, – ответил Трост. – Координаты стыковки отправляю на ваши навигационные системы. Станция подготовлена к встречи вашего Принца. Все необходимые меры безопасности приняты.
Генерал Кройс кивнул.
– Благодарю. Станция "Амфитеатр" примет нашу персональную охрану?
– Конечно. Верхний уровень павильона "Солнечные ворота" выделен для вашего использования.
– Хорошо. Мы будем готовы к встречи через два часа после стыковки. Является ли Принцесса Айотосская уже на Станции?
Трост ненамного замялся. Очень незаметно, но Кройс заметил.
– Её флагман "Наталиана-7" находится в зоне причаливания "Лунные ворота". Они должны завершить стыковку примерно в то же время. Встреча назначена на центральный павильон в полдень по Стандартному времени Станции.
– Отлично, – сказал Генерал Кройс, и его шрам на лице слегка дёрнулся, что на его языке означало нечто похожее на улыбку. – До встречи, адмирал.
Видеосвязь прервалась.
Трост откинулся в кресле и выдохнул, даже не осознав, что задерживал дыхание.
Рядом с ним встал его помощник, молодой офицер по имени Дерек Вис, с честным лицом и зоркими глазами.
– Адмирал, – произнёс он осторожно, – может ли я говорить откровенно?
– Да, Дерек. Здесь никого нет, кроме нас.
– Мне не нравится эта встреча. Что-то в ней неправильного. Я проверил все системы безопасности трижды. Всё по протоколу. Но… – он помедлил, подыскивая слова, – но я чувствую, что что-то упущено.
Трост медленно повернулся к молодому офицеру. Его глаза были проницательны.