Евгений Астахов – Император Пограничья 18 (страница 27)

— Федот сказал, что Мирон у нас, — она опустилась в кресло напротив, серо-голубые глаза внимательно изучали моё лицо. — И что были какие-то восточные маги.

— Кровавый Полумесяц, — я развернул к ней экран когитатора. — Слышала о таком?

Засекина покачала головой, медно-рыжая коса качнулась за спиной.

— Название знакомое, но не могу вспомнить откуда. Давай поищем.

Следующий час мы провели, перебирая статьи в Эфирнете. Постепенно картина начала складываться, и она оказалась куда интереснее, чем я ожидал.

До Великого нашествия Бездушных османы владели огромной империей, сформировавшейся уже после моей смерти. Султан в Стамбуле, янычарский корпус как становой хребет армии, железная дисциплина от Балкан до Персии.

Когда волны Бездушных хлынули с востока и юга, где-то там явно находились открытые порталы, централизованная власть рухнула за считанные месяцы. Стамбул к тому моменту успел возвести мощные защитные стены и превратиться в Бастион, а вот провинции остались без поддержки. Местные военачальники — беи, феодальные правители областей — были вынуждены самостоятельно организовывать оборону своих земель.

— Теперь на месте империи около десятка независимых княжеств, — Засекина провела пальцем по карте, вслух читая текст на экране. — Анкарский бейлик, Конийский, Измирский, Бурсанский… Формально все признают власть стамбульского султана, но фактически каждый сам себе хозяин.

— Знакомая картина, — я усмехнулся, вспоминая раздробленность Содружества.

— Только хуже. Они постоянно воюют друг с другом за ресурсы, торговые пути, месторождения Реликтов. А регулярная армия после распада империи рассыпалась на осколки.

Ярослава открыла следующую статью, и её брови поползли вверх.

— Вот это уже любопытно, слушай. Янычары превратились в наёмные братства — коши, от турецкого «отряд» или «дружина», аналоги наших ратных компаний. Элитные ударные отряды, из так называемых «дели», сбились в разбойничьи банды. А боевые маги хавасы стали продавать услуги тому, кто больше заплатит. И теперь бейлики нанимают тех же янычар, дели и хавасов, которые когда-то служили единой империи, чтобы воевать друг с другом.

Ирония истории. Осколки великой армии убивают друг друга за золото тех, кого когда-то защищали.

— Кровавый Полумесяц — это один из янычарских кошей, — Засекина открыла подробную статью и начала читать вслух. — Они сохранили военную структуру старой империи: ага-командир, чауши-офицеры, йолдаши-рядовые. Средняя численность от пятидесяти до пятисот бойцов.

Я наклонился к экрану, изучая детали. Строгая иерархия и кодекс чести — нарушивший клятву изгонялся с позором. Янычары предпочитали огнестрельное оружие: винтовки, автоматы, пулемёты в зависимости от того, насколько щедр заказчик. Славились железной дисциплиной и стойкостью в обороне.

— Интересно, — я указал на абзац. — Они не участвуют в резне мирного населения. Строго придерживаются правил войны.

— Профессионалы, — кивнула Ярослава. — Смотри дальше: в мирной жизни носят традиционные белые войлочные колпаки с султанами из конских волос или перьев — символ принадлежности к братству. Сохраняют обычаи: общие трапезы, почитание памяти павших, походные мечети с имамами-капелланами. Уважают противника, сражающегося с честью.

Это объясняло высокую цену их услуг. Наёмники с принципами стоили дороже, но контракт выполняли до конца. Крупнейшие коши базировались в разных городах: «Белые Колпаки» в Эдирне считались старейшим братством, «Верные Львы Пророка» специализировались на обороне крепостей, а «Кровавый Полумесяц» брался за штурмы.

— Терехов нанял штурмовиков, — отметил я. — Готовится к активным действиям, не только к обороне.

— Или хочет иметь возможность атаковать, если понадобится, — Засекина перешла к следующей статье и присвистнула. — А вот эти ребята уже совсем другого сорта. Дели — «Безумцы войны».

Я прочитал описание и почувствовал, как губы сами собой кривятся в усмешке. Дели когда-то были элитными ударными отрядами, специализировавшимися на психологическом терроре и молниеносных атаках. После распада империи объединились в небольшие банды по десять-тридцать человек.

— Послушай это, — Ярослава начала зачитывать с нескрываемым удивлением в голосе. — Внешний вид сохранён нарочито: шлемы из шкур хищников — волков, медведей, леопардов — с перьями орлов и грифов. Плащи и накидки из шкур тигров, львов, лисиц, причём чем экзотичнее зверь, тем выше статус владельца. За спиной — два больших крыла из перьев или конских хвостов, создающие устрашающий силуэт. Оружие украшено костями, черепами животных, звериными клыками. Даже лошади покрыты попонами из шкур, а гривы заплетены с костяными украшениями.

— Театр ужасов на поле боя, — с сарказмом отметил я, качнув головой.

— Именно. Появление дели с воем, барабанным боем и дикими криками ломает мораль противника ещё до первого удара. Специализируются на рейдах, диверсиях, разведке боем. Мастера ближнего боя: изогнутые ятаганы, булавы-боздоганы, кинжалы. Часто используют боевую магию огня и воздуха для усиления эффекта — огненные следы за конницей, грохот, как гром. Однако магов среди них не очень много.

— А вот это уже неприятно, — я отметил абзац про репутацию.

Засекина кивнула, её лицо стало жёстче.

— В мире их считают опасными психопатами. Нанимают для грязной работы. Не брезгуют пытками, грабежами и запугиванием мирного населения. Их присутствие означает, что заказчик хочет сломить врага морально, а не просто победить.

— Живут по принципу «смерть или слава», — я прочитал дальше. — Считают, что умереть в бою лучше, чем дожить до старости. Многие употребляют стимуляторы перед боем: алкоголь, алхимические настойки, магические зелья. Презирают слабость и трусость.

— Янычары считают их бесчестными разбойниками, — добавила Ярослава. — Взаимная неприязнь. Если Терехов нанял и тех, и других, у него будут проблемы с координацией.

— Если нанял, — уточнил я. — Пока мы знаем только про Кровавый Полумесяц.

Засекина открыла последнюю статью и замерла, изучая текст.

— А вот и наши маги. Хавасы, от «Ахль-и хавас» — люди тайных знаний. Элитный корпус боевых магов Османской империи, владевших сложнейшими эзотерическими техниками.

Я наклонился ближе к экрану. Хавасы изучали магию не в академиях, как принято в Содружестве, а в медресе и дервишских обителях, что придавало их искусству особый, почти мистический характер. Малые отряды по пять-пятнадцать магов во главе с шейхом — Мастером не ниже третьей ступени. Строгая градация по уровню посвящения: мюрид-ученик, дервиш-подмастерье, шейх-мастер. Каждый отряд специализировался на определённом типе магии, и в братство принимали только магов не ниже ранга Подмастерья — остальных считали недостойными традиций.

— Вот почему они такие опасные, — я указал на раздел о магической специализации. — Стихийная трансмутация: превращение одной стихии в другую, комбинированные заклинания высочайшей сложности, создание магических ловушек с отложенной активацией. И ещё — геометрическая магия.

— Что это? — вскинула брови моя невеста.

— Использование сложных рунных кругов и арабесок для усиления заклинаний. Боевые мандалы — защитные конфигурации, которые хавасы чертят прямо в бою. Пространственная магия: искривление траекторий снарядов, телепортация на короткие дистанции.

Я вспомнил троих магов в охотничьем поместье, которых видел глазами Скальда. Огненные плети, едкий дым, огненный вихрь — всё это укладывалось в полученную информацию. И если бы не внезапность нашей атаки, они могли бы натворить куда больше бед.

— Традиционные хавасы носят длинные халаты с геометрическими узорами, — подхватила Засекина. — Это не декор, а рунная защита. Высокие тюрбаны или фески с металлическими пластинами, выгравированными защитными символами. Посохи или жезлы из редких пород дерева — кедра, сандала, чёрного дерева — инкрустированные кристаллами Эссенции. На каждом хавасе десятки защитных амулетов и талисманов.

— Пленник упоминал магов в халатах с узорами, — вспомнил я. — Но также говорил про молодых в обычной форме.

— Прогрессивное крыло, — Ярослава ткнула пальцем в абзац. — Молодые хавасы предпочитают обычную солдатскую экипировку. Видимо, троица, которую там положили, была как раз из таких.

Я изучил раздел о боевой роли: прорыв обороны через уничтожение вражеских барьеров сложными ритуалами, контрмагия и подавление вражеских магов, дальнобойные разрушительные заклинания по скоплениям противника, создание защитных барьеров для союзных войск.

— У них есть кодекс, — отметила Засекина с лёгким удивлением. — Считают себя носителями древнего знания, а не простыми наёмниками. Контракт подписывают только после изучения целей заказчика — не сражаются за «недостойное дело». Запрещено обучать непосвящённых их техникам. Уважают достойного противника-мага — после боя могут предложить почётные похороны его родне.

— Не участвуют в резне мирных и грабежах, — я прочитал дальше. — Считают это ниже своего достоинства. Как и янычары.

— Они и ценят янычаров за дисциплину, — кивнула Ярослава. — Взаимное уважение. А вот дели называют дикарями, и это тоже взаимно — дели зовут хавасов «книжными червями».

Последний абзац объяснял, почему Терехов решился на такие траты: один хавас стоил как трое обычных боевых магов. Крайне дорогие, но князья Содружества охотно их нанимали для сложных боевых задач. Академии магии даже изучали трофейные артефакты хавасов, пытаясь разгадать их секреты.