Эрин Крейг – Дом корней и руин (страница 42)

– У лорда Удо есть поместье на севере, недалеко от нашего зимнего дома, – пояснил Алекс, наклонившись.

– Повреждения? – повторила Бинита, озабоченно вскинув брови. – Что-то случилось?

Дофина замотала головой, но не успела она возразить, как Жерар кивнул:

– Несчастный случай. На прошлой неделе часть поместья во время грозы загорелась. Молния в горах может быть очень коварной, знаете ли.

– О боже! – ахнула маркиза, хватаясь за свои ожерелья и скрещивая пальцы в наигранном ужасе. – Есть пострадавшие?

Жерар промокнул салфеткой уголки губ:

– К счастью, нет. Мы уже давно не держим там слуг. Я так занят здесь, что едва могу выкроить время для поездок.

Лорд Удо внимательно посмотрел Жерару в глаза:

– Вы уверены?

Жерар наклонил голову, будто не расслышал.

– Жители деревни рассказывали мне разные истории о Доме Мархиоли. Странные звуки. Крики по ночам. Душераздирающие крики.

Несколько гостей удивленно зашептались. Лорд Удо продолжил:

– Когда до нас дошла весть о пожаре, я послал своего камердинера выяснить, в чем дело. Он сказал, что дверь в переднюю часть дома была открыта, а на пороге виднелись следы пепла. Должно быть, там кто-то был.

Жерар откашлялся:

– Мне сказали, что жители деревни вышли на улицу, когда увидели пламя. Чтобы помочь потушить пожар, понимаете? – Он беспокойно застучал пальцами по столу. – Следы, несомненно, принадлежат им.

Лорд Удо прищурился, и напряжение между ним и Жераром стало почти осязаемым, будто маски веселья и дружелюбия стали слишком тяжелы и вот-вот были готовы упасть.

– Но это не объясняет подозрительных звуков, не так ли? Мне сказали, это продолжается уже несколько лет.

Жерар открыл было рот, но Дофина прервала его, громко хлопнув в ладоши:

– Все покончили с устрицами? Не могу дождаться, когда вы попробуете сорбет. Рафаэль всю неделю экспериментировал с новыми сочетаниями. Вы просто обязаны оценить его старания и поделиться мнением!

Ее слова прозвучали достаточно жизнерадостно, чтобы снять напряжение между Жераром и лордом Удо, и остальные гости как ни в чем не бывало вернулись к светской беседе.

– Что это было? – шепотом спросила я Алекса, поглядывая на лорда Удо, который сосредоточился на своей тарелке.

Вернулись лакеи и начали собирать посуду. Алекс покачал головой; он не выглядел встревоженным.

– У них давняя вражда с отцом. Лорд Удо занимается пчеловодством. Он добивается от отца разрешения держать улей в Шонтилаль. Думает, что сможет делать необыкновенный мед из пыльцы уникальных цветов, выведенных отцом.

– По-моему, прекрасная идея.

– Согласен. Но отец… очень беспокоится о том, что пчелы могут повлиять на его искусственное опыление. Внедрение улья в такую контролируемую среду было бы полным хаосом. Полным хаосом! – повторил он, удивительно точно изображая интонацию и голос Жерара.

– Значит, крики по ночам…

Алекс рассмеялся:

– Я уверен, что это не более чем попытка лорда Удо раздуть из мухи слона на глазах у друзей отца. Или же, – задумчиво произнес он и ухмыльнулся, – матушкины павлины добрались и туда!

Перед нами поставили подносы, накрытые серебряными крышками, и гости разразились овациями, когда им продемонстрировали бокалы с сорбетом, усыпанным экзотическими фруктами. Все они были доставлены из фруктовых садов Жерара, и он буквально раздувался от гордости, прислушиваясь к восторженным возгласам. Темы для беседы менялись так же легко, как праздничные блюда на столе; Дофина увлеченно рассказывала о том, что произошло на благотворительном обеде, который она недавно посетила. Сорбет закончился в мгновение ока, и армия лакеев тут же вернулась, чтобы ловко и слаженно собрать тарелки.

– Спасибо, – поблагодарила я слугу по левую руку от меня. У него были рыжие волосы и бледные щеки, усыпанные яркими веснушками.

Он кивнул и поспешил скрыться из виду вместе с остальными лакеями. Я внимательно наблюдала за ними, с любопытством высматривая того, кого я приняла за Алекса. Фредерик, должно быть, совершил ту же ошибку, краем глаза увидев слугу и приняв его за своего подопечного. Но среди молодых людей, работающих в зале, его точно не было.

– Ну что, пойдем? – спросил Алекс, когда наши тарелки убрали.

– Куда?

– Мама только что пригласила всех в библиотеку выпить бренди. – Он задумчиво вглядывался в мое лицо. – Ты вообще тут?

– Я все думаю об этой двери.

– Да не волнуйся. Я поговорил с Фредериком, когда все немного успокоились. Во время грозы упала ветка и перекрыла выход. Мы не смогли бы оттуда выбраться, даже если бы очень постарались, но никто не запирал нас специально.

– Но Дофина сказала, что там был железный прут…

Он развеселился и состроил гримасу:

– Мама никогда не пожертвует хорошей историей ради правды, особенно на собственном званом вечере.

С этим было трудно поспорить.

– А твой двойник?

Алекс пожал плечами:

– Сегодня в доме столько народу… Это мог быть любой.

Все это звучало очень логично, и я обрадовалась, что Алекс разделяет мою точку зрения.

– На самом деле мне тоже показалось, что я уже видела тебя сегодня до встречи на пристани, – призналась я. – За окном в саду.

– Правда? – весело спросил Алекс, склонив голову. – Он был таким же симпатичным, как я?

Я прищурилась, словно пыталась припомнить лицо того человека.

– Да, примерно таким же. Только гораздо более скромным.

Он усмехнулся в ответ, и мы направились в библиотеку.

– Тогда, возможно, тебе стоит выйти замуж за него.

27

Я проснулась от криков. Резко распахнув глаза, я села в кровати и прислушалась: в спальне было тихо. Я очень устала и разозлилась оттого, что меня снова разбудили.

Ужин затянулся. После бренди в библиотеке самые смелые гости изъявили желание лично увидеть знаменитый подводный зал. Подвыпившие и повеселевшие, они отправились в темный сад на поиски домика, через который можно было спуститься вниз. Уставшие лакеи помчались вперед, чтобы зажечь фонари, но маркиза, спешившая первой обнаружить заветную дверь, все же упала и подвернула лодыжку. Алекс благоразумно остался дома, сославшись на то, что в комнате будет слишком тесно с его креслом. Я тоже хотела остаться, но Жерар настойчиво увлек меня с собой, обнимая за плечи и уговаривая еще раз рассказать историю.

Я вернулась в свои покои уже под утро, в полном изнеможении и с головной болью. Тем временем гостям принесли ящик шампанского, и они с удовольствием принялись откупоривать бутылку за бутылкой, поднимая тосты за помолвку, за подводный зал и за карпов, окружавших купол каждый раз, когда зажигался свет. В тишине прозвучал еще один леденящий душу крик, и я в изнеможении рухнула на подушки.

– Проклятые павлины, – пробормотала я и перевернулась, накрыв голову подушкой, только бы не слышать эти вопли.

Сон быстро овладел мной, но был очень чутким, словно меня укрыли легким одеялом, которое легко сорвать, и, когда раздался очередной крик, я с раздражением откинула подушки. С этими птицами срочно нужно что-то сделать! Клетки с непроницаемыми чехлами. Или специальный домик с насестами. Что-нибудь. Хоть что-нибудь! Я налила стакан воды и медленно выпила его, мечтая только об одном: поскорее снова уснуть.

Следующий крик прозвучал не в саду. Он доносился как будто изнутри дома, из коридора. Нахмурившись, я отставила стакан в сторону. Неужели одна из птиц забралась в дом? Я нехотя встала и нашла халат. Укутавшись поплотнее, я вышла в коридор, гадая, слышал ли кто-нибудь еще, как один из питомцев Дофины проник в поместье. Еще один крик, на этот раз более высокий и тихий. Он закончился странным хрипом, будто кто-то захлебывался или задыхался. Это… это ребенок?

Я вернулась в гостиную, зажгла свечу и нахмурилась, заметив, что кто-то снова положил мне розовые. Оглядевшись, я попыталась найти хотя бы одну из свечей Аннали. Кажется, слуги заменили все огарки с солью и шалфеем на свежие розовые свечи. Раздался еще один крик, ужасающий и протяжный, от которого волосы встали дыбом. Это был не павлин. Это был человек. Человек, попавший в страшную беду. Я слышала в этом вопле мольбу о пощаде. Нужно было что-то делать. Свечи Аннали могут подождать. Кому-то нужна помощь.

Я вышла из комнаты, и пламя свечи заколыхалось, запустив вокруг меня целый хоровод коварных теней. Они проносились по коридору, словно кошмарные летучие мыши, бесплотные и фантастические, и мое воображение немедленно разыгралось, рисуя пугающие картины.

В тишине снова раздался леденящий душу вой, и я едва не уронила свечу в попытке закрыть руками уши. Что это было? Кто это? У меня перехватило дыхание при воспоминании о мучениях Алекса. Неужели его одолел очередной припадок? Отбросив страхи, я направилась к дальнему крылу, чтобы оказать любую посильную помощь. Однако, свернув в коридор Алекса, я обнаружила, что здесь все спокойно. В одной из комнат тикали высокие напольные часы, мерно отбивая монотонный ритм.

Я начала считать секунды, ожидая очередного крика, но ничего больше не было слышно. Спустя три минуты я побрела обратно в свое крыло. И все же мне было как-то неспокойно. Я даже не рассчитывала на сон, несмотря на заторможенное состояние, поэтому, дойдя до вестибюля, погруженного в полумрак, решила подняться по лестнице. Можно было сходить в кухню и заварить чашку чая. Дофина любила делать смеси из трав и листьев, растущих в саду. Она всегда предлагала опробовать свои новые творения на наших общих завтраках. Наверняка найдется что-нибудь, что успокоит мои нервы и настроит на отдых.