Эшли Энн Дьюал – Домой Не По Пути (ЛП) (страница 16)
— И это оправдание, зеленоглазка?
— Наверно.
— Куда вы едете?
— Нам все равно куда, — сообщает Уилл и пожимает плечами, — мы бы заплатили, но у нас нет денег, они остались в машине.
— Нужны мне ваши деньги, — ворчит мужчина и отмахивается широкой ладонью, — я все понимаю, но лежать на дороге, что в голове у детей сейчас? Я вас чуть не переехал, а они, оказывается, помощи искали. На небе, что ли? Садитесь уже, запрыгивайте в кузов, и вперед со мной пусть кто-то сядет, я мальчишек назад закину.
Мы с Кори садимся вперед, а Уильям, Тэмзи и Джесси запрыгивают в кузов вместе с сыновьями незнакомца. Пикап заводится со второго раза, рычит, будто дикий зверь и вяло сходит с места, будто его нагрузили камнями. Осматриваю приборную панель и невольно улыбаюсь, заметив хаотично приклеенные снимки. Они тянутся по всему периметру, и на них все такие счастливые, что я сомневаюсь: можно ли такими быть?
— Это моя жена, — с хрипотцой поясняет мужчина, заметив, как я разглядываю фотки, он широко улыбается, — Барбара, красотка, верно?
— Да, она очень милая.
— Сумасшедшая женщина была, фурия, я поседел из-за нее в восемнадцать! Хотя я не жалуюсь ни в коем случае, она всем для меня была.
— Простите.
— За что? Лучше бы извинились за то, что я едва преступником из-за вашего безумия не стал, я ведь соблюдаю закон, Богом клянусь, мне еще сыновей растить, куда мне сейчас в тюрьму, вот скажи, зеленоглазка?
— А куда вы едете? — Спрашивает Кори.
— В Тайрон через Брадфорд.
— А сколько километров от Брадфорда до Сиракьюс?
— Сто пятьдесят с лишним. Собрались в Сиракьюс? Могу высадить вас в Брадфорде.
— Собирались, пока у нас не угнали машину.
— Сейчас по радио только и орут, что о мошенниках. Куда вы смотрели? Детишки, не знаете ничего об ответственности, верно? Я шучу, можно ведь пожаловаться, сказать, что я побольше вашего в жизни понимаю. Старость — она такая, вредная и капризная.
— Но вы ведь нас подобрали, — я задумчиво пожимаю плечами, — не испугались, что у нас намерения плохие.
— Я плохих людей сразу вижу, вы — не мошенники, вы — подростки. В этом тоже мало хорошего, подростки сейчас такие, что общаться с ними трудно, но вы не показались мне опасными; растерянными скорее и безумными.
— Спасибо, — искренне восклицает Кори, — мы уже думали, никто не остановится.
— В этом проблема всех людей, нет, я серьезно, люди считают, что чужие проблемы их не касаются. Как по мне, о характере человека нужно судить по тому, как он относится к тем, кто ничем ему помочь не может, и к тем, кто ответить ему не в состоянии. Я вас не знаю, но я остановился, потому что остановиться — долг любого человека.
— Люди не хотят быть обманутыми. Предубеждение, и прочее.
— Предубеждение? Я скажу тебе, зеленоглазка, что такое предубеждение. Я всю свою жизнь только и слышу: черные врут, черные аморальны, доверять черным опасно. Но вот в чем соль, красавица,
Я с интересом хмыкаю и почему-то киваю. Этот худощавый мужчина в соломенной шляпе определенно мне нравится. Его длинные пальцы сжимают старый руль, и в салоне пахнет моторным маслом, будто старик не раз пытался починить двигатель, но он наотрез отказался работать лучше. Мы едем молча, а затем вдруг позади раздается звук гитары. Я оборачиваюсь и вижу, что Джесси вновь скользит пальцами по струнам, а два смущенных мальчика подпевают ему, сидя по бокам от Уильяма. У Уильяма безмятежная улыбка на лице, глаза сощурены, волосы блестят от пота. В какой-то момент Уилл опускает голову и вдруг смотрит в мою сторону через стекло, разделяющее кузов и передние сидения. Я тут же опускаю взгляд и отворачиваюсь, и вместе с музыкой до меня теперь доносится еще и его мелодичный смех.
Совсем скоро за окном появляются горы, они едва заметны, висят в воздухе вместе с облаками. Золотистый ковер превращается в зелень, за стеклом мелькают пышнокроные, низкие деревья, и тень от них приглушает жару, достигшую апогея.
Мы приезжаем в Брадфорд к вечеру. Желтовато-синий закат сливается с горизонтом, и ветер перестает хлестать по лицу, успокоившись и принявшись укутывать в прохладные руки. Старик тормозит на перекрестке, и пикап предательски скрипит, будто бы прощаясь с нами. Из кузова выпрыгивают ребята, Кори открывает дверь, а я поворачиваюсь лицом к мужчине и благодарно киваю.
— Спасибо, вы очень нам помогли.
— Пожалуйста, зеленоглазка. Но больше не ложитесь под колеса, попробуйте что-то менее радикальное. Договорились?
— Договорились. Как вас зовут? Я — Реган.
— Какое имя, красавица, так прямо и не запомнишь. Моррис я. — Старик сжимает мне руку и широко улыбается. — Моррис Блэк, фамилия, как кстати. Какое время странное, да? Сейчас знакомятся, собравшись проститься. Не верят, что ли?
— Спасибо еще раз, Моррис.
— Не скучайте, зеленоглазка.
Он смеется, вздернув плечи, а я выхожу из салона. Машу рукой и смотрю, как пикап отдаляется все дальше и дальше. На моем лице плавает улыбка.
— Нам повезло, — выдыхает Джесси, — нам всегда везет.
— И то, что тачку у нас украли — это тоже везение? — Ворчит Тэмзи. Оглядывается и в ужасе придавливает руками волосы. — Мы на отшибе, мать его, мира.
Так и есть. Брадфорд — небольшая деревушка с пятью административными зданиями и десятком небольших домиков. Пахнет тут свежескошенной травой, дождем и мятой, и я так глубоко втягиваю в легкие этот воздух, что становится больно. Прикусываю губы.
— Тут так тихо.
— Нужно участок найти, почту или что-то подобное.
— Здесь, кажется, кто-то есть, — говорит Кори и указывает на четырехэтажное здание с включенным светом на первом этаже. В полумраке сложно сказать, где мы находимся, как далеко до центральной улицы, или мы уже на ней. Мы плетемся на свет, как мотыльки и в надежде стучимся в неизвестную дверь. На вывеске криво выведено: закусочная. Сложно представить, что здесь кафе. — Никто не открывает.
— Почему тут так тихо? — Не понимает Тэмзи. — Люди вымерли, что ли? Ну, все, черт, я поняла, этот старик привез нас в ловушку и сейчас начнется какой-то фильм ужасов, вот же блин, я плохо одета, чтобы умирать.
— Ты еще и воняешь, — шутит Кори.
— О, замолчи, котик, у самого поджилки трясутся.
— Ничего и не трясутся!
— Тихо, — командует Уилл и останавливается, — кто-то идет.
Он загораживает нас спиной и вскидывает подбородок. Наверно, собирается что-то сказать, но неизвестный мужчина его опережает. Становится в единственное светло пятно от фонаря и восклицает:
— Наконец-то!
Недоуменно вскидываю брови, как и остальные ребята. Мужичок невысокого роста и живот у него почти выкатывается из-под пиджака. Своими крохотными руками он вдруг взмахивает в воздухе и грохочет:
— Где вы были? Мы ждем вас уже несколько часов?
— Нас? — Переспрашивает Уильям и прищуривает глаза. — В смысле?
— Вы ведь музыканты, верно? Мы звонили вам, заказывали на свадьбу. У меня дочь сидит в платье, а вокруг так тихо, что повеситься можно! Вот, — он неожиданно подходит к Гудмену и впихивает ему в руки несколько свернутых купюр, — как мы договаривались по телефону, только шевелитесь, прошу вас, быстрее! Установка уже там.
Мужичок начинает плестись куда-то вниз по улице, а мы растерянно замираем. Уилл тупо пялится ему вслед.
— Какие еще музыканты? — Спрашивает Кори. — Что это было?
Несколько секунд мы молчим, затем Уильям вдруг разворачивается и передергивает плечами. На лице у него играет знакомая мне коварная ухмылка.
— Это шанс, братец.
— Что?
— Тут двести баксов.
— Сколько? — Восклицает Тэмми, но Джесси прикрывает ей пальцами рот и хмурится.
— Не кричи так, окей?
— Издеваешься? Нам просто так кучу денег вручили!
— Давайте их отработаем, — улыбается Уилл, — все равно делать больше нечего.
— Отработаем? — Глухо переспрашиваю я и округляю глаза. — Ты спятил? Какие мы музыканты? Тут только Джесси играть умеет.
— Я сяду за установку, Кори тоже себе гитару поищет.
— Я на фортепиано в школе играла, — задумчиво протягивает Тэмми, — ну, пыталась.
— Вау, отлично, какие тут все талантливые. А мне что делать? Найти кастаньеты?
— А ты пой, — внезапно отрезает, мать его, Кори, и я ошеломленно перевожу на него взгляд. У меня, наверно, лицо становится пунцовым и диким, потому что парень тут же в панике отскакивает в сторону. — Ну, ты же умеешь, Реган.