Ева Маршал – Старший брат моего парня (страница 25)
Что–то очень личное рвалось из глубины его души сейчас, что даже перед нами он не раскрылся до конца, хотя мы знали — текст песни и музыка приходят к нему сразу почти целиком, после он их немного шлифует и пытается усовершенствовать.
— Давай оставим его ненадолго, чтобы он не бубнил себе под нос, а спел, — едва слышно предложил Логан, вновь опаляя жаром своего дыхания моё ухо.
Запах моря, виски, любимый старшим из братьев Бекендорф парфюм и его собственный аромат… Адская смесь, проникающая под кожу, парализующая, опьяняющая.
Я вновь превратилась во сверхчувствительное возбуждённое создание и, испугавшись дикой и необузданной жажды нарушить все мыслимые и немыслимые каноны, отдавшись желаниям собственного тела, согласилась немного поплавать, лишь через секунду осознав, что я здесь вообще–то в шикарном платье, а не в купальнике.
И даже не стала себя корить за очередной промах, потому что сегодняшний день протекает под лозунгом «Выбери из двух зол меньшее» и я кручусь изо всех сил. И да, ошибаюсь. Но стараюсь хоть что–то делать, чтобы не влипнуть!
— Кэти–Котёночек, ты как открытая книга, вся сжимаешься в моих руках от ужаса. Неужели никогда не купалась голенькой? Когда ещё, как не в счастливом студенчестве, можно позволить себе расслабиться? — Логан хмыкнул, но поспешил меня успокоить: — Я отвернусь, пока ты не скроешься в воде, а затем, если Марк к нам не присоединится, выйду первым и принесу тебе плед, положу вон на те камни. Трусишка.
— Я не трусишка! — прошипела, недовольно выпрямляясь.
— Да–да, я заметил.
Его пальцы коснулись моей спины, заставив непроизвольно прогнуться. Тихо вжикнула молния, позволяя сделать глубокий вдох.
Нет, мне определённо нужна холодная вода. Бассейн днём помог, море должно справиться не хуже!
Придерживая лиф платья, спрыгнула с мужских колен на песок. Марк машинально мне кивнул, не прекращая мурлыкать захватившую его в плен мелодию, и по его несколько отстранённому виду было предельно ясно: он не с нами.
Я не стала медлить и быстро направилась к воде, не снимая платья до самого последнего мгновения. Обернулась, чтобы убедиться — Логан держит слово и не смотрит в мою сторону. Покрутила головой — с пляжа, где праздновала именины сбежавшего родственника семья, меня тоже не видно.
Ну действительно, что случится, если я искупаюсь обнажённой?
В наше время даже на вечеринках у бассейна происходит подобное, я же стесняюсь окунуться в кромешной мгле в такую же беспросветно чёрную воду. Некстати вспомнились слова Барби о том, что я удивительно несовременная девушка.
Платье соскользнуло на песок, следом улетело лёгкое кружево нижнего белья. Невероятно ласковое тёплое море оказалось на порядок теплее воздуха, и я быстро проделала ещё несколько шагов и осторожно поплыла, стараясь не испортить макияж.
Спустя пару минут услышала тихий вопрос: «Мне уже можно поворачиваться?» и я едва не нырнула с головой от удивления. Ну надо же! Он честно сидел и ждал, когда я разрешу ему повернуться? Логан? Поразительно!
Впрочем, я предвзята. Он — человек слова. Дал — сдержал.
Я подплыла поближе к берегу, чтобы меня было видно.
— Давным–давно единолично наслаждаюсь купанием, позабыв о грозном падишахе, — произнесла довольно.
— Какая бессовестная девочка, — хмыкнул Логан, поднимаясь. — Брат, ты с нами?
— Иди, — отмахнулся Марк. — Следи за Кэти, у неё иногда случаются судороги, никак не могу заставить её пропить витамины. Упрямая.
О, выходит, мой ненаглядный уже вернулся с музыкальной орбиты на грешную Землю, но слишком увлечён, чтобы присоединиться к нам?
Так и подмывало крикнуть, что я здесь вообще–то без одежды, но постеснялась. Да и зная Марка, можно с уверенностью не предположить, а сразу сказать, что всё закончится сексом в воде, затем сексом на пляже, затем у скалы, три раза по дороге в дом и я лучше не стану думать, где при этом будет Логан, потому что прецедент уже случился.
Нет уж. Поплаваю спокойно и первой сбегу в комнату под предлогом, что нужно привести себя в порядок после моря. Пусть они здесь гуляют, развлекаются, пьют и приходят под утро, когда я буду видеть десятый сон. Нужно было, конечно, как–нибудь избавиться от опасного соседства…
Меня вдруг осенило, что такая возможность была, притом, включи я вовремя мозг, проблема была бы уже решена. Всего–то и стоило намекнуть чопорной матери братьев о возникшем затруднении, уверена, они бы с Александрией быстро решили этот вопрос.
До чего обидно!
Я подняла взгляд и умные мысли улетучились со скоростью звука. Вжик — и ни одной порядочной в голове. Сплошной секс.
Глава 20. В темноте ночи
В отличие от меня Логан не прятался в тени, разделся, сложив одежду на плетёное кресло и спокойно направился в мою сторону. Абсолютно обнажённый, разумеется. И, если мне не изменяет зрение, возбуждённый!
Запретила мужчине подглядывать — получай результат его бурной фантазии, что называется!
Вода словно превратилась в горячий источник, никакого прохладного успокоения, сплошной жар. Я раскраснелась, задышала чаще. Мамочки! Какие шансы, что у меня тахикардия, как у бабули Мэг? Кажется, нулевые. Я здорова как мустанг.
Фууух, вышел из освещённой зоны, уже полегче, можно не пялиться, как озабоченная школьница.
Спокойнее, детка, дыши глубже, это всего лишь мужчина. Ты ведь не раз видела идеальные мужские обнажённые тела на уроках рисования, считай, перед тобой обнажённая натура, созданная для… ох, ну чёрт! Кого я обманываю? Логан — мистер Очень Горячий Секс.
Вспомнила хитрых пингвинов из мультика «Мадагаскар» и в голове тревогой забило их коронное: «Валим–валим–валим!», вот и мне, кажется, пора уйти с линии огня. Точнее, с его пути. Может, нырнуть?
Да–да, а он нырнёт следом, сделав вид, что подумал, будто его безголовая гостья тонет, подхватит извивающееся обнажённое тело и прижмёт к своему? Ещё и обвинит в провокации!
Ни–за–что!
Пока я металась в поисках разумного решения, пытаясь просчитать варианты, Логан нырнул в воду в нескольких метрах от меня. Взгляд испуганно заметался по тёмной глади, будто я могла что–то разглядеть, ну–ну.
В следующее мгновение моих бёдер коснулись его руки. У него там что, встроенный тепловизор? Как? Как он умудрился меня найти? Я стояла метрах в пяти, а всем известно, что под водой направление сбивается!
— Попалась, Русалочка, — прошептал он, выныривая.
Я не успела даже пикнуть, как его жадный, жаркий рот налетел и смял мои губы, безжалостно проникая за их преграду. Волосы оказались в стальном захвате мужской руки, я — вплотную прижата в твёрдому как камень телу, расплющена, скована. В живот упирается огромный член, горячий даже в прохладной толще воды.
По венам течёт расплавленное олово, выжигая протесты разума, стыд и совесть. Логан главенствует бескомпромиссно, уверенно и жестко, точно он в своём праве, не сомневаясь. И я подчиняюсь его грубой силе, растворяюсь в незнакомых ощущениях, ослепительно ярких и мощных словно цунами.
Удерживающая меня рука скользит со спины вниз, к округлым ягодицам, с наслаждением сжимает, сминает. И начинает приподнимать, пока моя стоящая торчком грудь не оказывается на уровне его рта.
Прохладный воздух вмиг сжимает соски до маленьких острых пик, и Логан касается одного из них носом, дразнит нажатиями и касаниями, затем обрисовывает горячим языком круг, заключая сосок во влажный плен, то же самое проделывает с другим.
И это нечестно. Страшно, бессовестно нечестно, потому что после обжигающего прикосновения грудь мёрзнет от свежего бриза и требует больше ласки, которой нет.
Я сжимаю её сама. Сильно, до боли. Чтобы хоть немного укротить фейерверк ощущений, снизить градус, ослабить дурман.
Его член настойчиво тычется снизу, периодически промазывая и ударяя по клитору, заставляя меня тихо охать и заводиться ещё сильнее. Сжимаю пальцами мужские плечи, чувствуя, как острые ногти впиваются в гладкую кожу. И это нереальное ощущение! Я уже не безвольная жертва, а кошка с когтями. Дикая и смелая, необузданная. Представляющая опасность!
Проскользнувшая фантазия горячит кровь ещё сильнее, добавляет драйва. Я нагло выворачиваюсь из его поддерживающих меня рук и оказываюсь лицом к лицу со своим наваждением.
В темноте ночи, со скрывшейся за облаком предательницей–луной, вижу лишь лихорадочный блеск его глаз, наверняка таких же дурных, как и у меня.
Тело горит огнём, требует продолжение банкета, сердце бьётся в диком ритме, однако я медленно и неотвратимо осознаю происходящее. Пока Марк на берегу придумывает новую песню я занимаюсь сексом с его старшим братом. Почти… Хотя нет, уже занимаюсь, по–другому не назвать.
— Стоп, — шепчу и отталкиваюсь от желанного мужчины, отплываю спиной к берегу, пячусь, касаясь ногами дна. — Нельзя. Пожалуйста, не делай так. Это какое–то сумасшествие, безумие, но так нельзя. Ты ведь понимаешь, нельзя. Неправильно. Нехорошо.
Он молчит. Я уже не вижу его глаз, слишком темно, а я машинально удаляюсь от угрозы, от мужчины, который одним своим присутствием губит меня, сводит с ума, дурманит.
За спиной раздаётся плеск и спустя несколько судорожных вздохов я оказываюсь в других объятиях, желанных и дорогих, правильных и нужных, но… уворачиваюсь, пытаюсь сбежать. Слишком грязно сейчас себя ощущаю. Нечисто. Нельзя так. Из рук в руки. Когда на губах всё ещё горят поцелуи Логана, тело жжёт от его прикосновений.