Эрл Гарднер – Перри Мейсон: Дело о нанятой брюнетке. Дело о неосторожном котенке (страница 70)

— Каких?

— Например, от того, посчитаю ли я вас невиновным.

— Я невиновен, — с чувством заявил Джеральд Шор, — абсолютно невиновен. Я стал или жертвой ужасного стечения обстоятельств, которые подстроила судьба, или хорошо спланированного заговора.

Мейсон продолжал молча курить. Джеральд Шор снизил скорость, чтобы не отвлекаться лишний раз, и продолжал:

— Именно я заходил к Франклину в ночь его исчезновения.

— Но отрицали это в дальнейшем?

— Да.

— Почему?

— По нескольким причинам. Большую часть того, что я тогда говорил, услышали и сделали достоянием общественности. Если вы помните, человек, встречавшийся с Франклином перед самым его исчезновением, просил денег и намекнул, что его финансовое положение ужасно.

Мейсон кивнул.

— В то время я проводил несколько рекламных кампаний. От планировавшихся сделок ожидалась крупная прибыль, если бы я довел их до конца, или катастрофические убытки, если бы я провалился. Единственное, что позволяло мне не утонуть, — это то, что другие участники даже не подозревали, что у меня нет достаточного капитала для обеспечения сделок.

— А ваш брат?

— Связи Франклина, несомненно, сыграли определенную роль. Мои партнеры не думали, что он прямо заинтересован в наших делах, но не сомневались, что у меня имеется достаточно средств, а если вдруг что-то случится и обстоятельства потребуют дополнительных капиталовложений, мой брат придет мне на помощь.

— Итак, вы не осмелились признаться, что именно вы в тот вечер встречались с Франклином Шором, потому что большая часть разговора была опубликована в газетах?

— Совершенно верно.

— А разве исчезновение вашего брата не повлияло отрицательно на планировавшиеся сделки?

— Еще как повлияло, — с чувством ответил Джеральд Шор. — Однако мне удалось заинтересовать одного инвестора, который предоставил мне необходимый капитал, правда, как выяснилось в дальнейшем, он прибрал к рукам большую часть прибыли. И еще помогла немедленная проверка «Национального банка Шора» и то, что финансовые дела моего брата оказались в прекрасном состоянии.

— Вы не признавались миссис Шор, что именно вы встречались с Франклином?

— Я никому в этом не признавался. Я не смел в то время.

— А после того, как необходимость скрывать это отпала?

— Я придерживался того, что утверждал вначале. Поставьте себя на мое место, Мейсон, и вы поймете, что это — единственное, что мне оставалось.

— Продолжайте.

— Сегодня вечером, когда Хелен сообщила мне, что звонил Франклин, у меня появились мрачные предчувствия. Я решил, что мне необходимо увидеться с Франклином, пока еще никто не успел с ним поговорить.

— Так что, когда Хелен отправилась в ветеринарную лечебницу, чтобы проверить, как себя чувствует Янтарные Глазки, вы попытались связаться с братом, не так ли?

— Да. Хелен поехала к ветеринару сразу же после ужина. Она отвезла котенка в холостяцкий домик нашего садовника, а потом встретилась с вами.

— А вы в это время побывали в гостинице «Ворота замка»?

— Да. Именно поэтому я не составил компанию Хелен, когда она ходила к вам в контору.

— Вы решили увидеться с Личем?

— Да.

— Вам это удалось?

— Нет. Вначале я позвонил по телефону. Мне сообщили, что он вышел вместе с каким-то мужчиной и скоро вернется. Я оказался в незавидном положении. Я предположил, что Лич ушел с моим братом. Поэтому я отправился в гостиницу и стал ждать. Я не был знаком с Личем, но не сомневался, что он вернется вместе с Франклином, и почему-то считал, что не больше чем через час.

— И вы ждали?

— Да. До тех пор, пока не пришло время встречаться с вами.

— Лич не возвращался?

— Нет. По крайней мере, не думаю. Однако уверен, что Франклин не заходил в гостиницу.

— Администратор обратил на вас внимание?

— Да. Он сразу же догадался, что я не из постояльцев. Я сидел у двери, и администратор периодически поглядывал в мою сторону. Не исключено, что он принял меня за детектива. Насколько я понял из слов лейтенанта Трэгга, в той гостинице частенько останавливаются темные личности, а поэтому обслуживающий персонал опасается незнакомцев. Вначале я собирался поставить машину у входа и ждать в ней, однако не смог найти места для парковки нигде поблизости, поэтому зашел в холл.

— А поскольку вы не сомневались, что администратор опознает вас как человека, поджидавшего кого-то сегодня вечером, вы сделали все возможное, чтобы не появляться больше в гостинице, не так ли?

— Да, — кивнул Джеральд Шор. — Но это, конечно, строго конфиденциально.

— Не сомневайтесь, Трэгг сам дойдет до всего этого, — предупредил Мейсон.

Джеральд Шор заметил пустое место у края тротуара. Он припарковал там машину и выключил двигатель.

— Не могу больше следить за ситуацией на дороге, — признался он. — Дайте мне, пожалуйста, сигарету.

Мейсон протянул ему портсигар. Руки Шора дрожали, и он с трудом зажег спичку.

— Продолжайте, — сказал Мейсон, когда Джеральд Шор наконец закурил.

— В общем-то, я вам уже все рассказал.

Мейсон бросил быстрый взгляд на Деллу Стрит, сидевшую сзади, и снова повернулся к Джеральду Шору.

— Все, кроме мотива, — заметил Мейсон.

— А что не так с мотивом?

— Вы не стали бы действовать так, как действовали, если бы необходимость встретиться с вашим братом, пока еще никто не успел с ним поговорить, объяснялась только желанием защитить себя, потому что ваши заявления по поводу ночи его исчезновения могли прийти в несоответствие с его словами.

— Я вижу, что мне надо быть с вами откровенным, — вздохнул Шор.

— Это обычно помогает, — сухо заметил Мейсон. — Как адвокат, вы должны это понимать.

— Я думаю, вы согласитесь, что ни один человек не знает, насколько он честен. Он живет своей жизнью и считает, что честен, пока не возникает искушение солгать. Человек внезапно оказывается в критической ситуации, где, с одной стороны, его ждет полный крах, а с другой — шанс превратить поражение в победу, если он предпримет что-то… ну, не нечестное, но не совсем законное.

— Прекратите оправдываться, — резко перебил Мейсон. — И повторяю: не недооценивайте лейтенанта Трэгга. Если он занимается расследованием, он работает быстро. Оставьте причины и извинения на потом. И уясните: до всего, что вы мне рассказали, я дошел сам. Вы пока ставите точки над i. И сейчас мы должны решить — если вы, конечно, скажете правду, — соглашусь я вас представлять или нет.

Джеральд Шор нервно выкинул сигарету из окна на тротуар. Он снял шляпу и провел рукой по вьющимся густым седым волосам.

— Это никогда, никогда не должно всплыть, — сказал он.

— Прекратите тянуть время.

— Я умолял брата. Мне требовалось десять тысяч долларов. Он прочитал мне лекцию о моих методах ведения дел. Я не мог оценить его слов, потому что если бы не получил эти десять тысяч, то потерпел бы полный крах. Я не сомневался, что если мне удастся прокрутить эту сделку, то у меня появится значительный капитал, который позволит не рисковать понапрасну в будущем. В конце концов брат обещал мне помочь. Он заявил, что на этот вечер у него запланированы еще кое-какие дела, однако перед тем, как лечь спать, он выпишет чек на десять тысяч и пошлет его по почте.

— На ваше имя? — уточнил Мейсон.

— Нет, того лица, которому причитались деньги. Времени не оставалось, чтобы пропустить их через мой счет.

— Ваш брат выполнил обещание?

— Нет. Он исчез, ничего не сделав.

— Тогда смело можно предположить, что после вашего посещения Франклин Шор столкнулся с чем-то, что заставило его немедленно скрыться, и он даже забыл об обещании вам.

— Я полностью согласен с вами.

— Когда вы узнали о его исчезновении?

— Только на следующее утро.