Евгений Беллард – Звездолет бунтаря (страница 16)

Дикая боль пронзила мозги, но я тут же поставил экран, защитивший от попыток монстра влезть в мой разум, подчинить его. Но стук в висках усилился, стало темнеть в глазах, вспыхивать и гаснуть странные геометрические фигуры. Они крутились, вертелись и принимали странные формы. Лишь одну я узнал. Тессеракт – четырёхмерный куб в трёхмерном пространстве.

Остановился на сетке на полу. Тварь вдруг с невероятной скоростью рванула вперёд и оказалась прямо рядом со мной. Я спрыгнул с сетки. Щёлкнул пультом, и рамки сомкнулись в куб.

– Давай, Толян!

Свой голос я услышал, как будто издалека. Чудовищная волна жара накрыла с головой. Тварь застряла в кубе, свернулась в пылающий шар. Он стал распухать, менять цвет. Ярко-алый, оранжевый, жёлтый, ослепительно-белый. Бах!

Тьма накрыла меня с головой, но лишь на мгновение. Зрение быстро вернулось. Я поднялся с пола, подошёл к клетке. Рядом уже торчал Зайцев, и тоже вглядывался внутрь.

– Ну и чего это было? – спросил он недовольно. – Где эта сволочь? Куда подевалась?

– Сдохла. Вон, видишь на сетке, серая пыль. Это всё, что от неё осталось. Плазменная форма жизни. Частицы свёрнуты в спирали. Электромагнитное поле разорвало связи между ними.

– А что это такое ты сотворил? – Зайцев похлопал ладонью по кубу.

Я щёлкнул пультом, и сетки разошлись.

– Что-то типа клетки Фарадея, – объяснил я. – Ну, это у вас так называется. У нас это называют иначе. Но действует она одинаково. Защищает от электромагнитного излучения, фокусирует весь заряд внутри. Эта мерзотина сама себя удавила своим полем.

Я и представить не мог, что моя корявая, кривая-косая конструкция окажется такой эффективной. В реальности такую клетку можно было сделать только в серьёзных лабораторных условиях.

– Эдгар!

Крик Дарлин зазвенел в ушах, бросил в жар. Она кинулась мне на шею, обняла, прижалась так, что даже через плотную ткань скафандра я ощутил, как стучит ее сердце. Крупная дрожь сотрясала ее хрупкое тело. Слезы залили щеки. Но я почувствовал необыкновенную лёгкость. Она пришла в себя. Жива и вернулась ко мне.

Я отстранил её с улыбкой, взглянул в мокрые от слез глаза. На мгновение промелькнула картинка, как взрывается голова другой девушки, чью смерть я не мог себе простить.

Люди выходили из зала с бассейном. Кто держался за голову. Кто-то осторожно оглядывался. Они обходили нас с Дарлин стороной, не обращая внимания.

И я услышал, как они радостно приветствуют Зайцева. Кричат, смеются, хлопают его по плечу. Он что-то весело выкрикивает, вызывая взрыв хохота. Но слов я не мог разобрать.

– Так, а вы кто такие? – рядом с нами остановился высокий мужчина в серо-голубом скафандре. На плечах я заметил красные полоски и одну жёлтую звезду. Военная выправка, статный, короткая стрижка. На висках проседь. Лицо худощавое, вытянутое. Выпуклый подбородок с ямкой.

– Капитан звездолёта, Эдгар Рей. Это мой член команды, Дарлин Рид. С кем имею честь говорить?

– Полковник госбезопасности Андрей Андреевич Ковалёв, – отчеканил собеседник. – Капитан звездолёта? Какого, чёрт возьми, ещё звездолёта? Наша планета никаких звездолётов никуда не посылала. Откуда вы взялись? Отвечайте!

– Мы к вашей планете не имеем никакого отношения. Наш корабль прошёл канал пространства-времени и случайно оказался рядом с вашей планетарной системой…

– Что за бред? Вы прекрасно говорите по-русски. Имя земное. Внешность самого обычного землянина.

– Я по-русски не говорю. Вы слышите лишь перевод моих мыслей на ваш язык. Электроника в моём мозгу это делает.

Я едва мог сдержать раздражение.

– Хорошо. А как вы оказались здесь? За каким чёртом проникли сюда? Мародёрствовать решили? Отвечайте!

Захотелось напомнить этому солдафону что, если бы мы, скорее даже я один, не проник бы сюда, полковник так и ходил бы, как дефектный робот под чутким руководством фиолетовой твари. Но я промолчал.

– Мы хотели выяснить, нет ли тут живых существ, – вмешалась Дарлин, голос задрожал и оборвался.

Полковник перевёл взгляд на девушку, его лицо вдруг смягчилось, разгладилась жёсткая морщинка у бровей. Потеплел взгляд.

– Познакомиться хотели? – он чуть повернул голову набок, переключившись полностью на разглядывание Дарлин. – Понятно.

– И ещё нам нужно найти нашего товарища, – уже твёрже сказала Дарлин.

– Да, кстати, – я бросил взгляд на Дарлин, – А почему с тобой Ларри нет? Он куда делся?

– Не знаю, – она печально качнула головой. – Мы вместе попали куда-то на площадку. Она была похожа на ресторан, очень красивый. Роскошный. И потом всё. Ничего не помню.

– Хотя бы приблизительно вы знаете, где искать вашего Ларри? – полковник начал проявлять живейшее участие.

– Вот, – Дарлин вызвала экран со схемой станции, где пульсировала зелёная точка. – Но точно, где он, я не могу понять. Не хватает координат. Информация закрыта.

– Я помогу вам, – с нескрываемым удовольствием проронил полковник.

Вытащил экран в потрёпанной коричневой кожаной рамке. Провёл пальцем и показал Дарлин:

– Этой информации вам достаточно? Здесь данные спутников, которые дадут вам координаты.

– Ларри находится, – протянула Дарлин. – Находится… Вот здесь. За пределами станции.

– Он жив? – вырвалось у меня.

Дарлин вывела информацию по биоритмам Ларри, побежали графики, пробежали колонки цифр.

– А, ну это я вам покажу, – Зайцева, наконец, отпустили спасённые люди, и он подошёл к нам.

– Хорошо. Толян, отведи людей к моему спейсфайтеру, пусть они там подождут нас. А потом возвращайся.

– Что это вы начали тут командовать? – полковник смерил меня хмурым взором, вся доброжелательность мигом слетела. – Лейтенант Зайцев!

– Слушаю, товарищ полковник, – вытянулся в струнку Толик.

– Отведёшь людей к спейсфайтеру Рея. И останешься с ними. А я сам покажу место, где найти этого вашего Ларри.

Заботливость Ковалёва, которой явно удостоилась моя спутница, мне совсем не нравилась. Нет, это была не ревность. Зная Дарлин, все эти знаки внимания, она могла отвергнуть очень грубо. А ссориться с ещё одним представителем странной власти этой планеты совсем не хотелось.

– Дарлин, может быть, ты тоже пойдёшь с ними?

– Нет. Я пойду с тобой. Ты не сможешь без меня найти Ларри.

– Передай мне твой сканер. Ты очень слаба.

– С ней все в порядке, – вмешался Ковалёв. – Мы пойдём вместе.

Симпатия полковника стала ещё яснее. У Дарлин вспыхнули глаза, губы тронула едва заметная, но очень узнаваемая улыбка. Ей нравилось внимание землянина.

Я не стал спорить.

Мы подошли к лифту в полном молчании, но я заметил, что Ковалёв о чем-то серьёзно задумался.

– Скажите, Эдгар, – как-то слишком осторожно начал полковник. – Всё-таки, почему ваш звездолёт оказался здесь? Что вы здесь искали?

– Мы ничего не искали. Попали сюда совершенно случайно.

– Случайно? Вы не знали, куда летите? У вас приборы вышли из строя, или что?

– Нет. Мы были вынуждены спасаться бегством. Чрезвычайные обстоятельства, – объяснять полковнику, что мы скрывались от полиции я естественно не собирался. – Мы создали канал пространства-времени. Но энергии не хватило. Канал оказался слишком узким и быстро схлопнулся. Наш звездолёт сильно повреждён.

Мягко опустилась платформа лифта.

– Нам надо подняться на пару этажей. К палубе номер семнадцать, – объяснил полковник, когда мы вошли в лифт и расселись на диванчиках. – Там есть выход в открытый космос. И это самая ближайшая точка к вашему Ларри.

– Полковник, у вас повреждён скафандр. Вы заметили? – я указал на прореху и свисавшие лохмотья на плече Ковалёва.

Ковалёв даже ухом не повёл, лишь глаза сузились.

– Знаю. Там есть склад скафандров. Переоденусь. Кстати, у вашей спутницы тоже не всё в порядке с её скафандром. Она потеряла шлем.

Я быстро оглядел Дарлин, поднял на неё глаза. Она смутилась, на щёчках выступили красные пятна.

– Да, Эдгар. Когда мы с Ларри вошли на эту станцию, сканер показал, что здесь достаточно воздуха. Я сняла шлем. Но потом ничего не помню.

Я лишь покачал головой. Какими бы ни были у землян скафандры, тот, что носили мы, защищал нас гораздо лучше.

– Ну хорошо, – полковник вновь перехватил внимание. – Значит, вашему звездолёту нужен ремонт. Я правильно понял? И вам нужны материалы для этого?