Евгений Аверьянов – Туман (страница 29)

В следующее мгновение копьё со свистом рикошетом улетело обратно. Удар — и туманник буквально разорвался изнутри, разлетевшись чёрным облаком. Я даже рассмеялся, едва удержав равновесие.

— Работает, — выдохнул я сквозь зубы.

Остальные двое, что остались, дернулись было ко мне, но я не дал им шанса. Рывок — и клинок скользнул по первому. Второй успел поднять лапу, но платформа под ногами взорвалась, подбросив меня прямо к нему. Удар в висок — и ещё одна тень рассыпалась в дым.

Я остановился, тяжело дыша. Несколько тел, уже превращающихся в вязкие клочья тумана, валялись рядом. Секунду назад их было много — теперь никого. Я посмотрел по сторонам и впервые заметил: белёсая завеса вокруг будто стала тоньше.

Неуловимое ощущение — словно сквозь щель приоткрылась картина мира. Дальше по дороге виднелись смутные очертания домов, которых раньше я не различал.

Я провёл ладонью по лицу, отгоняя капли пота.

«Так вот оно как. С каждым из них этот туман становится слабее».

И это было не только открытием. Это было предупреждением: на мои действия обязательно кто-то обратит внимание.

Я сделал шаг вперёд, но туман не дал расслабиться. Он заворочался, будто живой, и из серой пелены начали проступать новые силуэты. Сначала три, потом пять, а через миг я понял — десяток. Высокие, сутулые, с вытянутыми руками, в которых уже копились сгустки чёрной энергии.

— Ну конечно, — пробормотал я, сжимая клинок. — Где один — там всегда десять.

Я поднял руку, соткал сразу две воздушные платформы и прыгнул вверх, перехватывая их на лету. Ноги сами нашли опору. С высоты вся эта толпа выглядела как стая хищников, облепивших добычу. И пусть добычей был я, но сверху ситуация казалась иной.

Первый рывок — и я падаю прямо на переднего, клинок скользит по плечу до груди. Он падает, растворяясь в дыму. Но остальные тут же разом взметнули руки, и десяток копий полетел в меня. Я сжал зубы, выставил щит — но в этот раз решил пойти дальше.

Сдвинул рывок и барьер в одно движение. Воздух сжал меня, а щит оттолкнул сразу всю волну. Получилось не просто отражение — вышел настоящий взрыв давления.

Хлопок ударил так, что в ушах зазвенело. Двое ближайших туманников буквально отлетели в сторону, трое упали на колени, зажимая головы. Я не стал ждать, пока они поднимутся: клинок резал одно тело за другим, дым клубился вокруг.

Когда всё стихло, я выпрямился и понял: комбинация сработала. Я потратил не так много сил, а результат оказался в разы выше.

— Меньше силы — больше эффекта, — хмыкнул я, глядя на рассеивающиеся клочья.

Туман вокруг снова качнулся, стал чуть прозрачнее. И в этой прозрачности впервые показались очертания улицы: каменные стены, провалившиеся крыши. Город задыхался в дыму, но я — впервые за всё время — ощутил, что могу вдыхать чуть свободнее.

Я стоял среди рассыпающихся тел. Клинок в руке ещё дрожал от недавнего удара, но дыхание было ровнее, чем я ожидал. Раньше после каждой схватки я выжимал из себя всё, едва держался на ногах, а теперь… теперь было иначе.

Каждое движение становилось точнее, экономнее. Я чувствовал, как магия течёт через меня без прежних рывков и утечек. Вместо кувалды — скальпель. Я тратил вдвое меньше сил, чем прежде, и получал больший результат. Туманники рассыпались десятками, не понимая как мне противостоять.

— Так вот как это должно работать… — прошептал я.

На миг даже мелькнула странная мысль: может, я всё это время сам себя калечил? Сжигал лишнее, пугал врагов вспышками, вместо того чтобы учиться владеть каждым движением.

Я втянул воздух и почувствовал, что он уже не такой тяжёлый. Туман здесь редел, как будто сам признавал поражение. Но облегчения это не принесло. В глубине оставался странный гул — шаги. Массивные, уверенные. Они приближались, будто земля отзывалась эхом на их поступь.

Я замер, подняв взгляд. Сердце билось медленнее, чем должно было в такие моменты. Это не было паникой — скорее ожиданием. Как перед экзаменом, где знаешь: придётся сдать, хочешь ты того или нет.

В тумане шевельнулись новые тени. И эти были другими: крупнее, тяжелее, мощнее. Я сразу понял, что это не обычные воины. Это были командиры.

Я выдохнул и крепче сжал рукоять.

— Ну что ж… проверим, кто кого.

Из тумана вышли двое. Высокие, широкоплечие, каждый будто собран из камня и чёрного дыма. Когда они сделали шаг, земля дрогнула, и я ощутил это даже через подошвы сапог.

Я сразу заметил — ядра в груди у обоих горели куда ярче, чем у тех, с кем я бился до этого. Пятая ступень. Не просто рядовые надсмотрщики, а настоящие командиры. Вокруг них сам туман клубился плотнее, словно защищал хозяев.

Они остановились в нескольких шагах. Молчали. Только тяжёлое дыхание, похожее на скрежет камня. Один вскинул руку — и пространство будто треснуло.

Удар пришёл без предупреждения. Чистая сила, словно обрушили на меня стену. Я едва успел выставить щит. Воздух завыл, энергия прогнулась дугой и с грохотом ударила в барьер. Меня швырнуло назад, пятки соскользнули по камням, зубы скрипнули от напряжения.

Щит держался, но я чувствовал, как он гудит, будто струна на грани разрыва. Ещё чуть-чуть, и пробьёт.

— В лоб не потяну, — выдохнул я сквозь зубы.

Второй командир двинулся, обходя сбоку. Оба были согласованы, давили, как два жернова. В этот миг я понял: обычной яростью тут не выиграть. Нужны хитрость и новые приёмы.

Я сорвал щит, ушёл вбок рывком на платформе, и удар пронёсся мимо. Камни, где я стоял секунду назад, вспыхнули и рассыпались в пыль.

Я не стал спорить с грубой силой. Под ногами сформировал ступеньку из воздуха и рванул вверх, меняя угол. Платформа хрустнула от давления, но выдержала. Второй шаг — и я уже над ними.

Первый из командиров вскинул голову, попытался дотянуться ударом энергии, но я резко сорвался вниз, словно камень с катапульты. Рывок сбоку, клинок мелькнул, и его шея разошлась всполам, тёмное свечение брызнуло из разреза. Он захрипел, отшатнулся, но не упал. Я успел только мысленно отметить — работает.

— Не такие уж вы и непобедимые, — пробормотал я сквозь стиснутые зубы.

И тут второй пошёл в наступление. Не ждал, пока напарник удержится, не пытался оттянуть время. Просто обрушился всей массой прямо на меня. Я успел выставить щит, но удар оказался таким, что его хватило бы снести башню.

Щит вспыхнул и треснул, меня подбросило, грудь обожгло — словно кто-то ударил молотом. Я перекатился, воздух хрипло вырвался из лёгких. На губах — металлический привкус крови.

— Чуть-чуть ещё, — проскрипел я, поднимаясь на ноги.

Командиры не давали паузы. Первый уже шатался, но держался на ногах, второй двигался стремительно, для своей массы слишком быстро. Их давление росло, и я понимал: ещё один прямой удар — и щита не хватит.

Я сжал клинок крепче. Он дрожал в ладони, будто ждал момента.

Клинок в руке завибрировал так, что кости пальцев заныли. На миг показалось — вот-вот выскользнет, но потом звук изменился. Он не звенел, а пел, тихо и настойчиво, будто отзываясь на каждую жилку моей крови.

Я шагнул вперёд, одновременно выставив барьер. Второй командир врезался в щит, проскрежетал, а я нырнул мимо и оказался у первого. Его рана на шее уже затянулась дымом, глаза сверкали злобой. Он замахнулся, но было поздно.

Я ударил.

Клинок разрезал его защиту так, словно её и не существовало. Металл вошёл в грудь, разрезая ядро. Мир оглушительно вспыхнул — резонанс прошёл сквозь меня, кожу обожгло теплом. Враг захрипел, потянулся рукой, но пальцы лишь царапнули воздух.

Гигант покачнулся, сделал полшага назад и рухнул, сотрясая землю. Свет ядра погас, растворяясь в дыму.

Я стоял над ним, едва дыша, чувствуя, как грудь разрывается от напряжения, но выпрямился. Второй командир зарычал, бросаясь ко мне, но я уже поднял клинок, чувствуя, как он поёт всё громче.

— Ну что, продолжим?.. — выдохнул я, стирая кровь с губ.

Оставшийся туманник бросился на меня, рёв его был похож на раскат грома. Щит дрогнул от первого удара, по рукам прошла ломящая боль. Я откатился в сторону, выставив воздушную ступень, и рванул вверх. Он потянулся за мной, прорываясь сквозь барьер, но в этот раз я был готов.

Щит не только выдержал — он отразил удар. Волна силы отбросила его на полшага, и этого хватило. Я рванулся вниз, клинок в руках вспыхнул, словно жаждал крови.

Мы столкнулись на середине движения. Его когти полоснули по воздуху, скрежетнули по щиту, но я пробился сквозь. Удар в голову — резкий, точный. Резонанс клинка прорезал защиту, как нож тонкий лёд.

Тело дёрнулось, глаза врага вспыхнули и тут же погасли. Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как мышцы сводит от напряжения. Второй командир рухнул у моих ног, дым закрутился над ним, втягивая остатки в туман.

На секунду повисла тишина. В ушах только стук сердца. Я выпрямился, и клинок в руке стих, замолк, будто насытившись.

Туман вокруг шевелился, словно колебался вместе с теми, кто в нём прятался. Я почувствовал взгляды десятков глаз — пустых, бесстрастных, но в которых впервые промелькнула тень сомнения. Командиры пали, и для этих существ это значило куда больше, чем для людей. Власть держалась на силе, а раз сила исчезла — значит, порядок нарушен.

Я сделал шаг вперёд. Один. Второй. Клинок дрожал в руке, но не от усталости — от резонанса, который ещё не до конца стих. Шаги звучали отчётливо, даже сквозь туман. Кажется, сами туманники замерли, не решаясь двинуться.