Евгений Астахов – Пробуждение Силы. Том II (страница 28)
Острые зубы смыкаются на предплечье, а её вес роняет меня на пол. Я стряхиваю зверюгу, точно назойливого котёнка. Зубы лишь царапают закалённую плоть. Вновь метнувшись в атаку, хватаю фамильяра за горло и одним ударом насаживаю на торчащий из земли шип.
Айлун врезается в мой жёсткий блок. Сила наших ударов нарастает. Только мне ещё приходится уворачиваться от атак Феррона, разрывая дистанцию.
Вдали, у очередной статуи, слышу лязг металла, ещё и Ки, разлитая в воздухе, сгущается. Похоже, нас ждёт пополнение. Феррон на время исчезает из поля зрения, оставляя меня один на один с Айлуном.
— Ты всё ещё грубый неотёсанный камень! — смеётся тот, обрушивая на меня всю мощь своего дара.
Земля под ногами размякает, тут же затвердевая и сковывая движения. Мои удары становятся слабее, не могу ни корпус довернуть, ни переместиться. Ноги увязают в раскисшем грунте, затвердевая в каменных тисках. По полу проходит ещё одна дрожь, и металлическая шипованная цепь обвивает меня змеёй, царапая укреплённую кожу.
На один из валунов взбирается крепко скроенный парень с могучим торсом.
— Развлекаешься без меня, дружище⁈ — окликает он Айлуна. — Разве могучему Феррону стало не по силам совладать даже с Железным Журавлём⁈ — с едким сарказмом кричит он.
Секундная заминка оппонента даёт мне шанс вырваться из оков. Разрываю цепь рывком, обломав одно из звеньев своей силой.
Серия быстрых ударов пробивает защиту Айлуна. Я уже примерился к его стилю, нащупав уязвимость с правой стороны. Враг отлетает и падает, тяжело дыша. По мне струится пот, разъедающий многочисленные порезы. Во рту чувствую привкус металла.
— Передохнёшь? — бросает новичок Айлуну, не мне.
Тот шевелится медленно, глядя на руки — их плоть начинает слезать, точно чешуя:
— И это всё? — хмурится он. — Я думал у меня будет больше времени.
— Как и всегда, израсходовал слишком много сил в чужом теле! — нравоучительно упрекает его здоровяк. — Да ещё и натворил тут каменных дел. И чего ты хотел после этого?
Всё это время мои многочисленные удары поражали средоточия в его теле. Может, он и выглядит, как ученик Аранга и обладает какими-то способностями, но всё же остаётся простой марионеткой.
— Великолепный бой! Не повторяй моих ошибок, Чангпу, — вздыхает Айлун. — Эта пташка сможет тебя удивить.
— Удивить⁈ — недоверчиво хмыкает тот. — Ты так долго спал, что разучился как следует использовать силу в этом обличье! Всегда рассчитывал, только на неё, но эти дрянные статуи не сравнятся с телом возвысившегося практика.
В руках Чангпу появляются парные клинки:
— Говорят, ты любишь рукопашную? — ухмыляется он самодовольно. — Тогда умрёшь на своём поле, щенок!
Сколько в них кровожадности. Мне даже не верится, что эти люди могут быть учениками Аранга — верховного божества. Разве такому он их учил? Почему они так жаждут убивать?
Я не успеваю поразмыслить, новый враг атакует в полную силу. Едва успеваю уклоняться от взмахов, загнанный в жёсткую оборону. Острые клинки мелькают на огромной скорости не в силах достать меня. Феррон же не вмешивается в наш поединок, лишь наблюдает, прислонившись к очередной статуе.
Атаковать вслепую глупо, поэтому я привыкаю к новому противнику. Постепенно я нащупываю его слабые места. Он отсекает выращенные мной корни, прежде чем те приближаются.
Противник словно вершина боевых стилей всех моих противников на полигоне. Его клинки живут собственной жизнью. Резко меняют направление, прокручивается. В воздухе Чангпу подбрасывает свой меч, меняя хват, и тут же атакует.
Теперь понятно, почему Чангпу не использует техники — его атаки и без того разнообразны и опасны. Да и нынешнее тело долго не протянет. Лишь
Начинаю атаковать сам, подстраиваясь под дикий ритм схватки. Атаки парирую, отбивая клинки ударами по тупой части. Сила настолько велика, что то и дело высекает искры. Моё тело сейчас не просто
Воздух наполняется прохладой и пол вокруг покрывается корочкой льда. Рядом взвивается столб пламени, а поодаль вырастает ледяной обелиск. Из огня появляется Феррон. Сквозь лёд проступает худощавый бледный юноша.
Они синхронно вскидывают руки. Нас захлёстывает волна пламени, окутывая Чангпу огненным покрывалом. Его тело покрывается защитным металлическим панцирем, раскаляясь докрасна. Следом нас атакует ледяной шквал от второго адепта.
— Примитивная защита против металла! — презрительно роняет Чангпу своё оружие.
Оба клинка звеня о камень, рассыпаясь. Умно. Чтобы я не мог ими воспользоваться.
— Среди последователей Аранга я был сильнейшим! — противник качает головой из стороны в сторону. — Мечи для меня лишь игрушки. Тело настоящего адепта и есть его главное оружие.
— Я думаю так же, — мерно киваю.
А сам расставляю ноги пошире, занимая устойчивое положение.
— Довольно болтовни. Покажи всю свою мощь!
Противник исчезает! Я улавливаю за спиной всплеск Ки, но не успеваю отреагировать. Мощнейший удар бросает меня на землю. Кувыркаясь, сшибаю неровности рельефа, оставшиеся от Айлуна.
Скорость врага запредельная. Он не использовал технику переноса, а смог так быстро зайти мне за спину.
Уворачиваюсь от горящих струй в последний миг, опалив ноги. Пламя волнами проходит сквозь защиту. Мои силы на исходе.
Из парного тумана вылетает Чангпу, закованный в металл. Выставляю руки максимально сконцентрировав
Меня швыряет туда-сюда по полю битвы. Я скольжу, падаю, поднимаюсь снова. Вокруг вздымается горящее кольцо, сжимая арену. Пламя Феррона превращает землю в пепел. Вода от него становится мутной, скрывая от меня острые каменные пики, торчащие повсюду.
Противник ловко прыгает по залитой водой арене. Мне же приходится двигаться почти наугад, лишь бы успеть увернуться от его стремительных атак. Я вынужден экономить силы для
Добравшись до огненного кольца, я встречаю его контратакой. Чангпу возникает сбоку, бьёт в голову — я едва успеваю пригнуться, раскручиваясь с ответными ударами. Серия корней устремляется вслед, но тщетно — силуэт врага уже растворился.
В преграде из пламени появляется проход — я проскальзываю в него и перекатываюсь, готовясь принять новый натиск.
— И это всё, на что ты способен⁈ — доносится вслед.
Моя задача пройти испытания, а не победить их всех! Может, стоит уничтожить оставшиеся статуи? Тогда других врагов не появится.
Передо мной возникает Феррон. На полном ходу я врезаюсь в него, пользуясь замешательством. Его посох неизменно мешает дотянуться до тела, а сам он невероятно быстр и силен — в нём течёт гораздо больше энергии, чем в предыдущих противниках!
Переливающаяся серебром энергия достигает пятой статуи. Время почти застывает. С потолка начинают падать красные лепестки. Вокруг разливается вязкий серый туман.
И раздаётся знакомый голос:
— Ты звал меня? — звучит он мелодично.
Глава 17
— Кровавая Сакура, — сами шепчут мои губы.
Неосознанно подставляю руку под неторопливо опадающие лепестки. Ловлю один, ощущая в нём приятное тепло и родство. Древесная стихия в такой необычной форме. Однажды отец рассказывал легенду про таинственную породу деревьев, питающихся кровью. Может ли это быть одним из таких?
Корка на статуе порастает шевелящимся ковром мха и за один удар сердца осыпается наземь. Резные черты лица скульптуры изображают совсем юную девица, чуть старше Лин в день её отбытия. Отряхнувшись, незнакомка грациозно потягивается, словно кошка. Есть в ней что-то сердитое, чем она ещё больше напоминает сестру. Волосы собраны высоким хвостом на затылке и украшены причудливой заколкой. Лицо бледное, будто оно ни разу не видело солнца.
— Так вот, кто это был… — приветливо улыбается она.
— О чём ты? — не понимаю я.
— Совсем недавно ты назвал меня по имени. Какой забывчивый мальчишка! — девушка цокает языком.
Милая улыбка собеседницы исчезает, на смену ей приходит хмурая гримаса.
— Знала бы, что Феррон воспользуется частицей моей души для подобного, — она обводит руками зал, — никогда бы не согласилась на это.
— Тебя зовут Кровавая Сакура? — удивляюсь я.
Незнакомка отвечает звонким смехом, со вздохом качнув головой:
— Что стало с этим миром? Меня уже забыли? Как это возможно⁈ — в её голосе искреннее возмущение женщины, обиженной невниманием мужчины.
Тактично молчу и оглядываюсь. Пространство по-прежнему залито туманом. Не вижу ни одного из своих противников на этом испытании.
— Одно из моих многочисленных имён, придуманных людьми, — наконец, поясняет она и подходит ближе.
Я же каменею от её грозной, но такой родной энергии. Энергии Древа.
— Учитель называл меня Сакурой, — с мимолётной улыбкой добавляет женщина.
Познав родство с древесной стихией, я стал чувствительнее к ней. И то, что я ощущаю в этой адептке, одновременно пугает и завораживает. Могу лишь двигать головой и шевелить губами.
— Ты поверг Айлуна, а Чангпу ещё не выпотрошил тебя, что само по себе похвально, — в её голосе резонирует сталь. — Достойно похвалы, маленький Железный Журавлик. Феррон отменно подготовил тебя.