Евгений Черносвитов – Руководство по социальной медицине и психологии. Часть четвёртая. Частная социальная медицина и психология (страница 10)

Соединенные Штаты Америки активно использовали и используют армию для утверждения своего военно-политического присутствия на европейском континенте, для осуществления гегемонии в НАТО, для навязывания европейцам своей политики в мировых делах. В борьбе с конкурентами США используют присутствие своих армейских подразделений не только на европейском континенте, но и в других районах мира. Как известно, место каждого из трех империалистических центров силы во многом определяется наличием важнейших видов сырья и топлива. В отличие от США страны Западной Европы, и особенно Япония, почти полностью лишены важнейших видов сырья. С помощью армии в форме военно-морского присутствия в различных морях и океанах, развертывания «сил быстрого реагирования», создания различных военных «точек» на планируемых ТВД (например, создание Центрального командования), военных баз США стремятся захватить в свои руки артерии, питающие нефтью или другим сырьем Западную Европу и Японию. Все это приводит к постановке новой задачи перед вооруженными силами США: выступать инструментом военного шантажа и грубого политического и экономического давления на союзников, ограничивать попытки Западной Европы и Японии проводить независимый курс на международной арене, привязывать их к американскому внешнеполитическому курсу. Но не только США ставят новые задачи перед Армией в отношении союзников. В свою очередь, их партнеры и конкуренты через усиление своей военной мощи, ядром которой являются национальные вооруженные силы, решают задачи упрочения экономических, политических и военных позиций в мире. Так, правящие круги Германии, Франции и Японии определяют армию как важнейший показатель силы и престижа государства, важнейшее средство внешней политики, необходимое для провидения более независимого от США внешнеполитического курса. Считается, что превращение этих стран в мощные военные державы поможет им не только укрепить международный авторитет, но и диктовать свою волю в борьбе за рынки, сырье и сферы влияния. Армии при этом отводится роль решающего фактора внешнеполитической стратегии.

Противоречия современного капитализма, рожденные действием закона неравномерности развития капитализма, охватывают всю сферу внутренней и внешней политики. Их дальнейшее обострение показывает полную несостоятельность концепции идеологов империализма о «бесконфликтности» буржуазного общества, о политической гармонии мира капитала. У буржуазии нет объективных социально-экономических возможностей преодолеть межимпериалистические противоречия, воспрепятствовать действию закона неравномерности и экономического и социального развития. В решении межимпериалистических противоречий буржуазия делает ставку на наращивание своей военной мощи, основой которой является армия. Это повышает порог опасности в мире, требует большей бдительности при оценке неравномерности развития центров империализма.

24) В капиталистических армиях как в зеркале отражается политическая обстановка внутри буржуазного общества. Классовая сущность армий капиталистических государств предопределяет подбор офицеров, всю систему обучения и воспитания личного состава. Господствующие классы и военное командование тщательно оберегают «расовую чистоту» офицерского корпуса. Неграм и другим национальным меньшинствам ограничен доступ в военные училища. Поэтому в процентном отношении офицеры из национальных меньшинств по сравнению с рядовым и сержантским составом представлены не пропорционально. Например. В 1977 году представители национальных меньшинств составляли 16% численности вооруженных сил США, а на долю офицеров приходилось всего 3%. Расовая дискриминация в вооруженных силах США проявляется и при присвоении очередных офицерских званий. По заявлению одного из начальников управления личного состава ВМФ США, «негры практически лишены возможности продвижения до того уровня, который позволяют достичь их индивидуальные способности и энергия.

В связи с переходом вооруженных сил США на наемный принцип комплектования вопрос о расовых отношениях между военнослужащими приобрел в последние годы особую актуальность. Приток национальных меньшинств в американскую армию резко увеличился. (В российской армии «преторианцы» скорее всего, будут представлены жителями Прибалтики, Западной Украины и Северного Кавказа).

Сохраняющаяся дискриминация военнослужащих-негров, других национальных меньшинств, увеличение их процента в общей численности вооруженных сил в сочетании с широко распространенными расистскими взглядами заметно снижает моральный дух личного состава, что, по мнению американских теоретиков, создает потенциальную угрозу «балансу надежности» армии. Однако было бы наивным делать вывод, что национальные противоречия, переживаемые вооруженными силами США, могут существенно повлиять на их роль в проведении внутренней и внешней политики. С помощью тщательного отбора личного состава, изощренной идеологической обработки и подкупа военнослужащих американскому империализму удается воспитывать и белых и негров в духе шовинизма и националистического экстремизма. Большинство военнослужащих-негров ревностно отрабатывают доллары, преданно служат реакции и готовы выполнить любые ее приказы. Так, например, среди сдавшихся в плен во Вьетнаме американских военнослужащих негры составляли 3,7%, что в четыре раза меньше, чем белых в пропорциональном исчислении.

Противоречия между различными этническими группами военнослужащих являются одной из серьезных проблем армии США.

25) В армиях США и стран НАТО, по мнению последних советских военных теоретиков, происходят изменения в духовной обработке военнослужащих: прежняя, традиционная для многих поколений офицеров установка на выработку у них позиции политико-идеологического индифферентизма, узкопрофессионального мышления и кастовой замкнутости, все больше уступает место стремлению сделать офицера идеологически подготовленным руководителем и проводником политики в армии. Отсюда, смещение акцента с социально-психологических к теоретико-идеологическим факторам духовного воздействия на офицеров. Новые тенденции в области политической роли офицеров советским военным теоретикам виделись в следующем.

1. Возрастает влияние военного руководителя на формирование внешнеполитических концепций и политической стороны военной доктрины. Основания этому: ставка на вооруженную силу как средство достижения политических целей, утверждение у власти политических деятелей, имеющих тесные связи с армией. Увеличение разрушающей мощи оружия и др.

2. Военное руководство и сама военная интеграция все больше приобретают ведущую роль в системе интеграционных (экономических, политических и других) процессов империалистических, милитаристически ориентированных государств. Предварительная выработка общей линии военного командования блока (особенно НАТО) служит довлеющим фактором в принятии совместных политических и других решений государств.

3. Офицерский корпус оказывает возрастающее воздействие на внешнюю и внутреннюю политику, что обусловлено, с одной стороны, гегемонистскими стремлениями империалистических государств, особенно США, а с другой стороны – углублением вассальной зависимости политического руководства этих стран от непосредственной поддержки со стороны военных.

4. В области внутренней политики сохраняется устойчивая тенденция лояльности офицерского корпуса в отношении к политике руководства страны. При этом, «обратная» тенденция – зависимости власти от военно-промышленного корпуса, усиливается.

26) Армия является орудием неоколониализма. Главной формой насилия одного государства над другим по-прежнему выступает военное насилие. Оно эффективнее даже экономического насилия (блокады). Насилие, осуществляемое армией (над государством, народом, правящим режимом) как правило, решает вполне конкретные задачи:

а) свержение неугодных правительств и установление управляемых режимов; б) поддержка марионеточных режимов, ведение под видом миротворческих акций диверсионных войн; в) захват и удержание стратегически важных пунктов и источников сырья; г) проведение различных карательных акций с целью «наказания» государств, проводящих собственную политику; д) «демонстрация силы», то есть проведение маневров вблизи границ развивающихся государств, посылка военно-морских эскадр и т. д. Формы выполнения этих задач условно делятся на три группы:

1. Боевое использование армии.

2. Военное присутствие. Для него характерно содержание разветвленной сети военных баз, в том числе на территориях «слабых» государств; постоянное присутствие военных флотов в различных регионах земного шара; навязывание различных «временных» военных контингентов с целью их последующего использования в своих интересах.

3. Различные формы вербовки военной верхушки государства «противника».

27) Достигнув в настоящее время особенно угрожающих форм развития, милитаризм таит в себе большую опасность для человечества. Не случайно, поэтому на передний край политической жизни, при всем обилии нерешенных проблем глобального характера, таких например, как стремительно усиливающийся парниковый эффект, увеличение смертности среди работающего населения планеты и др., выдвинулись проблемы войны и мира.