Ева Арманда – Космический отбор для монстра (страница 43)

— Она погибла… — осторожно сказала я. И тут же нахмурилась: — Хочешь сказать… в её гибели виновата Атлантия? Поэтому твой отец так нас ненавидит?

— Не совсем. На самом деле она не погибла.

— Что? А что с ней?

— Много лет назад она… сбежала. И да. В Атлантию. Побегу поспособствовала делегация атлантианцев. Отец… отцу было легче объявить Королеву мёртвой, потерявшейся в пучине, чем признать, что она добровольно покинула его и трон.

Вот оно.

Корень всей этой слепой, бешеной ненависти.

— А вы с братом…

— Мы уже давно не дети. Главное, чтобы она была счастлива, — пожал плечами Альтаир. — Но отец тяжело это пережил… хотя эта ситуация не была неожиданной. Спустя столько лет вместе они стали очень разными. Это никому не приносило счастья. Впрочем, у Рейнара собственная версия. Он уверен, что мать обманули или украли, изменили ей сознание. В общем он согласен на что угодно, но не признать её выбор.

— И вы с матерью не общаетесь… — потрясённо прошептала я.

— Незаметная переписка с новоявленной гражданкой Атлантии, которая не желает быть замеченной королём Океании? Едва ли это возможно, любовь моя… О трудностях в коммуникации между Атлантией и Океанией позаботились дважды. Каждая из сторон. И теперь нам с тобой…

Губы Альтаира коснулись моих в беглом поцелуе, прежде чем он договорил:

— … нам с тобой предстоит всё это исправлять, моя королева София…

Я улыбнулась в губы Альтаира и как только он начал отстраняться, притянула его за шею обратно. Поцелуй был глубоким. Обернулся нежными касаниями языков и покусываниями губ… И лишь призвав всю свою атлантианскую разумность, мне удалось взять под контроль пламя, которое я сама же разожгла.

— У меня есть идея, мой король, — выдохнула я в губы Альтаира и шутливо оттолкнула его, встала с колен принца, на которых оказалась, надо признать, совершенно незаметно для себя, — надо побеседовать с твоим отцом до начала вечернего приёма. Лучше, чтоб была пара часов в запасе…

Альтаир печально улыбнулся, кажется, он сомневался в успехе, хоть и был преисполнен намерения сделать всё, что я предложу. Даже если там будет что-то безумное.

— Кстати… — я взяла Альтаира за руку, и мы вновь оказались в объятиях друг друга, — Альтаир…

— Ммм? — будущий супруг уже вовсю целовал мою шею.

— Альтаир… кто именно был в составе атлантианской делегации в год… кхем… отъезда королевы Талании?

Глава 20

Альтаир

Я рассказал Софии ровно столько, сколько знал. О нарастающем недопонимании родителей, и как его апогей — ультиматуме отца из серии «ты либо со мной, либо против меня». Без подробностей, за исключением тех моментов, о которых София спросила сама.

— … Моя мать не из тех, с кем можно так разговаривать, — ухмыльнулся я, увлекая невесту по коридорам в сторону своих покоев. — Отец за годы её лояльности, что проистекала из любви, успел об этом позабыть. Он хотел продавить мамину позицию. Перепутал её со своими министрами. Это была ошибка. Мама всегда идёт до конца, и если она сказала, что не согласна с новым политическим курсом, то значит — она не согласна. Ряд решений отца по внутренней политике, налогам и малому предпринимательству её тоже не устроил, но радикально они не сошлись на… вопросах альянса с расами Союза. Отец, так скажем, ортодоксальный… неудержимый океанец. Мама была мягче и более открыта к переговорам. Отец видел в этом пощёчину традициям.

София только кивала в такт моим словам и поощрительно поглаживала мои пальцы, которые незаметно пробрались под её платье и огладили нежную кожу по косым линиям между рёбер. Здесь моя будущая жена научилась открывать очень красивые, изящные жабры.

Такие жабры хочется, как древний художник, писать коралловой тушью с натуры — если ими просто дышать, этого будет недостаточно. Статую Софии в океанской форме надо будет приказать высечь из лучшей породы перламутра. Софи совершенна, и её будущее океаническое тело, которое мы с Океаном научим её призывать осознанным волевым усилием со временем — тоже. Моя будущая жена…

— Альтаир, — светло рассмеялась София, когда я прижал её к стене в коридоре и принялся целовать в шею, так и не доведя до своих комнат, — Аль… ах… Альтаир! Не отвлекайся! Я, вообще-то, переговоры с твоим папой планирую! Ой… щекотно!

Я подхватил будущую жену на руки и, наконец, занёс в свои покои. Пересёк гостиную и опустил Софию на широкую кровать — традиционно выполненную в форме гигантского раскрытого моллюска. Софи смотрелась на ней как жемчужина.

И я засмотрелся, а затем потянул за созданную мною же астральную проекцию её платья — и оно рассы́палось. Но София по-атлантиански быстро прикрылась краем сапфирового покрывала:

— Так ты будешь отвлекаться ещё сильнее, — мурлыкнула моя безжалостная невеста.

— Опустите покрывало, виана! Я вам приказываю, — шуточно прорычал я, нависая над полулежащей на подушках Софией. Меня влекло к моей атлантианке непреодолимо. Ещё чуть-чуть, и комната начнёт дрожать перед глазами от… переполнивших эмоций.

— Я поцелую тебя обязательно, — нежно погладила меня по щеке София, — но сначала заверши рассказ. Потом нам надо поговорить с твоим отцом, потом приём. А вот после него… можешь выставить мне счёт за то, что я ослушалась приказа, мой король, притом с процентами…

Немало усилий мне потребовалось, чтобы просто лечь с ней рядом, не покушаясь на большее. Просто насладиться, но не потерять концентрацию, когда София опустила голову мне на плечо и мягко поглаживая мою грудь ладонью продолжила расспросы:

— Альтаир… Тот «виан-атлантианец под явно вымышленным именем», как ты изволил выразиться. Виан из делегации, что помог королеве Талании… у него была… трость?

— Накс, — понимающе улыбнулся я.

Про атлантианские наксы в Океании, конечно, знали. И не потому, что наши шпионы вызнали о ментальных помощниках, что живут в подпространстве, а в физической реальности обращаются живыми змеями либо застывают, прикидываясь тростью, или реже каким-то другим неодушевлённым предметом. Наксы — феномен, который застрял в легендах людей как волшебные палочки или посохи колдунов. А в Океании… их просто помнили, ведь когда-то мы с атлантианцами были одним народом. Но наксы покинули нас, вышли из воды вместе с детьми Атлантии. Однако… кое-кто остался.

— Конечно, у того атлантианца был накс, Софи. Виан-посол был очень сильным, иначе не смог бы помочь бежать королеве. А его накс венчал камень, красный как кровь. Виан-посол почему-то очень бесил и отца, и Рейнара. Думаю, совпадение окраса камня накса с цветом чешуи отца и брата в видимом спектре… вроде как рефлекторно побуждало их встать с тем атлантианцем в конкурентную позицию.

— Понимаю, — улыбнулась София шире, — «как красная тряпка для быка», так люди говорят. Но думаю, дело не в цвете камня. А в… личностных особенностях того атлантианца.

— Знаешь его? — нахмурился я.

Тот виан с безупречными чертами лица и выкрашенной (явно с умыслом, для маскировки) белой прядью волос у самого лица при типично атлантианской чёрной шевелюре. Тот виан неподдающегося определению возраста — выглядел заносчивым, лощёным, очень умным и очень опасным. Говорил иронично, закатывал глаза саркастично, как бы невзначай, — но так уместно, что менее опытный оппонент чувствовал себя оплёванным в те моменты, когда так хотел тот виан-атлантианец.

Меня… не знаю — это забавляло. Я был совсем юн и словно смотрел увлекательное сатирическое шоу. Но отец — всякий раз при общении с атлантианским дипломатом буквально багровел от гнева, почти до оттенка своего хвоста. А потом делегация спешно убыла, и моя мать… исчезла вместе с ними, объяснившись лишь со мной и братом.

А теперь эта странная история нехотя поднимается из самой дальней области моей памяти. И я пока не понял для чего это нужно Софии. И вспоминаю всё осторожно, держа эмоции под контролем. Не хотелось бы подмешать тоску по матери в абсолютное счастье, которое испытываю накануне свадьбы с любовью всей моей жизни.

А моя атлантианка вдруг резко откинула прикрывающее её наготу покрывало. Поднялась в полный рост.

Я жадно оглядел изящную точёную фигурку. Манящую грудь, тонкую талию, плоский животик… мой взгляд заскользил ниже…

— Сотвори на мне строгое чёрное атлантианское платье, Альтаир. А лучше костюм, вроде тех, что носила дипмиссия Атлантии. Как если б я входила в её состав. Я знаю, для этого положена чёрная форма.

Вздохнув, я исполнил волю Софии. Чёрные туфельки на среднем каблуке. Юбка до колен, пиджак с элегантными эполетами Союза. Всё чёрное, всё детальное. С моим ментальным потенциалом воссоздать форму дипломата Союза не проблема.

София прищурила свои чёрные атлантианские глаза, взмахнула рукой, вынимая из подпространства свой жемчужный скипетр. Свой накс. Наш. С которым ещё предстояло научиться жить…

София села на край кровати рядом со мной и строго взглянула на меня. Аристократично перехватила накс, как это делал тот атлантианский дипломат, когда хотел позлить отца. А потом моя невеста иронично закатила глаза и цокнула уголком рта.

Я аж сел.

Так непохожа и так… фантастически похожа! На того атлантианца! Внешность другая, но София изобразила то же выражение глаз, подражала мимике посла до мельчайших деталей, до полутонов.

— Похожа? Отлично, — хищно оскалилась моя невеста, — значит, навык не утрачен. Я всё ещё неплохо его пародирую. Знаешь, Альтаир, мне в как-то Академии хотели поставить незачёт по одной дисциплине… Так я использовала эту уловку. Сказала на экзамене одному супердушному профессору с его интонациями… «вы что, виан, сомневаетесь в моих компетенциях?» и закатила глаза. Вот так. Профессор аж чашку кофе мимо рта пронёс! Закашлялся, вскочил, вытянулся по стойке смирно передо мной… в общем, поставил со страху зачёт!