Ева Никольская – Дракон и серебряная принцесса (страница 19)

— Хватит скакать, Натали, — услышала я тихий голос. Не то женский, не то мужской — какое-то неопределяемое по половому признаку шипение. — Был у тебя кулон, теперь серебряный кафф. Подумаешь, проблема!

— Говорящий кафф, — уточнила я, немного успокоившись. Раз эта штуковина диалог со мной ведет, а не вгрызается в мозг, почему не пообщаться? Вдруг что-нибудь дельное подскажет, ее же мне мама подарила, а не кто-нибудь.

— Волшебный кафф! — с гордостью заявил… собственно, кафф. — Ну что? Будем дальше горе вином заливать или пойдем уже?

— Куда? — заинтересовалась я, невольно потянувшись к украшению, оккупировавшему ухо.

— Руками не тр-р-рогать! — рявкнуло существо. — Это раньше я просто кулоном был, а теперь… не просто кулон. — Будто от его слов что-то прояснилось. — Слушай и внимай, Наташка. — Губы дрогнули в улыбке от такого родного земного обращения. Наташка… приемная мать меня так называла иногда наедине. На людях же — только Натали. Считала, что полное имя звучит аристократичней, хотя и непонятно почему. — А пойдем мы, ясен пень, к Янусу. Он ждет.

И снова этот загадочный Янус. Впрочем, его кандидатура была точно предпочтительней киллера, который, если и не хочет, все равно будет вынужден меня прикончить. Играть в русскую рулетку с черным драконом я не нанималась: сегодня не убил, значит, завтра убьет… не завтра — так через неделю. Как он там пообещал заказчику? Наиграется и уничтожит? Нет уж!

— К Янусу, говоришь? А пошли! — согласилась я. — Только как? — И покосилась на байк с ковром. Вдруг летают?

— Не на этой «таратайке» точно. На ней мы тут, конечно, можем поиграть в догонялки с разъяренным ящером, но переместиться в другой мир вряд ли удастся.

— Что предлагаешь?

— Я могу открыть портал. Всего раз. И только в город, где находится Янус. Другого шанса сбежать не будет, так что поторопись, принцесса. Надо рвать когти, пока твой тюремщик не вернулся. Давай… иди уже… одежку какую-нибудь подбери. А то в этом наряде тебя только в борделе с распростертыми объятиями примут да на невольничьем рынке, а у нас другие планы.

Насупившись, я плотнее запахнула платье, прикрывая частичную наготу. Даже капюшон хотела накинуть на голову, чтобы лишить кое-кого обзора, но передумала. Артефакт, коим оказалось серебряное украшение, был прав — сменить костюм перед предстоящим путешествием не помешает, если не хочу новых проблем.

С другой стороны, может, он и не артефакт вовсе, а пьяный глюк. Но какая разница, как называется волшебный кафф, если он действительно поможет мне улизнуть от наемного убийцы? А если нет, я попробую-таки завести странный байк и прорваться на нем сквозь магический щит. Авось получится.

Подгоняемая болтливой змейкой, я больше не прохаживалась по драконьей сокровищнице, а едва ли не бегала в поисках гардеробной. И нашла ее, несмотря на нехватку света. Мужские вещи хранились в глубокой нише, и там (о чудо!) имелась также магическая лампа на высокой подставке, которую я тут же зажгла.

Все было аккуратно разложено по полочкам: белье, штаны, рубашки, обувь. Отдельно висели куртки и плащи неизменного черного цвета. Безликая, но качественная одежда отвечала запросам каждого из девятнадцати миров, что наверняка позволяло Тени не выделяться на улицах разных городов и стран. Да и вообще… не выделяться.

Женских шмоток тут не было и в помине, и это почему-то обрадовало. Думать о причинах столь странной реакции я не стала, к тому же кафф, без конца дающий советы, не располагал к самокопанию. Торопливо перебирая чужие костюмы, я с тоской понимала, что утону в любом из них.

— Накидку бери! — скомандовала змейка… хотя, скорее уж змей, которого, кстати, я прозвала Горынычем. Он пофыркал немного, но смирился, так как настоящее свое имя, если оно у него действительно было, мне называть отказался. — Да не эту, дурында! Шлейф на свадебном платье сделаешь, а сейчас самую короткую хватай — она как раз тебе до щиколоток будет.

— А под нее что?

— Рубашка за платье сойдет, если ремнем подпоясать…

— Коротко, — возразила я, скептически разглядывая мужские сорочки.

— Мы в Лимборо отправляемся, там и не в таком народ шастает, — со знанием дела парировал артефакт.

Решила с ним не спорить. Не потому, что была согласна, просто альтернатива все равно отсутствовала. Выбрав самую длинную рубашку, которая, судя по качеству и серебристой вышивке, была парадно-выходной, я метнулась к зеркалу, притаившемуся в углу, чтобы переодеться.

— Да уж! Серебряная принцесса, — прошипела недовольно, хотя отражение мне, если честно, понравилось.

Из позолоченной рамы на меня взирала растрепанная полуголая девушка, сплошь расписанная мерцающими узорами. Разве что внутренняя сторона ладоней и лицо оставались практически чистыми: причудливый рисунок добрался только до висков и чуть коснулся скул. Зато глаза сияли, будто начищенные монетки — естественно, серебряные. А пепельно-русые волосы обзавелись россыпью тонких блестящих прядей. Такую меня в любой одежде заметят. И если ищут, зная про дар, стопудово найдут!

— Чего застыла?

— Думаю, что делать, — сказала, переведя взгляд на маленького изящного змея, огибавшего ухо. Тот едва заметно шевельнулся и с присущей ему бесцеремонностью заявил:

— Одеваться и драпать! Полюбуешься на себя потом, когда разбудим Януса.

— Его еще и будить придется?! Интересно, как?

— Поцелуем, вестимо! — хихикнул артефакт. Пока я переваривала информацию, пытаясь застегнуть шнуровку на новоявленном «платье», серебряная зараза сжалилась, сообщив: — Я разбужу, я… Успокойся. Хватит с тебя на сегодня любовных приключений. Хотя какой нормальный мужик откажется от поцелуя такой…

— Лучше молчи, — процедила я мрачно, натягивая плащ. — Не надо мне больше мужиков! Как нормальных, так и на голову ударенных. Никаких не надо. И говорить о них мы тоже не будем. Табу!

— Шарфик во-о-он на той полке, — невозмутимо подсказал глазастый кафф, заметив мои сосредоточенные поиски. Тему сильного пола он благоразумно замял. — Обувь?

— Своя есть. Да и сапоги эти с ботинками впору великану.

— Не преувеличивай.

— Даже не думала! — заявила, скрывая за длинным шарфом нижнюю часть лица. Верхнюю потом спрячет тень от капюшона. — Но согласись, между тридцать шестым и сорок пятым размером ноги разница ощутимая. — Вопреки моим стараниям, посеребренные икры все равно торчали из-под плаща, который оказался недостаточно длинным. — Надену-ка я еще шаровары. Пусть слегка порванные, зато прикроют этот «боди-арт».

С такими намерениями я вернулась в спальню, где кроме моих разбросанных повсюду вещей обнаружился еще и забытый Тенью рюкзак, куда я, естественно, сунула свой любопытный нос. Кошелька там не было в отличие от волшебного шара — мечты всех выпускниц небесного пансиона. Нам такие давали на уроках для работы с новыми темами. А ведь эта вещица — кладезь информации, причем самой разнообразной!

— Э-э-э, Наташка… — Настороженность в голосе Горыныча озадачила. — Ты уверена, что тебе нужен его скай-хрон? Одно дело пару вещичек стянуть, другое…

— Мне надо многое узнать, сориентироваться, а где найти данные, если не в магической паутине? И с Таис мы договорились связаться через нее, — возразила я. — К тому же Тень задолжал мне деньги, коих в рюкзаке, к сожалению, нет, а искать, где он хранит золото в своей многокомнатной пещере, некогда. И кстати, дракон, между прочим, тоже кое-что похитил… МЕНЯ! Имею полное право взять в отместку его шар.

— Как бы это нам боком… — Змей не договорил. — Летит твой полюбовничек! — резко сменил тему он. — Причем быстро. Все, сматываемся. Готова?

— О да-а-а!

Желание утереть нос психически неуравновешенному наемнику, как и ожидание новых приключений пьянили не хуже вина. А еще у меня теперь появилась компания, и, дай бог, скоро мы наконец встретимся с Янусом, о котором говорила хранительница туманного острова и мой серебряный артефакт. Любопытно, кто же он все-таки такой?

Глава 6

ГОРОД-МЕЧТА

Город-праздник, о котором нам так много рассказывали в пансионе, действительно оказался необыкновенным. Разноцветное мощение улиц, аккуратно подрезанные фигурные кусты, горшки с цветами, свисающие на цепях, и яркие, светящиеся вывески. По разнообразию форм и размеров фонарей можно было составлять каталог, а по живописи на фасадах — писать восторженную статью.

Каждый уголок Лимборо поражал своей индивидуальностью. В этом городе, казалось, собрались воедино мотивы всех девятнадцати миров. По улицам разъезжали запряженные лошадьми кареты, летали пропитанные магией ковры-самолеты и байки куда более современные, нежели раритет, обнаруженный в пещере. Были здесь и другие виды транспорта, но мне все больше встречались эти. А еще тут бродили толпы разношерстного народа, и непонятно было, кто из них местный житель, а кто гость.

В отличие от мира, из которого мы с Горынычем прибыли, в Лимборо вечерело. Закатные всполохи окрасили небо, подсветили крыши домов, зажгли фонари… и к нашему общему разочарованию заперли музей, где прятался загадочный Янус. Можно было, конечно, попробовать просочиться туда незаконным путем, но не в моем положении привлекать лишнее внимание. Полюбовавшись на дверь с тяжелым металлическим кольцом в форме львиной головы, которая, кстати, и сообщила, что «обитель искусств» на сегодня уже закрыта, я отправилась гулять по городу под тяжкие вздохи змея.