Эшли Хэшброу – Безупречное столкновение (страница 8)
Да, я тщательно планировала этот побег и долго готовилась, но… Ты можешь репетировать сцену миллионы раз, но по-настоящему ты почувствуешь ее, только когда настанет время выступления.
Закусываю губу и, остановившись на свободном месте, перевожу машину в режим парковки, отворачиваясь к окну.
– Я не просто похожа на бедняжку из гетто. Это мой новый статус, Уэндел, – шмыгаю носом и незаметно смахнув слезу, поворачиваюсь к экрану телефона. – В моем кошельке всего несколько тысяч, а доход с рекламы и жалкая монетизация поступят только в следующем месяце.
– Они заблокировали твою карманную кредитку?
Тру лоб и ударяю ладонью в подушку сигнала, вызывая недовольный стон старого Шевроле Лачетти.
Я правда надеялась, что они примут мое решение и отнесутся к этому нормально. Так сильно, что даже не подкопила достаточно денег на что-либо, кроме оплаты общежития, годового питания и первого семестра обучения. Это был самый глупый поступок не приспособленного к взрослой жизни человека – спустить все кроме налички на интерьерные штучки для комнаты, новые книги и подходящие для кампуса вещи. Я не смогла поступить на бесплатной основе из-за того что моя семья обеспеченная, но у меня все же есть шанс взять несколько дополнительных курсов и стать лучшей на потоке хоть в чем-то, для получения стипендии. Ну, и запасной вариант с костюмом из забегаловки Church’s chicken.
– Я отправлю тебе несколько тысяч, это все что у меня есть. Отец снова лишил меня жалования, в счет посещения психолога и выписанных таблеток от стресса.
– Ты сожгла в камине его детективы?
– Туше. Я всего-то одела Боуи светящиеся очки и оставила его возле спальни отца. Ночью его чуть не хватил сердечный приступ от того, что гном оживает, как экспонаты из фильма «Ночь в музее».
– Твоя любовь к садовым гномам и издевательствам над отцом меня пугает, Уэндел. Не понимаю, как святой ангелочек Брайан терпит твой дьявольский зад у себя под боком.
Прыснув от смеха, Ханна ставит телефон на кухонный островок и отходит на несколько шагов назад и то, что я вижу перед глазами, вынуждает меня открыть рот настолько широко, что если бы я была мультяшкой он бы ударился о землю.
Блондинка одета в розовый топ с Лило и Стичем, в ее светлых волосах малиновая заколка, а кружка похожа на предмет из кукольного домика Барби.
– Ты шутишь, – мотаю головой, пока она мило улыбается и прислоняет к губам чашку, демонстрируя маникюр запретного розового цвета, используемого нами только для того, чтобы показать обиду. – Мне нужен отбеливатель для глаз!
– Привет, Мэйбелин. Как Йель? – неожиданно в кадре появляется Маккейб, перекрывая вид на счастливую Уэндел, решившую лишить меня зрения.
Снимаю телефон с крепления и выхожу из машины.
– В отличие от твоей поехавшей избранницы, он не похож на день Барби в Диснейленде!
Брайан кивает и, забрав смартфон с кухонного островка, направляется к лестнице ведущей в их спальню, отмахиваясь от Коуэла, который недовольно бормочет ему, что они не доиграли.
– Эй, верни телефон…, – бежит за ним Ханна, – я не успела показать ей свою новую татуировку с розовой пантерой!
– Розовый – её протест против твоего отъезда из Энн-Арбор. Она скучает по тебе, Мэйбелин.
– Вот еще! Я не скучаю по этой мексиканской стерве, выглядящей как гнилое яблоко!
– Она любит тебя, – мило продолжает он.
– Дважды ложь!
Пока Брайан пытается усмирить мою подругу, я с улыбкой наблюдаю за ними через экран. Ханна и Брайан – полная противоположность друг друга. Она – сумасшедшая бестия, плюющая на правила и закон, а он – правильный и хороший парень, но как же прекрасно они смотрятся вместе.
– Я люблю вас, – хрипло шепчу, прилагая все усилия остановить град из проклятых слез, которые снова сыпятся из глаз.
Заходящее за горизонт аномальное для Нью-Хейвена солнце обжигает открытые участки кожи, а я пытаюсь закрыть ладонью экран телефона от ярких лучей, которые мешают мне насладиться их эмоциями.
Уэндел останавливается, и я замечаю, как ее лицо кривится в малознакомой мне гримасе.
– Пообещай, что будешь приезжать, – её голос срывается, она выхватывает телефон у двадцать девятого и я вижу ее мокрые неоновые глаза.
– Я… – стараюсь выдавить хоть слово, но тревожный ком, застрявший в горле, чертовски мешает сделать это. – Конечно, да!
– Ненавижу тебя, – ещё больше заходится Уэндел, а Маккейб прижимает её к своей груди и гладит по светлым волосам.
Сжимаю ладонью рот, сдерживая рвущиеся всхлипы.
Мы плачем по видеосвязи, рассматривая друг друга через экран, как в самый последний раз, и это сводит с ума. Ханна лучший человек, который когда-либо был в моей жизни, даже несмотря на то что ее подкинул сам Люцифер, потому что в аду она нещадно потрепала ему нервы.
– Я хочу тебя обнять, – бормочу я, сглатывая приступ подкатившей истерики.
– Эй, ну всё. Вы можете созваниваться каждый день и болтать часами, смотреть фильмы в трансляциях и летать друг к другу на уикенд.
– Лучше бы тебе заткнуться прямо сейчас, – сопливо болтаю я.
– Да! – поддерживает Ханна, и мы вместе начинаем смеяться сквозь слезы.
– Я всего-то пытаюсь вас поддержать, – пожимает плечами Маккейб и целует Уэндел в щеку, прежде чем перевести взгляд на меня и забрать у нее телефон. – Я чуть не забыл, почему просил принцессу-ада-и-разврата тебе позвонить.
– Прости. Принцессу ада и чего? Я безумно люблю вас и все такое, но не мог бы ты избавить меня от… – в моей голове прокручивается всё, что он только что сказал, – Стоп! Это ты попросил эту лживую задницу позвонить мне?
Недовольно приподнимаю бровь и выпрямляю спину, вытягивая телефон перед лицом.
– Конечно не-ет. Ханна решила тебе позвонить.
– Не-а, нет! Эта стерва… – не успеваю договорить, как Уэндел меня перебивает.
– Это ты стерва, которая бросила лучшую подругу в дыре под названием Энн-Арбор совершено одну!
– У тебя есть Брайан, я не бросала тебя! – В ответ кричу я.
– Эй, хватит. Я хотел тебя кое о чем попросить, Мэйбл. Это очень важно для меня.
Закатываю глаза и шумно выдыхаю, возвращаясь в машину и хлопая дверью старой развалюхи.
– Нет, Брайан! Я поругалась с отцом. Никаких химикатов.
– Тебе не нужен твой отец, мы скинем адрес и…
– Вы поехавшие? Я не буду покупать всякую дрянь, меня могут упечь за решетку! Я еще слишком молода и красива, мне есть что терять!
– Никакого крысиного яда, мексиканская задница! Дай ему сказать, – фыркает Ханна, но Брайан зажимает ей рот, от чего я слышу лишь недовольные мычания.
– Она права. Ничего запрещенного и опасного. Тебе всего лишь нужно проверить малыша.
– Чей-то пес живет неподалеку от Йеля? Ты не говорил, что твои родственники проживают в Нью-Хейвен, – ставлю телефон на крепление и опускаю дефлектор, чтобы посмотреться в зеркало, но не успеваю перевести туда взгляд, как меня привлекает смех друзей.
– Ага, бульдог, – весело хохочет Уэндел, толкая локтем в бок Брайана, который снова зажимает ее рот ладонью.
– Малыш не собака, а маленький засранец, которого я знаю с пеленок. Он поступил в Йель в прошлом году, и судя по его нынешним историям в соцсетях, он явно не в себе. – Маккейб шумно вздыхает. – Этот парень переживает не лучший период жизни, Мэйбл, и он не хочет это обсуждать с человеком, который решил записаться в его папочки.
Поджав губы, вытягиваю из сумочки косметические салфетки. Достаю одну и начинаю вытирать остатки от того, что ещё до отлета из Энн-Арбор было макияжем.
– Значит, я должна стать его мамочкой? Проверить, не подсел ли он на запрещенные вещества и не пьет ли текилу с пупков чирлидерш? – прижимаю салфетку к глазам и тщательно стираю потекшую тушь.
– Он хороший парень, и не думаю, что он будет делать все то, о чем ты только что сказала, но я должен быть уверен, что ему лучше.
Надеваю солнцезащитные Ray-Ban и перевожу взгляд на экран.
– Ладно. Хорошо. Я проверю твоего малыша, но завтра.
– Ты лучшая. Координаты вышлем в смс, – улыбается Брайан.
– Любим тебя! – добавляет Уэндел.
– Ханна… – зову я, прежде чем она завершит звонок.
– Да?
– Помнишь о том, что ты должна забрать Мистера Фогеля?