Эшли Дьюал – Смертельно безмолвна (СИ) (страница 73)

— Какое еще восхождение?

— После совершеннолетия мы становимся сильнее.

Ну, конечно, и кто бы сомневался? Я отхожу в сторону и прокатываюсь ладонями по вспотевшему лицу. Мне вдруг кажется, что пыль уже срослась с кожей. Здесь невыносимо находиться. Слишком тяжелый запах, слишком легко сойти с ума.

— Люцифер устраивает прием в ее честь, — шепчет Норин. — Вот почему тут была фон Страттен. Она боится того, что случится, когда Ариадна достигнет зенита своей силы.

— Выходит, она действительно хочет, чтобы мы ее остановили? — Не понимает Мэри.

— Выходит, что так.

— Выходит, завтра мы должны оказаться одновременно в двух местах, — затянувшись, сообщает Джейсон и впивается взглядом в небесно-голубые глаза Норин. — Кто-то должен отправиться в Ортигию и привезти в Астерию Дельфию Этел.

— И кто-то должен отправиться в чистилище, — продолжает она, — чтобы вернуть Ари и запереть до окончания Йоля. Запереть до того момента, пока она вновь не обретет силы.

— Ортигия? — Переспрашиваю я.

— Да. Именно там живет Дельфия. Восемьсот километров к Западу.

Я перекидываю рюкзак на другое плечо и свожу брови. Нам придется разделиться.

— Я должна пойти на прием, — неожиданно отрезает Норин и поднимается с кушетки.

Мы одновременно смотрим на нее, а она, будто бы не обращает внимания. Ладонями приглаживает края толстого свитера и поджимает губы.

— И почему именно ты? — Настороженно интересуется Мэри. — Объяснишь?

— Все очень просто. На приеме будет Люцифер.

— И что с того?

— Если что-то пойдет не так, я смогу…

— Что сможешь? — Резко перебивает женщину Джейсон. Она смотрит на него. Но я не могу наблюдать за этими терзаниями и отворачиваюсь. Чертовы чувства. Они всегда с ума нас сводят. Никакого от них толку. Абсолютно никакого.

— Смогу предложить ему то, — едва слышно отрезает Норин, — чего он жаждет.

— Вот как.

— Да. Вот так, Джейсон.

— Нет.

— В смысле?

— Нет, значит, нет. Ты не пойдешь на прием.

— По какой причине?

— Именно по той, что ты уже назвала, дамочка, — приближаясь к Монфор, восклицает Джейсон и затягивается. — Там будет Люцифер, и вам незачем пересекаться.

— Я не спрашиваю у тебя разрешения, — рявкает она.

— Тогда спроси разрешения у меня, — подняв руку вверх, тянет Мэри. — Я против.

Норин превращается в разгневанную львицу, у которой загораются глаза, и пальцы в кулаки сжимаются. Она порывисто поворачивается к сестре и восклицает:

— Хватит заботиться о себе. Хватит защищать друг друга. Мы потеряли Ари.

— И ты хочешь, чтобы мы еще и тебя потеряли?

— Я хочу вернуть нашу племянницу домой. И для этого действовать нужно верно. Ты меня услышала, Мэри? Рационально. Умно. Расчетливо. Я должна присутствовать на этом приеме, потому что тогда у нас появится больше шансов, что Ари вернется в семью, и я не собираюсь вас слушать. Вы можете и дальше сопротивляться, будто дети, а мне уже давно не страшно умирать за то, во что я верю.

— Да что тебе известно о смерти? — Прищурившись, выплевывает Джейсон.

— А что о ней известно тебе?

— Побольше твоего, дамочка.

— Думаешь?

— Мы должны заботиться о своей жизни!

— Поэтому ты все еще здесь? — Округлив глаза, вопрошает она. — Поэтому ты стоишь передо мной весь бледный, измотанный, измученный болезнью, которая исходит от меня, от моего взгляда. И не уходишь?

Джейсон замолкает, а Норин жестко усмехается. Она покачивает головой.

— Я иду на прием. Точка.

— Тогда я тоже, — рычит мужчина.

— Ты должен поехать в Ортигию. Ведь именно ты нашел дом Дельфии.

— Наплевать. Я тебя одну не отпущу.

— Мы съездим. — Неожиданно предлагает Хэйдан и смущенно поджимает губы. Он не решается подойти ближе. Лишь неуклюже покатывается на носках кроссовок. А затем мне в глаза смотрит мужественно, и я, черт его возьми, думаю, что он собирается меня позвать с собой, но нет. Брат кивает на Мэри-Линетт и почесывает шею. — Мы с Мэри.

Я с облегчением выдыхаю. Это отличная идея. Хэрри будет вдалеке от всего, что тут происходит, он будет в безопасности. Вдобавок, он не увидит, как я предаю друзей.

Как я убиваю Ариадну Монфор.

— Я согласен, — быстро выпаливаю я, положив ладонь на плечо брата, — поезжай.

— Что за заговор? — Сетует Мэри, прикрыв бледное лицо подушкой. — Я должна быть здесь, а не колесить по Ортигии. Это неправильно, черт возьми.

— Послушай, это лучший вариант, — присев рядом с сестрой, отрезает Норин.

Она убирает в сторону подушку, а Мэри-Линетт надувает губы, будто ей пять лет.

— Я вас ненавижу. И тебя ненавижу, Хэрри.

— Да что я? Разве есть другой выход?

— И как я тебя здесь оставлю? — Округлив глаза, восклицает Мэри и хватается за руки сестры. — Господи, Норин, мы никогда еще не расставались. Это безумие. Я так не могу.

— Ты должна привезти Дельфию Этел. Ты меня услышала?

— Но…

— Это важно, Мэри. Ты отлично водишь. Вы доберетесь до Ортигии в два счета.

— Я согласен, — заведя за спину руки, кивает Джейсон, — мы выиграем время.

— Мне не нравится этот план: пока вы будете развлекаться на приеме, мы будем ехать в задницу мира. Почему, можно узнать?

— Давай, поднимайся. Чем скорее вы поедете, тем лучше.

— Ты посмотри на нее, она меня еще и прогоняет!

Норин неожиданно улыбается, и я невольно замираю: я давно не видел, чтобы у этой женщины на лице играла искренняя улыбка. Она прокатывается пальцами по щеке сестры, кивает и шепчет:

— Не зли меня. Собирайся.

— Отлично. — Мэри-Линетт ловко поднимается с дивана и приближается к Джейсону, сощурив глаза. — Ты за главного, услышал? Проследи за этими недотепами.

— Как скажешь.

— А ты, — теперь Мэри тыкает пальцем в мою сторону, — не вздумай бросать их.