Эва Гринерс – Настоящая семья (страница 4)

Глава 5

Колин отправился к соседям раздобыть какую-нибудь крепкую обувь. Я же, тем временем, продолжила инвентаризацию шкафов и коробов на кухне. Обнаружила две крепкие корзины и отставила их в сторону. Очень кстати, как раз пригодятся. Конечно, я понятия не имела - что в здешних лесах произрастало, чем вообще была богата эта земля. Но надеялась на свои знания и хоть и относительно небольшой, но вполне ощутимый опыт. Ведь в нашем сельском магазине я покупала только лишь самое необходимое, в духе «соль и спички». Кофе, сахар. Имбирь вот еще. И то, догадалась уже потом выращивать его из кусочков корня на подоконнике. Только вот урожая не дождалась, плюхнувшись так некстати в свое озерцо. Но так ли уж некстати?.. Может, я должна была оказаться здесь, чтобы сейчас собираться в лес, добывать пропитание для этих трех осиротевших и оголодавших детей?

Девочки играли в комнате тихонько. Иногда по очереди или вместе выбегая для того, чтобы порывисто обнять меня, и бежали обратно. Кукла у них была одна на двоих. Я задумалась - судя по тому, что Колин мне рассказал, семья была зажиточная. Ну ладно, дом и имущество было продано. Но ведь какие-то вещи должны были остаться. Личные - одежда, игрушки. Ну хоть что-то. Конечно, «добрые люди» могли и растащить под шумок, видя, что защититься семья не может…Я ощутила прилив острой неприязни к матери детей, в чьем теле меня угораздило очнуться. Осуждать, конечно, я не хотела - кто знает, что привело к катастрофе. Может, она была эгоистичной и безмозглой чеховской душечкой, а может, у нее с головой было не в порядке - кто знает. В любом случае, разгребать это мне.

Выуживая из коробов с хламом вещь за вещью, я придирчиво рассматривала каждую - пригодится ли она в хозяйстве и можно ли будет использовать. Наверное, это был скарб предыдущих хозяев этой лачуги, который должен был пойти на свалку. Здесь были вперемешку и какие-то старые инструменты, и посуда, и ветошь. Поскольку у нас, по-видимому, не было вообще ничего, я не собиралась избавляться ни от чего, что могло хоть как-то пригодиться.

Вернулся Колин, неся в руках чудовищного размера расхлябанные сапоги и дырявые грязные ботинки.

- Вот, - выдохнул он, - мисс Мона одолжила. Больше ничего нет.

- Очень хорошо, - ответила я ему благодарно, - нужно будет соорудить портянки и можно отправляться.

- Портянки? - изумился он. - Ты будешь носить портянки?

Я пожала плечами.

- А иначе мы собьем ноги. Не в этом же в лес идти, - мы вместе посмотрели на мои изящные туфельки из тонкой мягкой кожи. - Да и у тебя обувь не для походов.

Честно говоря, о том, как наматывать портянки, я знала чисто в теории - из книг и фильмов. Но не боги горшки обжигают, и мы уселись осваивать это на практике.

Отыскав в куче отложенного тряпья наиболее подходящее, я разорвала его на длинные полоски и объяснила Колину примерно, что нужно делать.

Первые наши неуклюжие попытки вызывали у нас сначала сдавленный, а потом уже и безудержный смех. Я впервые увидела Колина улыбающимся. Напряжение, владевшее им до сих пор, отпустило его. С улыбкой мальчишка оказался очень обаятельным и симпатичным. Наверное, его отец был красавцем. Надо сказать, что все дети были похожи между собой и почти нисколько на меня. Ну, то есть на свою мать - насколько я смогла разглядеть себя в мутном стекле окна.

Наконец, наши попытки забинтовать ноги в плотный кокон увенчались успехом - можно было не бояться мозолей.

Я повязала на голову свою теплую шаль - она покрыла меня почти до колен, как пальто с капюшоном. Колин надел курточку и шапку. Мы были готовы.

- Бери корзины, - кивнула я, - давай поторапливаться.

- Ты меня очень удивляешь, - тихо сказал мальчик, когда мы уже шли по проселочной дороге к лесу, - просто, как другой человек.

Я предпочла промолчать.

В лесу было заметно прохладней, чем в деревне, и мы поёжились. Было сыро и кое-где еще лежал снег - не до конца стаял.

- Не может быть, чтобы мы нашли здесь какую-нибудь еду, - недоверчиво сказал Колин, оглядываясь по сторонам.

А я уже увидела первую цель и устремилась за добычей - среди лесного сумрака куст дикого шиповника со сморщенными ягодами выглядел почти празднично.

- Что это? - недоуменно сорвал непонятную ягоду Колин, - осторожно попробовав ее на вкус, он выплюнул и категорически заявил, - это же нельзя есть, мам.

- Можно-можно, давай собирай, - подтолкнула я его мягко, - это очень ценная находка. Кроме того, мы не будем это есть, мы будем это пить.

Пока я рассказывала мальчику понятными для него словами о целебных свойствах шиповника и как он может быть нам полезен, мы обобрали куст полностью и даже согрелись.

- Жарко, пить хочется, - оттянул воротник Колин и наклонился, чтобы зачерпнуть снега.

- Стой! - крикнула я, видя, что он собирается отправить пригоршню в рот. - Снег нельзя есть, ты сразу заработаешь ангину. А это нам совсем будет ни к чему. Как я не подумала взять воды, - посетовала я запоздало, - если уж очень сильно хочется пить, то подержи снег во рту, пока он не растает полностью, и только потом глотай.

С недоверчивым уважением посмотрев на меня, Колин послушался. Мы передохнули несколько минут и пошли дальше.

- Смотри на стволы лиственных деревьев внимательно, - предупредила я, - если увидишь на них наросты, похожие на уши - считай, что на сегодня с задачей мы справились.

Лес был смешанный, поэтому кроме древесных грибов я надеялась найти еще и какие-нибудь шишки с орехами, но пока что не попадалось.

- Мам, вот такие уши? - послышался голос Колина из-за деревьев.

Мы чуть разошлись с ним, внимательно оглядывая каждый ствол. Кроме этого я так же тщательно смотрела под ноги, в поисках зимних опят, гнезд рябчиков и норок мелких зверьков. Конечно, поймать их голыми руками не представлялось возможным, но обнаружив их, можно было бы подготовиться и найти это место в следующий раз.

- Сейчас приду, не отходи никуда, чтобы не потерять! - крикнула я сдавленно, потому что в данный момент тащила из земли топинамбур - я опознала его по высоким высохшим стеблям и листьям, похожим на листву подсолнуха. Это было настоящее сокровище - на вкус он был практически как репа.

В ближайшие дни мы точно не будем сидеть голодными. Кроме того у меня созрели еще кое-какие соображения.

- Мааам! - нетерпеливо позвал меня Колин и я, отряхнув колени от земли и листвы, заторопилась посмотреть, что он там нашел.

Домой возвращались усталые, но довольные. Гордый Колин не позволил мне нести вторую корзину - нес сам в обеих руках. Мы торопились - девочки были дома одни уже долго.

- Кстати, Колин, - вспомнила я, - а вещи из вашего… - тут я запнулась и поправила саму себя, - …нашего дома - одежда, может что-то еще, неужели все забрали? Ваши игрушки, может быть, документы или что-то в этом роде.

Мальчишка деловито пыхтел, подбрасывая в руках корзинки, чтобы было удобнее нести. Повспоминал. Видимо, в момент выселения семьи из дома дети находились в таком шоке, что он и думать забыл о вещах.

- Вспомнил! - наконец, воскликнул он. - Мисс Мона забрала их в свой дом. Сказала, на хранение.

«Ясненько, - подумала я, - видимо, включила в будущий счет на врача, которого так и не сподобилась вызвать».

Стало понятно, что мне сегодня предстоит нанести визит. Исключительно в целях налаживания добрососедских связей.

Глава 6

Когда мы дошли до дома мисс Моны, как я ее запомнила, то попыталась отправить Колина домой.

- Иди… сынок, - чуть запнулась я, - пригляди за сестрами.

Господи, в прошлой жизни я все бы отдала за то, чтобы у меня был такой Колька - так я про себя стала его называть. И как та женщина с ее характером умудрилась воспитать такого прекрасного сына? - подумалось мне.

- Нет, - насупился Колин, - не пойдешь ты туда одна.

Мои глаза увлажнились, я отвернулась и похлопала ресницами, чтобы не выдать себя.

“Что же я буду делать, когда вернется отец семейства”, - внезапно посетила меня мысль. Привязаться к детям - это одно, а вот перевоплотиться в чью-то жену… Меня накрыл приступ паники, и я взялась за горло, оттянув шаль.

- Маам, - Колин потянул меня за руку, - вот дом мисс Моны.

Я выдохнула, и мы вошли во двор. На нас тут же кинулась с лаем собака - худая и грязная. Однако, с собаками я умела общаться.

Присев на корточки, я распахнула собакену обьятия.

- Краюха, иди сюда, Краюха, - собачий холодный нос ткнулся мне в щеку. Потом на меня взвалили лапы. А затем облизали глаза и рот.

- Тьфу, дурочка, - рассмеялась я.

Навстречу неслась хозяйка на коротеньких ножках.

- Хоуп! Оно кусается, Хоуп, осторожно!

Сначала я не поняла, кто Хоуп и кого предостерегала хозяйка. А потом вспомнила - Хоуп это я. Меня теперь зовут Хоуп.

А Хоуп означало “надежда”. Интересно складывалось - Вера в прошлой жизни, Надежда в этой…

Собака ластилась у моих ног, а я чуть распрямилась и смотрела на мисс Мону с холодной и приветливой улыбкой, одновременно поглаживая облезлую и худую собаку.

- Добрый день, мисс Мона! - поприветствовала я ее.

- Миссис Хоуп, ох, миссис Хоуп! - причитала соседка, пытаясь пнуть пса. Тот спрятался за меня и оскалил зубы. Рядом стоял Колин - с прямой спиной, ровный и спокойный.

Я вдруг ощутила прилив энергии, которая так нужна была мне в прошлом. Но и сейчас душевные силы оказались к месту.