Евгений Астахов – Миротворец (страница 7)
— Польщён вашей высокой оценкой, айденна, — отвечаю я с лёгким поклоном. — Видимо, общение с дочерью благородного Дома не прошло для меня даром. Глядишь, ещё пара столетий, и я начну неплохо играть на ворпалите.
— Думаю, я всё же последую вашему совету и приму помощь незнакомца, кем бы он ни был.
Есть контакт! Матриарх заглотила наживку.
Хельдра тихо смеётся, на миг становясь почти расслабленной.
Пользуясь моментом, я решаюсь сменить тему и прощупать почву.
— Могу я полюбопытствовать, каково ваше мнение о кселари? — начинаю я издалека.
Дроккальфар мгновенно подбирается и мрачнеет. Кажется, упоминание о яйцеголовых разом испортило ей настроение.
— Эти примитивные звери не стоят и Кройцева яйца! — цедит она сквозь зубы. — Они думают, что одной грубой силой можно добиться чего угодно. Никакой изящества, никакой хитрости — лишь вульгарное желание поглотить и разрушить всё на своём пути. — Матриарх презрительно качает головой. — Увриксиар не потерпит этих невежественных варваров, мнящих себя высшей расой. Их самодовольство и невежество сводят меня с ума! — в её голосе слышны нотки гнева, но больше в нём проскальзывает презрение.
Отлично. Это может стать козырем в будущем.
— В этом наши точки зрения схожи, — невозмутимо откликаюсь я. — Грядут большие перемены. И от того, на чьей стороне окажутся ключевые силы, в немалой степени зависит исход партии. Полагаю, у Дома Марвейр есть свой интерес в том, чтобы эти перемены пошли ему на пользу. Или как минимум, не во вред.
Хельдра бросает на меня долгий, изучающий взгляд. Кажется, она начинает понимать, куда я клоню.
— Вы знаете больше, чем говорите, не так ли, айденн? — уточняет она вкрадчиво. — Что ж, пока оставьте при себе ваши притягательные тайны. Пока что нам обоим стоит разобраться с тем, что уже лежит у нас на тарелке…
— Безусловно, айденна. Всему свой черёд. Не смею вас боле отвлекать от торжества. Наслаждайтесь… — и, отвесив церемонный поклон, я покидаю галерею, возвращаясь в общий зал.
Музыка уже стихла, гости постепенно стекаются к высоким столам, ломящимися от экзотических закусок. Похоже, близится торжественная часть вечера.
Не успеваю я пройти и десятка шагов, как с двух сторон меня подхватывают под руки близнецы Ульгрид. На лицах обоих застыла неживая улыбка, не достигающая глаз. Они пытаются увести меня в тёмный угол, подальше от посторонних ушей, но я упираюсь, намеренно оставаясь на виду.
— В чём дело, айденна? — с наигранным удивлением спрашиваю я, оборачиваясь к Тарнире. — Соскучилась по моему обществу?
Её брат еле слышно рычит, пока я прохожусь по нему
Глаза цвета расплавленного золота прожигают меня насквозь. Вастро мало похож на свою сестру: короткие белые волосы зачёсаны, пониже ростом, тёмная кожа обтягивает литые мышцы. На нём распахнутая на груди куртка с золотистой вышивкой на плечах, под которой виднеется не менее затейливая рубашка. От недомерка так и веет агрессией, плохо скрываемой за светскими манерами. Наверное, комплексы.
???
???
— Не забывай, что ты подписал договор, — шипит мне на ухо Матриарх, цепко удерживая за локоть. — И не забывай, что Драгана захлебнётся кровью, если ты не выполнишь контракт. У тебя осталось меньше одиннадцати часов на его выполнение!
— Марвейры должны умереть! — тихо цедит её братец, и получает тычок в бок от сестры.
— Не переживайте, сегодня в Доме Марвейров обязательно прольётся кровь, — бросаю я небрежно.
— Мы видели, как ты секретничал с их Матриархом! — рычит Вастро, сжимая моё запястье стальной хваткой. — О чём вы говорили, отвечай!
Я перевожу на него снисходительный взгляд.
— Да так, о сорняках болтали, — пожимаю плечами с самым невинным видом. — Чтобы подобраться к цели, нужно сперва найти к ней подход. Вот я и решил заинтересовать Хельдру светской беседой. Это облегчит выполнение задачи.
Моя уклончивость лишь распаляет гнев Армигера. Он теряет терпение, и его голос становится громче, рискуя привлечь внимание окружающих.
— Думаешь, нас можно провести этой чушью⁈ — рявкает он. — Кройцев помёт! Ты возомнил себя самым умным⁈ Да как ты смеешь морочить нам голову своими лживыми отговорками⁈
— Тише, Вастро! — одёргивает его сестра, но уже слишком поздно.
Я всей кожей чувствую на нас любопытные взгляды гостей, которые начинают оборачиваться на шум. Отлично, внимание привлечено. Пора действовать.
Спокойно вырвавшись из хватки близнецов благодаря
Над залом повисает шокированная тишина, сменяющаяся возмущённым гулом и смешками. Дроккальфары-мужчины потешаются над униженным Армигером, который, багровея от ярости, пытается подняться на ноги. Женщины же закатывают глаза, всем своим видом выражая презрение.
Тарнира застывает с перекошенным от гнева лицом. Прежде, чем она успеет оклематься, я гаркаю на весь зал:
— Да как ты посмел, ничтожество⁈ Ты не способен найти клитор своей сестрёнки, но зато где-то нашёл наглость лезть ко мне со своими гнусными предложениями! — насмешливо цокаю языком. — Думаешь, если она посулила мне три миллиона арканы, я позволю тебе припасть своим паршивым языком к моему достоинству⁈ — громогласно возмущаюсь, привлекая ещё больше внимания. — У меня вообще-то есть прекрасная невеста! И на ваши грязные сексуальные фантазии я любоваться тоже не стану! Даже за пять миллионов! Хотите спариваться, как Кройцы, за шторой, делайте это у себя дома, а не в гостях!
Мгновенно выхватив из Экстрамерного кольца нож, чиркаю им по ладони, окропляя кровью пол между нами.
— Я вызываю тебя на дуэль!
Глава 6
Зал встречает мои слова удивлёнными вздохами и приглушёнными перешёптываниями.
Вастро медленно поднимается на ноги, его тело дрожит от едва сдерживаемого гнева. Кажется, унижение, которое он только что испытал, лишь распалило в нём жажду крови. Глаза цвета расплавленного золота прожигают меня ненавидящим взглядом.
— Ты заплатишь за свою дерзость, иномирец, — цедит он ледяным тоном. — Клянусь Двуединой, я задушу тебя твоими собственными кишками!
Он готов броситься на меня с голыми руками, но сестра удерживает его. Тонкие пальцы смыкаются на предплечье брата подобно стальным оковам.
— Опомнись, брат! — шипит она, еле шевеля губами. — Не будь идиотом! Неужели ты не видишь, что он играет с тобой⁈ Он нарочно провоцирует тебя, чтобы ты потерял голову!
Попытка образумить дрокка не приносит результата. На миг в глазах Вастро мелькает проблеск рассудка, но тут же угасает, вытесненный всепоглощающей яростью. Этого бешеного пса уже не остановить.
Одним рывком он высвобождает руку из хватки сестры.
— Я никому не позволю так себя оскорблять! — рявкает Армигер. — Да что я?.. Он прошёлся своим грязным языком и по тебе, сестрёнка. Или ты предлагаешь мне стерпеть это издевательство? Чтобы каждая Кройцева падаль сочла, что наш Дом не способен постоять за себя?
— Я предлагаю не идти у него на поводу, болван, — повиснув на руке брата, шепчет ему на ухо Матриарх. — Неужели ты забыл? Никогда не дерись на поле боя, подготовленном противником. Рычаг воздействия всё ещё у нас. Мы заставим этого варвара пожалеть о содеянном.
— Нет, это ты забыла главный постулат: «Перед лицом абсолютной силы любые хитрости теряют смысл», — надменно цедит Лунный Хищник. — Мне плевать, что он там задумал, потому что я размажу его по каменным плитам этого Дома. Или ты сомневаешься в моей силе⁈
— Я сомневаюсь в твоём разуме, брат, — раздражённо отзывается Тарнира. — Но раз ты настаиваешь на том, чтобы поиграть в его игру… — она отпускает его руку и отступает на шаг.
Вастро в ответ лишь раздражённо отмахивается. Сейчас для него существует только ненавистный враг, посмевший втоптать его в грязь. Остатки благоразумия покидают дрокка, оставляя лишь жажду крови.
— Я принимаю твой вызов, выскочка, — Армигер выпрямляется во весь рост, расправляя плечи, и медленно ведёт кинжалом по ладони. — Сегодня твоя кровь обагрит эти камни, и все увидят, как умирает тот, кто посмел бросить вызов Дому Ульгрид.
Пятёрка за пафос, двойка за тупость.
В зале воцаряется напряжённая тишина. Лишь шелест платьев выдаёт всеобщее любопытство. Все взгляды прикованы к разыгравшейся сцене. И тут, словно по мановению волшебной палочки, из толпы выплывает Хельдра Марвейр собственной персоной. Её бесстрастное лицо не выражает ни удивления, ни недовольства.
— Что здесь происходит? — ледяным тоном интересуется она, обводя нас тяжёлым взглядом.
Тарнира мгновенно вскидывает голову. На её губах змеится торжествующая усмешка.