Евгений Белянкин – Короли преступного мира (страница 50)
— Она мне всегда дорогу переходит.
52
Дону Роберту подвернулась срочная командировка в Западную Германию. Захватив с собой Ларису, он вылетал в Кобленц. Две тысячи лет назад на вытянутом полуострове, там, где главная водная артерия Рейн присоединила к себе Мозель, вырос этот город — центр торговой и культурной жизни. И военная столица ФРГ.
Немецкая земля встретила дона Роберта с распростертыми объятиями. Два дня они наслаждались замками на крутых берегах Рейна, два дня упивались великолепием здешней природы… Но не туристом прибыл сюда дон Роберт. Потому двух дней было достаточно для осмотра. Фирма «Олимпия» рассчитывала на большой бизнес. Манфред, который представлял немецкую сторону, вежливый молодой бизнесмен нового времени, занимался не только музыкальными шоу и «конкурсами красоты»…
Дон Роберт снимал номер в роскошном отеле, где вполне было можно принимать гостей. И принимал он их отменно… Лариса, числившаяся секретарем-референтом, была счастлива: казалось, что патрон вновь воспылал к ней. Но иллюзия была недолгой. Уже после первых деловых встреч с Манфредом дон Роберт вежливо заметил:
— Не забудь, дорогая, что мы бизнесмены. Ни одна сделка не может пройти хорошо, если ее хорошенько не обмоешь и…
Лариса наконец-то осознала свою роль в этой поездке; как она могла подумать о каком-то возвращении любви…
После обильной выпивки дон Роберт попросил ее остаться с Манфредом, но, чувствуя недовольство, привлек ее к себе, ласково обняв за талию.
— Лариса, — сказал он жестко. — Мы все здесь работаем.
Манфред еще не потерял форму; к сорока — небольшой упругий животик — это еще нормально; он сносно владел русским и не был так нахален, как другие гости дона Роберта.
Сразу после удовольствия он заснул: видимо, с лихвой выпил шампанского. Лариса лежала рядом, боясь его потревожить; но в эти минуты она думала о своей жизни… Она вспомнила, как в детстве хотела стать актрисой: занималась в детской хореографической студии, ходила в театральный кружок. Ее мордашку, фигуру выделяли многие, и «конкурс красоты» обещал будущее… Но жизнь обманула ее. Дон Роберт превратил в простую валютную проститутку…
Манфред проснулся и обнял ее костлявой рукой. Потом жадно целовал в губы. От него неприятно пахло спиртным; но Лариса терпела: она же работала…
— Лара, — сказал Манфред. — Какой смысл возвращаться в Москву? Я вас приглашаю в Мюнхен, где мы будем жить вместе.
— Женитесь?
— Да нет, — засмеялся Манфред. — У нас здесь совершенно свободные нравы. Зато вы вернетесь домой, как у вас там это говорят, с «бабками».
Вдруг назло дону Роберту ей захотелось Манфреда; она подвинулась к нему и стала его возбуждать; Манфред зажегся, и она действительно получила удовольствие. «А не остаться ли в Германии?»
Когда пришел дон Роберт, Лариса уже привела себя в порядок. Он был, как всегда, мил и обходителен.
— Мы уезжаем в Мюнхен.
Лариса спокойно стала собираться. Босс посмотрел на нее проницательными глазами. Он, пожалуй, догадывался о ее состоянии, но ничего не сказал: к тому же зазвонил телефон. Это Манфред сообщал о том, что у подъезда отеля их ждала машина.
До Мюнхена каких-то пятьсот километров. В комфортабельном «мерседесе» время летело незаметно. Она с любопытством смотрела по сторонам, а Манфред, сидящий за рулем, разговаривал с доном Робертом о предстоящей сделке.
Остановились возле небольшого придорожного ресторана. Там все было заказано, и за столиком сидели двое ожидающих. После короткого знакомства заговорил Майкл:
— Насколько мне известно, работники государственной администрации не могут занимать должности в акционерных обществах и фирмах… Но у вас сплошь номенклатура…
Дон Роберт искренне рассмеялся.
— Номенклатура — власть. Все меняется, а она остается, потому что живет по закону сообщающихся сосудов.
— Я приехал в Европу «делать деньги», — заметил Майкл. — Но Москва для меня — загадка: здесь самые непредсказуемые и нелогичные бизнесмены в мире.
— Я развею ваше мнение о русских бизнесменах, — сказал дон Роберт и предложил выпить за мистера Майкла.
Из Мюнхена дон Роберт улетал в Москву. Провожающий Манфред был доволен сделкой. Она была обещающая…
— Ныне все рвут военное снаряжение. Настоящий бум!
— Мы делаем доброе дело, — кивнул дон Роберт, — помогаем патриотам бороться за независимость…
Лариса стояла рядом. Манфред продолжал разговаривать с доном Робертом.
— Я слежу за валютным курсом. Обращает на себя внимание скачкообразный рост продаж валюты на вашей бирже. При нынешних объемах можно ожидать нового обострения дефицита рубля…
— Мы сейчас плывем, — спокойно заметил дон Роберт.
Лариса ждала, что Манфред что-то скажет ей, хотя бы на прощанье; ведь он столько ей обещал… Но Манфред словно забыл о ней. И это испортило ей настроение.
К дону Роберту вместе с Расулом Абу приехал Сомов.
— Опять контрразведка? — И дон Роберт с театральной усталостью свалился в кресло.
Сигнал о готовящемся спецрейсе Ил-76 ТД госбезопасность получила от военной контрразведки. На военный аэродром тут же выехали представители таможни. В грузовом самолете коммерческой авиакомпании уже находились два бронетранспортера, остальные десять БТРов должны были отправиться следующими рейсами…
С аэродрома срочно позвонили генералу Винокурову и доложили, что лицензий на вывоз этого груза у них нет.
— Об этом должен думать завод, — нагловато заметил генерал: нельзя ничего доверить. Генерала больше всего бесила утечка. Все было прокручено так, что ее не должно было быть…
Генерал тотчас позвонил Сомову.
— Я в курсе дела, — равнодушно, с ленцой ответил Сомов. — Люди, которые не смогли обеспечить тайну, видимо, Роберта. Что? Приехали на военный аэродром на личном автомобиле и скандалили? Ну что с них возьмешь, мой милый генерал. Они же привыкли обращаться так с девочками. А это не «конкурс красоты»… Господи, какая жизнь… Мешанина.
…И вот теперь дон Роберт щупал острыми глазами Сомова.
— Что прикажете делать?
— Да ничего. Себя мы обезопасили. Ответит машзавод, освоивший выпуск БТРов. А они все свалят на конверсию, из-за которой возникли немалые трудности. Но обидно, что упустили куш.
— Лучше бы я занимался девочками, — усмехнулся дон Роберт.
— И мальчиками, — с ухмылкой подсказал Сомов, вспомнив прогулку на Москву-реку к «нудистам».
— Смеешься, — обидчиво, поджав сухие губы, заметил дон Роберт, — но этот товар сейчас не менее ходовой, чем твои БТРы.
Расул Абу перебил милую дружескую перепалку.
— Генерал зря обижен. Утечка не наша. Я произвел скрупулезную проверку. Утверждаю, утечка произошла у генерала.
— Он любит валить с больной головы на здоровую, — почему-то подтвердил Сомов.
С Сомовым договорились об общих действиях. И, почесав языки о валюте, мирно разошлись. Дон Роберт проводил Сомова до машины. Пожелав ему удачи, он поднялся к себе, где ждал его Расул Абу.
— Эти военные — бараны, — обозленно заключил дон Роберт. — По-другому они не могут. Где Ахмет Борисович?
— Теперь богатые рвутся в центр Москвы, — засмеялся Расул Абу. — Он там…
Шутка дону Роберту понравилась. Он помешал ложечкой сахар в стакане. Чай был темный, и он поморщился: крепкий чай, как и чефир, портит лицо и действует нехорошо на сердце…
Дон Роберт внимательно посмотрел на Расула Абу.
— Газета хорошо обыграла заявление мэра города своим претендентам: «Одно дело — хотеть, другое — уметь», в смысле — не уметь, а иметь… В Древнем Риме сенатором выбирался самый состоятельный патрон.
— Лучше всего и уметь, и иметь.
— Да, ты газет не читаешь. За тебя это делаю я. Трудная обязанность, — дон Роберт, отхлебнув из стакана чай, капризно хмыкнул. — Как надоел мне этот нищенский мир. Все в нем перевернуто… Все поставлено с ног на голову… Я хочу получить реальные деньги, а не инфляцию. А мне подсовывают хуже того — гиперинфляцию, делая мои деньги сортирными бумажками.
— Жизнь не мед, — согласился Расул Абу. — Она, как самый скучный анекдот, — с днями глупеет.
— Жизнь-то глупеет. — Дон Роберт ткнул рукой в свежую газету. — Хоть ты и не читаешь их, все равно послушай, что пишут. «Я буду говорить, как ученый. Если доктрина правительства будет реализована, я смело прогнозирую социальные катаклизмы».
— Ну и что?
— Как что? «Ситуация развивается по модели пугачевских бунтов. Когда народ дойдет до предела отчаяния… кто же станет сидеть сложа руки, когда население будет гибнуть от рук бандитов»…
— Не от нас же?! — удивился Расул Абу. — Потом не все же погибнут. Кто-нибудь останется.
— Мы с тобой на голом острове.
— Капитализм не может существовать на голом острове… — И Расул Абу смачно затянулся сигаретой.
53