Ева Финова – Душеприказчица Мерил Пери (страница 6)

– Да, папочка! – воскликнула Мерил.

Перехватив меч у отца, она выбежала из комнаты.

В это же время в одном из переулков Кешты за горами деревянных ящиков, возвышающихся на задворках продуктового склада, что у восточных столичных ворот, прятался семилетний испуганный мальчик, Алистер Виндоухард II. Он был сыном богатого вельможи, приехавшего из далекого Китвулда, королевства, в одночасье погрязшего в бесконечной борьбе с дремонами и всякой нечистью, упырями и просто лесным зверьем.

К несчастью, молодой наследник потерялся, когда поверенный по имени Роуби Мориз повел его на рынок за сувенирами. Юный Алистер долго выпрашивал у слуги отца разрешение отправиться за покупками. На что Мориз неизменно отвечал раздраженным отказом. Однако уже через несколько часов наконец сдался и вызвался лично сопроводить молодого господина, испросив разрешения у его отца.

Поначалу пешая прогулка по респектабельному столичному району Кешты не предвещала ничего дурного. Но так было до тех пор, пока Мориз не свернул в сторону местного рынка, крупнейшего во всем Ирвинтведе.

Тогда-то хлынувшая словно из ниоткуда толпа, жаждущая купить только что испеченную сдобу или же новые недавно привезенные товары, в два счета разделила мальчика и его провожатого. Они и оглянуться не успели. Кругом стоял шум и толкотня. Крики Мориза вмиг потонули среди голосов торговцев и зазывал. Человеческая река унесла мальчика вперед, непонятно куда.

К сожалению, положение дел не спасла и нечаянно опрокинутая Алистером чаша с яблоками, когда его вытолкнуло к краю общего людского потока покупателей и прохожих. Разозленный лавочник тотчас накричал на растерянного мальчишку, столь неудачно налетевшего на прилавок торговца. Что немудрено, поднятое недовольство было быстро подхвачено окружающими.

Поэтому пришлось молодому Виндоухарду убегать куда глаза глядят, чтобы не попасть в лапы бдящей на углу рынка стражи. Не зная зачем и почему, действуя неосознанно, маленький мальчик нырнул в темный переулок, не отвлекаясь на окрики торговца и разозленных прохожих.

– Держи ворье! – подхватил кто-то из толпы. – Держи его!

Эти и многие другие крики звучали за спиной Алистера, подгоняя еще сильнее. Выскочив из одного переулка на широкую улицу, он поспешил свернуть в сторону, и лишь чудом не попал под копыта лошади, тянущей за собой груженую повозку.

– Тпру-у-у! – взревел разозленный кучер, а уже мальчику добавил: – Гляди куда прешь!

Сердце маленького Виндоухарда испуганно выстукивало бешеный ритм, глаза были широко раскрыты, а ноги несли его прочь от опасности. Прочь от преследующего его стражника, прочь от недовольного кучера, прочь от злых взглядов взрослых, принявших его, богатого наследника, за уличного воришку.

Пробежавшись вдоль улицы, он уперся взглядом в крепостную стену, вдоль которой текла широкая сточная канава, по этой причине был вынужден остановиться на тротуаре, чтобы не упасть вниз. Ал повернул влево и снова оказался в темноте переулка, где двумя большими горами возвышались пустые деревянные ящики, еще некогда заполненные всяческими товарами.

Запах сырой древесины сочетался со зловониями сточной канавы, протекающей маленькой речушкой вдоль окраины столицы, города, в котором он, Виндоухард-второй, потерялся.

Спрятавшись за ящиками, Алистер позволил себе перевести дух, отдышаться, постепенно выравнивая сердечный ритм. Он непременно найдет какого-нибудь взрослого и попросит его отвести обратно к папе, по крайней мере эта мысль позволяла ему не плакать и не бояться за свою судьбу. Он отчаянно хотел в это верить и не хотел плакать. Ведь отец ему этого не позволял, а наоборот, сильно ругал, едва видел слезы в глазах сына.

Но, к сожалению, семилетнему наивному мальчику было не понять, как жесток и опасен этот мир, ему было не понять, что выбранная им улица кишмя кишела разбойниками, хулиганами и воришками разной степени морального разложения.

– Эй, эй! Погляди-ка… – послышалось за спиной Виндоухарда-младшего, едва он набрался храбрости, чтобы выглянуть наружу, в сторону более светлой улицы. – Смотри, какой у него нарядный камзол. Богатей, да?

Хриплый неприятный голос раздавался в темноте переулка. Его обладатель прятался где-то там, в темени угла. Мальчик непроизвольно поежился и испуганно застыл на месте, когда обернулся на звук, но никого не увидел.

– Ага! Жаль только, ни на кого из нас не налезет. Не то раздели бы его, прежде чем продать, – вторил первому сиплый скрипучий голос, как ни странно, женский.

Алистер собрался выскочить из-за ящиков и кинуться прочь, однако чья-то рука схватила его за шиворот, а другая дернула за волосы.

– А-а-а! – взвизгнул он.

– Куда собрался? – вякнул ушлый бандит, в одно мгновение очутившись подле мальчишки.

– Я-я нечаянно, я-я… пустите, я-я… – Слезы собрались в уголках глаз Алистера, а надежда найти хорошего взрослого потухла, едва он поднял полный отчаяния взгляд на жестокого человека.

– Ну-ка, есть ли че в карманах, а? – бандит отпустил одной рукой камзол пойманного и потянулся к его штанишкам. – Слышу-слышу подозрительный звон!

В глазах преступника тотчас отразилось премерзкое алчное выражение. Язык его высунулся изо рта от предвкушения легкой наживы. Однако в следующий миг сиплое: «Шухер!» напрочь испортило ворюге все настроение.

– Кто-то идет! – сообщница негодяя дернула его за локоть, заставляя отвлечься и обернуться в другую сторону переулка.

– Пус… – не успел мальчишка пискнуть или сказать еще хоть полслова, потная ладонь зажала ему рот и стиснула в удушающих объятьях.

– Тише будь, – прохрипел бандит, прячась вместе со своей добычей за пустыми деревянными ящиками.

Одетая в лохмотья темненькая женщина с изуродованным шрамом лицом последовала примеру приятеля не менее выразительной наружности. Но уже через секунду она фыркнула и радостно прошептала:

– Так это же ребенок.

– А че у нее в руках? – Бандит сощурился. – Ну, че там? А то мне отсюда не видать.

– Кажется, меч…

– Как раз! – вначале повысил голос ушлый негодяй, но опомнился и умолк, боясь, что спугнет еще одну добычу на сегодня.

– М-м-м, – промычал мальчик, желая предупредить спешащую по переулку худенькую девочку на вид лет десяти – одиннадцати.

Новая участница уличного конфликта, несмотря ни на что, уверенно и быстрым шагом приближалась к деревянным ящикам, будто никого не замечала и не слышала. Ее черное длинное платье покачивалась в такт шагам, а черные башмачки, одетые на белые гольфики, быстро цокали.

Приняв опрометчивое решение, преступник пихнул Алистера в сторону сообщницы со словами:

– На-ка, подержи его. А этой займусь я.

Женщина охотно ухватила мальчонка за плечи.

– БЕГИ! – вскричал плененный, едва рука бандита оторвалась от его рта. – БЕГИ ОТСЮДА!

– Ах, ты!.. – Преступник с досадой замахнулся на Алистера, желая ударить его наотмашь, однако его рука застыла на месте, едва он услышал добродушное приветствие:

– Здравствуйте, добрые люди.

Сообщники застыли на месте, как громом пораженные. Алистер еще и рот раскрыл от изумления, глядя на то, как девочка с мечом в обнимку, не сбавляя темпа, идет прямо к ним навстречу.

В воздухе повисло недоуменное молчание, и только цоканье каблучков продолжало звучать в переулке, многократным эхом отражаясь от стен. Когда же до бандита оставались считаные шаги, то посыльная остановилась и с самым серьезным выражением лица, какое только можно ожидать в подобной ситуации, предложила:

– Если вы не против, я пройду мимо и никого не трону. – Она кивнула вперед, куда и спешила, по всей видимости. – Так что можете не обращать на меня внимания. И продолжать дальше свои некрасивые делишки.

Опешивший бандит от изумления раскрыл рот, демонстрируя всему миру кривые, почерневшие от жуткого налета зубы. Зрачки его расширились, а лицо уморительно вытянулось. Однако смеяться Мерил не спешила, ибо по убеждениям ее семьи, веселье и ирония – враг настоящего душещипателя.

– Хватай же ее, пока не убежала! – недовольно бросила сообщница, легонько пнув коллегу под колено. – Иначе такой куш уйдет!

– Э…

Вор с многолетним стажем хлопнул глазами и тряхнул головой, пытаясь снять с себя оцепенение, сковавшее все тело. Девочка же продолжила невозмутимо взирать на всех троих, не двигаясь с места.

– Стой где стоишь! – приказал бандит, опомнившись. – Иначе я за себя не ручаюсь! – С этими словами он потянул руки к новой жертве уличного грабежа, намереваясь схватить ее за волосы, однако в следующую секунду был вынужден остановиться, заметив острый, как лезвие кинжала, взгляд девочки.

– Я правильно понимаю, что вы решили меня тоже ограбить, как и его? – Она кивнула в сторону мальчика. Немного подумав, она медленно произнесла: – Кстати, об этом... – Мерил нахмурилась, припоминая недавние нравоучения. – Мама говорила, что воровство – это нехорошо. И мы, как потомственные душещипатели из семейства Пери, должны приложить всяческие усилия по внушению людям о недопустимости подобного поведения.

Показалось ли, но во взгляде ее появилось невероятное воодушевление. Язык показался изо рта, когда Мерил облизала губы. Храбрая дочь знаменитого оружейника, Рувала Пери, решила принять непосредственное участие в конфликте, чтобы умиротворить стоящих перед ней взрослых.