Ева Никольская – Дракон и серебряная принцесса (страница 20)

Попасть в этот творческий рай мечтала всегда. Здесь же столица высокой моды, территория вечного праздника и самое популярное место для туристов из разных уголков всемирьяна! Вот и сбылась мечта идиотки: я здесь, а в кармане ни гроша. Вернее, ни шеная [Шенай — денежная единица, распространенная в Лимборо.]. Не то что сувенир какой-нибудь памятный купить или одежду поменять — мне даже перекусить не на что, а в желудке, кроме вина, шаром покати. Вспомнилась выпечка, принесенная Тенью… И сам он тоже вспомнился, пробудив табун мурашек, маршем проскакавших по спине.

Его лицо стало первым, что я увидела после бесконечного танца теней, заложницей которых была много лет. Черные брови с характерным изломом, тонкий нос с небольшой горбинкой и подвижными хищными крыльями, высокие скулы и жесткая линия губ. Но сильнее всего меня поразили глаза. Черные, с багряными всполохами, завораживающе красивые и злые. Как есть дьявол! Зверь в человеческом обличье. Ящер, чья природа давала о себе знать проблесками черной чешуи… такой прохладной и гладкой на ощупь — я почувствовала это еще на острове.

На вид Тени можно было дать не больше тридцати. Двадцать пять или двадцать семь, кто этих драконов разберет. Молодой, по их меркам, да и по людским тоже не старый, но почему-то совершенно седой. Длинная рваная челка падала на глаза, растрепанные пепельные пряди обрамляли лицо, которое я никогда не забуду. Убийца, продливший мою жизнь еще на день. Дракон, похитивший принцессу. Чудовище, проникшее в мои сны. Мужчина, сделавший меня женщиной.

— Вернись в реальность! — шепотом потребовал артефакт, все так же висевший на ухе в образе серебряного каффа. — Того и гляди, спотыкаться начнешь. О чем, кстати, замечталась, Наталья?

— Об ужине, — буркнула я, не желая посвящать ехидного змея в причины своей задумчивости. — С ночи во рту маковой росинки не было.

— Не бреши! Вина вылакала столько…

— Заткнис-с-сь! — прошипела раздраженно, заметив, что на меня оглядываются прохожие. В Лимборо, конечно, разный народ водился, но замотанное по глаза существо непонятного возраста и пола, которое разговаривает само с собой, топая по улице… короче, неудивительно, что я пробуждала в окружающих любопытство. — Найдем уединенное местечко и все обсудим. — Смягчила грубость — обижать серебристую «занозу» не хотелось, ведь именно Горыныч помог мне сбежать от убийцы, и именно он мог разбудить Януса, встреча с которым предстояла утром. Да и нравился мне мелкий говорун, чего уж там. Язва, конечно, жуткая, зато скучать не дает и впадать в уныние тоже.

— На набережную иди. Там, правда, куча парочек, но все они слишком заняты друг другом, чтобы обращать внимание на сумасшедшую, которая бормочет что-то себе под нос. Заодно и закатом полюбуешься, ты ведь хотела, — предложил артефакт, на что я охотно согласилась.

Добираться до реки пришлось долго и пешком, ибо денег на транспорт не было, и все-таки я дошла. Спустилась к темной воде, в которой отражались дома и багряно-синее небо с едва наметившимся лунным диском. Села прямо на каменные ступени, вдохнула цветочный аромат, идущий от запущенных кем-то венков, прибившихся к берегу, а потом достала из рюкзака, прихваченного из пещеры, скай-хрон.

— Что искать собираешься? — тут же оживился змей. — Подружку свою али прынца? — с ехидцей не удержался от шпильки он.

— Себя для начала, — сказала я, открывая стеклянную сферу, которая приветливо замигала синими огоньками. Не запаролена — вот же повезло!

Магическая паутина была своего рода аналогом земного интернета, но вместо стационарных компьютеров и мобильных устройств во всемирьяне использовались волшебные шары разных размеров и возможностей. Клавиатур здесь тоже не было, только голосовые запросы. А сеть кишела пауками, которые подбирали искомую информацию, работая не хуже виртуальных поисковиков. Что это за твари такие, никто толком не знал. А если кто и был в курсе, мне таковые неизвестны. Задумавшись над вопросом, который хотела бы прояснить первым, я смотрела, как внутри раскрытого шара водят хороводы ультрамариновые искры.

— Натальера Ла-Рош, — врезался в мои мысли голос вредного змея, — о тебе я и сам могу рассказать, зачем лезть в паутину?

— За редькой! — ответила, испытывая детское желание показать ворчуну язык. Только смысл? Горыныч все равно ничего не увидит. — Я про королевство мое хочу узнать. Про родню, которая так жаждет моей смерти…

— И про них тоже расскажу, — не сдавался артефакт. Еще и завозился на своем насесте… «червяк» неугомонный!

— Щекотно! — воскликнула я и затрясла головой.

— Прекрати-и-и! — взвыл он, плотнее обвив ушную раковину. Кончик хвоста скользнул в отверстие на мочке и, судя по ощущениям, загнулся похожим на серьгу завитком. — Так-то лучше! — заявил артефакт, а потом невозмутимо поинтересовался: — Напомни, на чем мы остановились, Натусь? Ах да… на твоих родственниках. С кого начать? С дяди? Это он сейчас правит Иританом, на троне которого могла бы сидеть ты. Хорошо, кстати, правит… — добавил змей задумчиво.

— Откуда знаешь? — прищурилась я. — Ты ведь последние семь лет был кулоном на моей груди. С какого перепуга ты вообще ожил? И где нахватался несвойственных экри словечек? — Чем больше я говорила, тем сильнее становились мои подозрения. Доверия гадам всех мастей, число которых в моем окружении множилось, не было.

— Давай-ка по пунктам, — вздохнул артефакт. Черт! Он еще и дышать умеет, и пофиг, что из серебра. — Откуда знаю? Ясен пень, от Януса. У меня с ним прочная ментальная связь.

О как! Чем дальше в лес, тем злее дятлы.

— Что же ты тогда своего Януса не попросил дверь музея нам открыть? — ехидно полюбопытствовала я, но тут же вспомнила, что этот таинственный перец прочно застрял в объятиях Морфея. — Ах да, он же спит…

— Вот именно! — с укором произнес Горыныч. — Он спит. Но раньше-то бодрствовал. Отсюда и мои познания.

— А словечки? Веет от них русским духом… или, правильней сказать, русским сленгом.

— Называй, как нравится — суть ты уловила верно. Янус присматривал за тобой. Заодно и почерпнул многое из твоего окружения.

— На Земле присматривал? — Я честно попыталась вспомнить чье-нибудь подозрительное присутствие в моей жизни — безуспешно.

— И там тоже. И в пансионе. Разделить вас с магическим клоном было их общей с ледой Морой идеей.

— Интерес-с-сно… — пробормотала я, снова уставившись на скай-хрон. Плечо, из которого вынули пулю, зачесалось. Оно не болело, поэтому я благополучно забыла о ранении, внезапно напомнившем о себе легким зудом. Царапнув ногтями по серой кляксе, прилипшей к коже, случайно ее содрала. — Ой! — вырвалось у меня. — А это…

— Безопасно! Рана затянулась — значит, слюна крибикуса больше тебе не нужна, — со знанием дела сообщил подкованный во всех отношениях говорун. — Расслабься!

Я и расслабилась. Швырнула отвалившуюся «заплатку» в ближайшую урну, повертела в руках все еще открытый скай-хрон, а потом шепотом попросила показать мне информацию по волшебницам, отличительной чертой которых являются серебристые узоры на теле. Но не успел в искрящемся синем клубке появиться паучий силуэт, как на маг-почту киллера пришло сообщение, и я едва не выронила шар, услышав громкий перезвон колокольчиков.

Динь-дилинь… динь-дилинь… а-а-а… как же это отключается-то?!

— Кнопка на дне! Жми, жми скорее! — запаниковал Горыныч, еще и заерзал зараза, отвлекая.

— Там их три-и-и — простонала я, шаря пальцами по низу волшебного шара. — Это какая-то новая модель!

От волнения логика буксовала. К тому же с почтой в пансионе нам дело иметь не доводилось, да и версии «гаджетов» были куда менее продвинутые. Я чувствовала себя так, будто пытаюсь обезвредить бомбу. И что самое поганое, она не тикала, а трезвонила, привлекая не только наше внимание, но и тех самых парочек, коих, как предрекал змей, на набережной хватало.

— Динь-дилинь… — Абонент на другом конце маго-связи оказался упорным малым. — Динь…

Упс! Кажется, я что-то не то нажала, потому что из миниатюрного шарика выросла большая «голограмма», на которую мы с Горынычем уставились снизу вверх. Бородатый мужик в мундире вопросительно изогнул бровь и с сомнением уточнил:

— Лэд Тень?

И тут меня озарило. При хакерской атаке, которую не можешь остановить, самый действенный способ — вырубить комп из розетки. Примерно это я и сделала, захлопнув крышку скай-хрона. Призрачная фигура растаяла, а я, прижав к груди сферу из зачарованного стекла, тихо рассмеялась. Почему раньше не сообразила так поступить — не знаю. Видать, с перепуга мозг отключился. Еще и змей мешал своей возней и паническими писками.

— А я говорил, что добром эта затея не закончится… — напомнил о себе он.

Закатив глаза, тяжело вздохнула, а потом снова нервно хихикнула.

— Чего веселишься, дурында? — возмущенно вопросил Горыныч.

— Истерика у меня: обычная, женская, — сообщила я. — Причины у Тени прибить меня множатся с каждой минутой. Мало того что я прозрела и могу теперь опознать наемника, так еще и клиентов его распугиваю.

— Ну, точно… дурында! — тяжело вздохнул артефакт.

— Почему? — Я скосила глаза в его сторону, но уха своего (как и его обитателя), естественно, не увидела.

— Потому что все эти причины — полная ерунда в сравнении с твоим происхождением. Ты зрячая ведьма, Натали. Вернее, дочь одной из ведьм ковена зрячих.