Евгений Бергер – Очень приятно, Царь! Блюдо пятое (страница 18)

— Я не собираюсь завязывать с ней отношения. Я что, похож на дурака?

— Ты похож на глухого. Я только что тебе объяснила, почему мы все… думаем, что ты конченый бабник и горемовод. У тебя в досье… Кхм… Да что там в досье? У тебя на лице всё написано!

— Для студенток я безобиден.

— Да-да-да… Хочешь сказать, что старшая Звонарёва и Теньшина прибежали к тебе в комнату просто так? Мне-то можешь не врать! Я на твоей стороне, Дерек. Просто… Я хочу тебя обезопасить. Защитить! И я не хочу, чтобы такой уникальный талант выперли из Харитоновки только из-за его размытых моральных ориентиров.

— С моими ориентирами всё в порядке. Я всего лишь проиграл Амелии несколько ужинов. Во-первых — долг платежом красен. Во-вторых — она тогда сильно смутилась… Я переживаю, что обидел её. Хочу поговорить… И если между нами действительно есть проблема — извиниться.

— Молодец! Мужчина! Но… Ты уверен, что тебе это надо?

— Не понимаю тебя.

— Я к тому, что даже если ты ничего не хочешь делать. То кто сказал, что сама Амелия этого не хочет? Я к тому, что… Она экстра. Она не понимает, что такое симпатия. Не в курсе про влечение. И ещё огромное количество моментов, которые она должна была пройти, где-то два года назад. Амелия социально не готова к общению с тобой. Понимаешь? И… может быть, тебе стоит оставить всё, как есть?

— Ага! Знаешь, что произошло в последний раз, когда я «оставил всё, как есть»?

— Что же?

— Клановая война!

— Господи… Ты, как и Коля — тоже залипаешь в сетевые игрушки?

— И что с того? Я тебе серьёзно говорю. Закусились на сто с лишним лет. Ну… Я про игровое время, конечно же.

— Я поняла. Просто… Ты серьёзно рискуешь, если она в тебя втрескается.

— Ой, да ну брось! — отмахнулся я: — Не маленький. Разберусь.

— Устоишь ли? Амелия очень красивая даже по меркам аристократов.

— Устою.

— Ладно… Моё дело предупредить. Комната семьдесят семь в общежитии «Бурый медведь».

— От души! — я благодарно кивнул и собирался уж было уходить, но Лера резко остановила меня.

— Хоть я и осуждаю твои действия по отношению к Амелии… Но где-то в глубине души считаю, что ты прав. А ещё — большой молодец.

— Вот как? — удивился я: — Неожиданно… Но спасибо.

— Давай. Потом расскажешь, что там и как. — улыбнулась Лера и взъерошила мне волосы. Ох уж этот её стиль «сестрицы»…

Выйдя на улицу, я заметил Петровича, что граблями собирал опавшие листья во дворе «Полярной совы».

— Приветствую!

— И тебе не хворать. — ответил дед, и остановившись, тяжко выдохнул: — Каждую осень одно и тоже… Вот сколько раз я Симонову говорил — спили деревья! Они нам тут совсем ни к чему. Но нет. Ведь они создают прекрасный вид…

— Тут я с ним полностью солидарен.

— Ага! Конечно. Солидарен… — хмыкнул Петрович: — Наше общежитие просто слишком старое. А деревья полностью скрывают его, если зайти на территорию Харитоновки со стороны главного входа. Он думает, что я уже совсем старый и выжил из ума.

— Но деревья действительно красивые. К тому же, я уверен, что Настюша расстроится, если ты их спилишь.

— Это меня и останавливает. — вздохнул дед: — Так бы я их… Ух! Кстати, а ты куда пошёл? И что важнее — почему не уехал в «Шашлычок»?

— Меня пригласили ведущим на одно старое кулинарное шоу. Сегодня снимали первый выпуск.

— Ведущим? Батюшки-святы! — всплеснул Петрович: — Неужто «Смак»?

— Ах если бы… Увы, меня позвали в «Повелителя Адской Кухни».

— Тю-ю-ю-ю… Это же калька с забугорной передачи?

— Она самая.

— И как оно?

— Неоднозначно. Я подозреваю, что «большие боссы» обманули меня и тянут за уши некоторых участников с целью прокачки медийки.

— Чавось?

— Ну… Лицом светить, чтобы узнавали и рекламу заказывали потом.

— А-а-а-а-а… И всего-то? Неужели они настолько много на этом зарабатывают, что готовы вкладывать такие деньжищи?

— За сегодня я устал нахваливать бытовую технику и откровенно отстойные ножи. Но мне заплатили три тысячи.

— За один день?

— Ага.

— Ну и славно! Как говорится — хоть с оброком остался.

— Это уж точно. Но зато незабываемый опыт. — я отрицательно покачал головой.

— Неужели настолько всё плохо?

— Некоторые участники откровенно не умеют готовить. И им бы лучше никогда к плите не подходить. Но… Что поделать? Мы же делаем шоу. В общем, изучу, как их «кухня» работает. Может, из кого-нибудь получится сделать толк.

— Буду держать за тебя кулачки!

— Спасибо.

— Так… Куда ты пошёл на ночь глядя? — Петрович хитро прищурил глаз.

— За Госпожой Симоновой. Хочу привести её сюда на пару часов.

— Зачем?

— Жарить буду.

— Её?

— Нет. Тунца.

— Хех… Ну, смотри, Дерек! Госпожа Симонова — птица очень высокого полёта. К ней на хромой кобыле точно не подъедешь.

— Я и не рассчитываю. В общем, скоро буду.

— Удачи! — Петрович улыбался и радостно смотрел мне вслед, словно провожал своего внука во взрослую жизнь.

«Полярная сова» действительно стала для меня вторым домом в этом мире.

Уютным. Добрым. Семейным и… Как оказалось, крайне скромным!

Конечно, я уже неоднократно проходил мимо элитного общежития «Бурый медведь», но стоило зайти внутрь, как мой счётчик зависти начал зашкаливать.

Во-первых, фойе очень напоминало то, что было в «Альпине», только немного поменьше. Самый настоящий элитный отель!

Во-вторых, меня моментально встретила местная комендантша — довольно лихая молодая девушка-песец, которая тут же перегородила дорогу. Мне сразу бросилась в глаза её ярко-красная футболка с надписью: «Песцы — сила!».

— Добрый день! Могу быть чем-то полезной? — поинтересовалась комендантша, сдув выбившуюся из золотистого пучка прядь.

— Да. Я бы хотел попасть к Госпоже Симоновой.

— Ах вот как? — она удивлённо улыбнулась, а затем взглянула на часы: — А ты, дорогой друг, время видел?