Ева Арманда – Космический отбор для монстра (страница 19)

Сознание холодно раскладывало ситуацию по полочкам, несмотря на нарастающую гипоксию. Я попала в ловушку. Подготовленную специально для меня.

Вероятные виновники: Элиан? Это возможно! Наутика… не сама, но с поддержкой сильных менталистов из её свиты — тоже вариант. Принц… ему бы наверняка хватило сил.

Моё оставшееся время — две минуты.

Спазмы уже сжимали горло, тело требовало вдоха.

Оттолкнувшись от стекла, я поплыла вдоль стен своего аквариума, выискивая слабину, трещину, любой изъян.

Но ничего. Идеальная, гладкая поверхность. Я ударила по ней, посылала отчаянные пси-всплески. Бесполезно! Материал гасил мой ментальный крик.

Время утекало.

Осталась одна минута.

В висках застучало, перед глазами поплыли тёмные пятна.

Это плохо… И я не вижу выхода!

Сознание судорожно обрабатывало варианты. И ничего… ничего не могло найти!

Прильнув к стеклу, я посмотрела на ту — другую себя. Моя копия в это время грациозно проплывала сквозь облако серебряных пузырьков, и на её лице расплылась широкая, победная улыбка.

Чуждая мне. Фальшивая.

Это так глупо. Так нелепо. Погибнуть из-за придворных интриг в фальшивом аквариуме на глупом отборе невест. Отец… старший брат… Они бы точно нашли выход даже в моей ситуации! Нет… они бы даже не позволили себя поймать. И теперь в угасающем сознании, мне было стыдно перед ними…

И больно за то разочарование, что они ощутят.

И уж конечно, они не простят Океании.

Это станет поводом. У отца хватит власти. А есть в нашей семье и более радикально настроенные родственники. Так что можно не сомневаться — начнётся война. Но я этого уже не увижу.

Десять секунд…

Пять…

Я невольно дёрнулась в судорожной попытке вдохнуть воздуха, но кругом была только вода. Она хлынула в лёгкие — ледяная, солёная. Обжигающая, удушающая. Мир запрыгал перед глазами, превращаясь в хаос из тёмных пятен и бликов. Я захлёбывалась, сознание ускользало. Меня потянуло на дно.

И в этом предсмертном тумане мне померещилось движение наверху. Офицер? Да, это мой безымянный защитник. Он резко обернулся, прекратив смотреть на мою копию, его взгляд пронзил толщу воды и… остановился на мне. Прямо на мне, запертой в невидимой для всех клетке.

Это была галлюцинация, конечно.

Он не мог меня видеть. Для него это выглядело бы так, будто он смотрит на чёрный пол.

Но я всё же послала последний пси-крик: «Я ЗДЕСЬ!»

И по-мужски красивое лицо офицера исказилось животной яростью. Что-то крикнув Элиану, он выхватил из кобуры ближайшего гвардейца массивный бластер и выстрелил в стеклянный пол над моей камерой.

Ослепительная вспышка, оглушительный грохот, даже сквозь воду. Наностекло треснуло звёздочкой, но не рассыпалось. Он выстрелил ещё раз — прицельно в точку раскола. И потолок моей тюрьмы рухнул внутрь обломками. Но их почти сразу подхватила чужая пси-сила… А потом в воду нырнул офицер.

Я воспринимала это вспышками угасающего сознания.

Мощный тёмный силуэт на фоне света… мысли нелепо неупрвляемо растекались: у офицера всё ещё ноги? Или их сменил мощный хвост… а какого он цвета?

…Сильные руки, обнимающие меня посреди пустоты. Я почти ничего не чувствовала, кроме жгучего холода в лёгких и давящей темноты.

Эти руки… и объятия — были до боли знакомы.

Странно. С чего бы?…но как будто недавно я ощущала их на своей талии… В том видении, что послали мне ксиларии.

Сквозь вспышки света, я вдруг осознала — что меня вытащили. И кто-то надавил на грудь.

— Дыши!

Рявкнул чужой голос.

И я вдруг отчаянно закашлялась. Сильные руки перевернули меня, надавили на спину. Вода хлынула изо рта и носа. Потом меня снова перевернули, и на мои губы легли чужие — твёрдые, влажные, горячие.

В лёгкие ворвался спасительный воздух. В меня проталкивали его мощными вдохами. И ещё. Я дышала, судорожно, рывками.

Сознание возвращалось.

Кругом было шумно. Слышались возгласы.

Я лежала на холодном прозрачном полу, а над мной склонился офицер. Весь мокрый, его тёмные волосы прилипли ко лбу и скулам. Лицо было бледным, а в синих глазах бушевало что-то дикое, первобытное. Яростное.

Он продолжал делать мне искусственное дыхание. Рот в рот.

Я слабо оттолкнула его. Замычала в горячие губы. Мир качался. Все смотрели на нас — я чувствовала их взгляды кожей.

Офицер отстранился, но не отпускал, его руки всё ещё крепко держали меня за плечи, будто боясь, что я исчезну. А потом и вовсе подхватил меня на руки. Поднялся в полный рост, удерживая меня под коленями и под лопатками.

Меня мельком кольнуло нелепое разочарование, что я не успела рассмотреть его хвост (если офицер конечно вообще трансформировал тело)…

Сквозь шум в ушах я услышала чей-то голос из толпы:

— … атлантианке не место в Океании.

Принц не двигался на троне. Король тоже был неподвижен, как изваяние. Элиан застыл с открытым ртом.

Офицер вскинул голову и обвёл собравшихся взглядом, полным такой холодной угрозы, что зрители невольно отпрянули.

Альтаир

Атлантианка почти ничего не весила. Я уносил её на руках, тонкую, нежную, дрожащую, доверчиво льнущую к моей груди… уносил и не оглядывался ни на придворных, ни на военных, ни на знатных гостей, пришедших поглазеть на испытания невест.

И даже не взглянул на собственное тело на троне в ритуальном наряде или моего отца короля.

Мы с Софией удалялись всё сильнее.

А они все — я видел это прекрасно из глаз своего настоящего тела на троне — до сих пор стояли застыв. Шелест толпы резко смолк.

Когда я спас атлантианку и замер с ней, моей желанной добычей, в руках — все отшатнулись в едином порыве, осознав физическую и ментальную угрозу. Я внезапно встал на грань потери контроля. Ещё одно неосторожное слово. Ещё одно лишнее шевеление. И для них всё было бы кончено. Все, кто был в зале, поняли это на каком-то животном уровне.

Не поняла одна только София. У неё, должно быть, проблемы с инстинктом самосохранения. Или атлантианка не может прочитать эмоциональный фон океанца.

Быть может, она могла по-женски понять, что моя агрессия направлена не на неё, а на её обидчиков, но… не заметить это вовсе — явно что-то новенькое.

Иначе как объяснить, что она так доверчиво прильнула к моей груди? И почему-то её тело в моих объятиях расслабилось. Дыхание и сердцебиение Софии стали приходить в норму. Как если бы она мне доверяла. Что было откровенно маловероятно.

Но почему же я так ярко отреагировал?

…Ярость накатывала волнами. Я мог не успеть. Мог слишком поздно опознать в лже-Софии качественную астральную копию. Мог неверно истолковать зов настоящей Софии, заглушённый даже для большинства сильных менталистов. Это и для меня-то было на грани возможного. Если не за гранью.

Ноги сами несли к моим личным апартаментам. Я остановил себя в последний момент. На краю сознания вспыхнуло: я для атлантианки гвардеец, телохранитель. А значит, нести её нужно в медблок дворца, а после осмотра врачом — в её покои. Но никак не в мои. Не в покои Его Высочества принца Альтаира. К сожалению.

И я изменил траекторию движения — остановился, коснулся сенсорной панели в перламутровой стене и вызвал бусину парящего лифта. Архитектурные изыски дворца меня сейчас интересовали в последнюю очередь. А вот София встретила спускающуюся к нам округлую кабину восхищённым взглядом. Умеет видеть прекрасное даже в такой ситуации, надо же — я вот таким талантом не обладаю.

К слову, до того, как я осознал свои действия, успел унести Софию вверх по лестницам в направлении своих покоев на три полёта. И теперь следовало ехать на три этажа вниз. А осознала ли она этот ненужный крюк? Или, в шоке, что чуть не погибла от чьих-то нелепых интриг, теперь вовсе не видит, куда её несут?

Во всяком случае, никак не выдаёт своих эмоций. Немудрено, у неё сейчас другая доминанта.

Мне не хочется об этом говорить, но я должен:

— София. То, что произошло…

— Как я понимаю, технический сбой в работе арены, виан-офицер. Очень жаль, но я в порядке, — голос Софии немного хрипловат. Это пройдёт, — спасибо, что спасли меня.