Эрнест Сетон-Томпсон – Рассказы о животных. С вопросами и ответами для почемучек (страница 6)

Почему следы пахнут? Все ли следы пахнут?

Мы чувствуем запах, когда к нам в нос попадают молекулы определённых — пахучих — веществ. Всякое животное, наступая на землю, оставляет на ней некоторое количество таких молекул со своего тела. Человеческий нос чувствует запах, только если таких молекул много. А носу лисы порой достаточно буквально нескольких штук. Поэтому для неё пахнут все следы, и человеческие тоже: босой человек оставит молекулы с кожи, а обутый — с обуви.

Зачем лисы ощетиниваются? Что это значит?

Ощетиниваясь — то есть поднимая шерсть торчком, лиса выражает злобу, угрозу. Так на лисьем языке говорится: «Я зол и готов драться!» Эти «слова» очень похожи и в «языках» многих других животных: многие звери вздыбливают волосы, птицы поднимают хохолки, рыбы расправляют плавники. Благодаря этому животное кажется больше, чем есть на самом деле.

Почему Домино не загрыз Рыжего? Что, лисы дрались понарошку?

Лисы и волки, даже сражаясь за самку или за место вожака, не стремятся убивать друг друга. Не потому, что они такие гуманные, — просто в драке «до последней капли крови» пострадает и сам победитель. А получив тяжёлые травмы, он не сможет полноценно охотиться. Поэтому у лис, волков и многих других хищников выработался определённый ритуал драк: если проигравший показывает, что признаёт поражение, то победитель не добивает его, а удовлетворяется этим признанием и своей победой.

Часть вторая. Вдвоём

8. Весна

Светлая весна вступила в свои права на Голдерских холмах. Потемнели склоны холмов, вскрылись реки, воздух наполнился хлопаньем крыльев, громкими криками на заре и свистом маленьких жабят в уже оттаявших прудах.

В лесу, ещё одетом по-зимнему, проглянула сквозь снег грушица и, выпрямив свои блестящие листочки, казалось, говорила: «Вот чего я ждала, вот когда кстати мои красные ягодки». Куропатки, белки и сурки лакомились этим угощением «Вороньего месяца», и у всех, кто любит мир диких животных, невольно являлась отрадная мысль о том, как мудро мать-природа поступила, припася к голодному времени такую вкусную пищу.

В лесах и на озере уже начиналась пора ухаживаний, которая говорила о близком зарождении новых жизней. Всё это находило живейший отклик в сердцах Белогрудки и Домино.

Как только по откосам заструились первые холодные ручейки тающего снега, наша пара отправилась на поиски жилища.

Они бегали и искали, искали и бегали повсюду, или, правильнее, искала одна Белогрудка, а Домино лишь покорно следовал за ней. Так исходили они песчаные равнины на востоке от Голдерских холмов. Но там везде встречались маленькие знаки, оставленные другими лисицами, смысл которых в переводе на лисий язык был вполне ясен: «Чужим здесь придётся брать место с боя». Затем они излазили все овраги Голдера. Однако в оврагах лежал ещё слишком глубокий снег. Вернувшись снова к реке, они наконец напали на осиновую рощицу — ту самую осиновую рощицу, где протекло детство Домино. Тут поиски его подруги, по-видимому, окончились, так как на этот раз она нашла всё, что было ей нужно.

Понюхав там и сям, она начала рыть яму в чаще орешника. Земля здесь была покрыта глубоким снегом, под которым лежал толстый слой опавших листьев, и потому сохранила свою мягкость. В других же местах земля была совершенно промёрзшая, и лисице не удалось бы вырыть нору.

Какое-то необъяснимое чутьё подсказало ей, что нужно рыть именно тут. Домино тем временем взобрался на вершину ближайшего холма и сидел там на страже. Проработав около часа, лисица вылезла из ямы, и Домино сменил её.

Так они рыли поочерёдно несколько дней, и наконец нора была готова. Эта нора состояла из длинного коридора, который сначала спускался вниз, затем шёл кверху, в более широкое помещение, откуда другой коридор вёл в боковое помещение; первый же коридор снова поворачивал кверху и, достигнув замёрзшего слоя земли, пока оканчивался там.

Лисицы ежедневно царапали изнутри замёрзшую землю, которая с каждым днём всё более и более оттаивала, и наконец пробились наружу. Аккуратный круглый вход в нору они прикрыли пучком прошлогодней травы. После этого они зарыли первоначальный вход. Около нового входа не было вырытой земли, и никто не мог бы заметить его даже стоя рядом, а растущая трава с каждым днём скрывала его ещё больше.

Пищи стало попадаться уже немало, и однажды, поймав неосторожного сурка, вышедшего побродить ночью, Белогрудка зарыла его в сухом песке боковой комнаты.

Теперь супруги старались как можно реже попадаться кому-нибудь на глаза вблизи норы. Много раз Белогрудка бегала по воде ручейка, чтобы не оставлять заметных следов к дому, а Домино нередко распластывался за поваленным деревом в траве, пока какой-нибудь деревенский мальчик проходил мимо, даже и не подозревая близкого присутствия лиса. Чёрно-бурый зверь с каждым днем всё более опасался таких прохожих.

Почему жабята свистят?

На самом деле автор говорит не о жабятах, а о взрослых самцах свистящей квакши — широко распространённой в Америке некрупной лягушки, умеющей ловко лазать по деревьям с помощью присосок на пальцах. Она действительно издаёт в брачный период высокий свист. Жабы же урчат или издают тонкие переливчатые трели, очень мелодичные.

Что за растение грушица?

На самом деле имеется в виду гаультерия лежачая — приземистый кустарничек из семейства вересковых, дальний родственник брусники, черники, грушанки (так правильно пишется это название). Ягоды гаультерии остаются на растении всю зиму, и весной кормят многих животных.

Чем руководствовалась лиса, выбирая место?

В данном случае Белогрудка искала место с мягкой землёй, где легче рыть. Но так было лишь потому, что она впервые в жизни озаботилась собственным домом. Обычно взрослой, опытной лисе не приходится заново рыть нору ранней весной, когда земля может быть ещё замёрзшей. Лиса лишь подновляет, ремонтирует старое, служащее не один год жилище. И при выборе жилища руководствуется не только мягкостью почвы, но и тем, насколько нору будет трудно обнаружить, есть ли пути бегства и т. п.

Неужели у лис такая глубокая и большая нора, что её надо несколько дней рыть?

Как мы уже говорили, нора у лис довольно сложная — сразу не выроешь. Потому-то лисы и предпочитают пользоваться старыми норами, при необходимости лишь подновляя и расширяя их — чтобы сэкономить время и силы. Но, если копать «с нуля», да к тому же в конце зимы, то сил придётся потратить много.

Зачем сурок вышел побродить ночью?

В самом деле, такое поведение нетипично для лесного сурка: весной они обычно активнее всего днём. Но иногда их можно встретить и ночью — ничего невероятного в этом нет. Возможно, этот сурок был очень голоден после долгой зимней спячки и вышел подкормиться. А может быть, он просто был молодым или глупым — ведь и среди животных есть более умные и менее умные.

9. Событие

Когда вслед за «Вороньим месяцем» наступил «Травяной», воздух лесов и полей наполнился ожиданием грядущего плодородия. И с Белогрудкой произошла резкая перемена: она стала избегать Домино, как врага, и свирепо рычала на него, когда он пытался следовать за нею в нору.

Домино по целым дням не заходил в нору. И вот во время его отсутствия произошло знаменательное событие.

На свет появилось пять лисят, маленьких, нескладных, «безобразных», как сказали бы люди, но для матери они были самыми прелестными, самыми драгоценными существами в мире. С этой минуты, охваченная материнским чувством, она целиком и безраздельно принадлежала своим детям.

Лишь много часов спустя она решилась на минутку оставить их одних, и то затем только, чтобы утолить жажду прохладной водой ближайшего ручейка. Там на берегу ждал Домино. Белогрудка слегка повела ушами, но не издала ни звука и вообще ничем не показала, что заметила своего супруга. Он лёг ничком на листья, а она вернулась в нору. На следующий день Белогрудка почувствовала голод, но и не подумала выйти за добычей. Пища была у неё припрятана заранее в норе.

Два дня спустя, когда запасы иссякли, она вышла из норы и неподалёку от входа нашла кучку недавно убитых мышей. Быть может, отец принёс их для детей, а не для матери. И мыши пошли впрок детям, хотя были съедены матерью. С этих пор Белогрудка ежедневно находила какую-нибудь пищу, оставленную у входа в нору или спрятанную поблизости в траве.

Две недели лисята оставались слепыми, но затем глазки их открылись. Теперь они уже меньше пищали, и мать могла уходить спокойнее. Домино заметил, что теперь она не так гонит его прочь, а ещё через несколько дней и ему было дозволено присоединиться к семье.

Когда лисятам было уже около месяца, маленькие увальни впервые решились выползти на свет божий. Они двигались очень медленно и неуклюже: у них не было ещё ни ловкости, ни красоты, но была прелесть беспомощных малюток. И всякий, кому случилось бы увидеть молодую семью, тотчас заметил бы чувства, которые эта беспомощность внушала родителям: им, как и всяким родителям, хотелось всё время ласкать и пестовать пушистых крошек, и они были постоянно готовы защищать своих малюток от любого врага, от которого в другое время непременно убежали бы.