Эрин Хэй – Завоеватель. Пламя и цепи (страница 14)
— Ещё! Пожалуйста! Ещё! Не останавливайся!
И он не останавливался. Яростно двигаясь, Дэмиан возносил нас обоих на вершину блаженства. Мир взорвался тысячей осколков. В экстазе я снова царапала ему плечи, выкрикивала его имя. А потом всё закончилось.
Тяжело дыша, Дэмиан перекатился на спину. Я лежала рядом и смотрела на балдахин. Тело ещё трепетало, ещё помнило его ласки, но в душе поднималась удушливая волна стыда и ужаса.
Мало того что я не хозяйка собственному телу с той минуты, когда согласилась на его условие, так теперь я не хозяйка собственным желаниям. Он подчинил меня полностью. Я была не просто послушной марионеткой в его руках. Я была марионеткой, которая наслаждается тем, как её дёргают за нитки. Слёзы текли по щекам, но я не издавала ни звука. Я лежала, оглушённая, раздавленная и пустая. Во мне не осталось ничего, кроме отвращения к себе.
Собрав остатки сил, я поднялась. Ноги дрожали, и я шаталась как пьяная. Нашла своё платье на полу, кое-как натянула. Я не смогла его зашнуровать, и оно болталось на мне. Волосы рассыпались по плечам, я собрала их в косу непослушными пальцами. У двери я обернулась. Дэмиан лежал на спине, прикрыв глаза рукой, и не смотрел на меня.
Когда я добралась до комнаты, там меня уже ждал медный таз, кувшин с горячей водой и отвар с мятой и корнем пустоцвета.
— Выпейте, Ваше Высочество, — предложила Лисса, протягивая мне чашку. — Так будет лучше.
— Да, — прошептала я. — Так будет лучше.
Глава 19
Всю ночь я не могла уснуть, а стоило под утро задремать, как я тут же проснулась от криков и звона стали. Сначала мне показалось, что дворец снова штурмуют. Сердце ухнуло в пятки, я вскочила с постели и подбежала к окну. Внизу на вымощенном камнем дворе кипела схватка.
Восемь вооружённых воинов в кожаных доспехах окружили одинокую фигуру. Приглядевшись, я узнала Дэмиана Морвейна. Из всех людей, живущих в Тефарии, он был последним, кого я хотела бы видеть под своим окном. Тем временем, двигаясь слажено, словно стая волков, воины не могли одолеть противника. Морвейн ловко кружился в их кольце, держа в каждой руке по мечу. Его движения были настолько стремительными, что я едва успевала уследить за ними.
Сейчас в этом бою он был не человеком, а смертоносным хищником. Он точно знал, куда атакует враг ещё до того, как тот сам это решит. Первый воин выронил меч, когда Дэмиан метким ударом выбил оружие из его рук. Второй, получив подсечку, потерял равновесие и рухнул на камни. Третий попытался зайти со спины, но Морвейн отбросил его одним движением ноги, даже не повернувшись. Четвёртый пропустил обманный выпад и получил удар в бок. Он согнулся, хватая ртом воздух.
Вцепившись в подоконник, я замерла. Против воли я не могла оторваться от зрелища. Это было страшно и вместе с тем завораживающе. Схватка закончилась быстро. Морвейн стоял посреди поверженных тел и тяжело дышал. Противники лежали на камнях и стонали. Внезапно он поднял голову и посмотрел прямо на моё окно. Я отшатнулась и спряталась за занавеской.
Чуть отдышавшись, я выглянула снова. Тренировочный бой уже закончился, но Морвейн и не думал уходить, воины тоже оставались с ним. В комнату вошла Лисса, принеся на подносе завтрак. Я принялась за еду, а в голове беспокойной каруселью крутились мысли, пришедшие ещё ночью.
Когда, вернувшись от Морвейна, я лежала без сна в постели, то вдруг остро поняла: нам с отцом надо уходить из дворца. Естественно, по доброй воле никто нас отсюда не выпустит, но что не по плечу обычному человеку, то возможно магии. Я должна найти информацию о том портале, по которому сбежал Альстэр. У отца что-либо спрашивать бесполезно, а значит, мне надо идти в библиотеку. Может быть, там, среди свитков обнаружится что-нибудь стоящее.
Восьмой воин выронил оружие и упал лицом в пыль. Я выпрямился, убрал мечи в ножны. Тело гудело от напряжения, но усталости не было. Наоборот, появилась звериная бодрость, которая всегда накатывала после хорошей драки.
Я поднял голову и осмотрелся. В окнах было полно зрителей, но все они поспешили спрятаться за занавесками. Я отдал мечи подбежавшему оруженосцу и отошёл к скамье, где стояла вода. Я выпил почти весь кувшин, наблюдая, как мои воины поднимаются с камней и отряхиваются. Воспоминания о прошлом нахлынули на меня.
Тогда мне было семь или восемь лет. Мы с мамой и дедом жили в хижине в лесу. Дед мой был одним из загонщиков, помогал устраивать охоту для императора. Уж не знаю, когда и где император присмотрел его дочь. Но он увлекся молоденькой брюнеткой, И она не посмела отказать. А когда моя мать поняла, что беременна, то получила от моего отца мешочек золотых монет. По его мнению, этого должно было хватить нам на всю жизнь.
Время текло тихо и неспешно. Друзей у меня не было, кроме лохматой дворняги по имени Шатун. Пёс был верным и послушным. Он погиб первым, когда пришли они, люди в чёрных одеждах, с закрытыми лицами, вооружённые ножами. Они ворвались в наш дом ночью. Моя мама погибла второй, когда заслонила меня собой. Схватившись за топор, дед умер третьим,
Один из убийц отшвырнул тело моей мамы в сторону и схватил меня за шкирку, приподнял над полом. Его маска и плащ были перепачканы кровью. Я заорал от ужаса, глядя ему в глаза:
— Отпусти меня!
Внезапно он отпустил. Его руки разжались сами по себе, и убийца отшатнулся, глядя на свои ладони, как на чужие.
Второй бросился ко мне, схватил за плечо. Я оттолкнул его.
— Не трогай меня!
Он отдёрнул руку, будто обжёгся.
Третий выхватил нож и замахнулся. Я сжался, закрыл лицо ладонями:
— Защити меня...
Это был мысленный призыв, так и не произнесённый вслух, всего лишь желание, не оформившееся в слова, но его было достаточно, чтобы началась бойня. Первый вонзил нож в шею третьему, затем второму, потом четвёртому, который только вошёл в дверь. Он убивал их всех, быстро, молча, методично, а потом опустился на колени передо мной и забормотал:
— Ардор Ардор
Я плакал, я ещё не знал, что значит это слово. Я сидел возле матери, тянул её за руку и уговаривал:
— Мама, встань. Пожалуйста. Встань, я боюсь.
Мне показалось, что она даже шевельнулась. Но то был самообман. Она не встала. Она продолжала лежать, а под ней растекалась красная лужа. В тот день я видел её и деда в последний раз. Их похоронили чужие люди. У меня никого не осталось, кроме отца, которому был нужен только мой дар, а не я сам.
Тот убийца, что стал моим защитником, добрался до дворца и рассказал о мальчишке, который умеет подчинять своей воле. Так император узнал обо мне. Впоследствии выяснилось, что недавно родившая императрица, его законная жена, решила избавиться от всех бастардов, чтобы её слабоумный сын получил трон без помех. Она-то и наняла убийц. И ей ничего за это не было. А вот наёмника, который понял мою просьбу защитить настолько широко, что явился к самому императору, повесили.
— Ардор! Может, ещё? — спросил один из воинов, возвращая своим вопросом меня в реальность.
— Конечно! — отозвался я, ловя брошенный мне меч и принимая боевую стойку.
Хорошая схватка — вот что мне сейчас нужно.
Дверь в библиотеку оказалась приоткрытой. Я толкнула её и вошла, надеясь, что Эзра занимается восстановлением левого крыла, но он сидел за длинным столом, склонившись над манускриптом. Я хотела уже выскользнуть незамеченной, но маг поднял голову.
— Ваше Высочество? — удивился он. — Что вы здесь делаете?
— Я — Я лихорадочно придумывала какой-нибудь убедительный предлог. — Мне нужно найти что-нибудь, чтобы почитать отцу. Он любил старинные легенды.
Эзра опустил голову к манускрипту.
— Кажется, я видел какие-то легенды вон там, — маг махнул рукой в сторону дальнего стеллажа. — Только не шумите. Я работаю.
Я кивнула и направилась туда, стараясь вести себя непринуждённо. Опустившись на колени перед полками, я принялась перебирать свитки. Я не знала, с чего начать, но надеялась среди всей этой пыли и паутины найти то, что даст нам с отцом шанс сбежать от захватчиков и может быть воссоединиться с Альстэром.
Глава 20
Следующие несколько дней я заглядывала в библиотеку под разными предлогами: то за стихами, то за хрониками, то за очередными старыми легендами, которые якобы хотела перечитать отцу. И постоянно натыкалась на Эзру. Мы обменивались ничего не значащими любезностями, и я отправлялась бродить между стеллажей.
Перебирая свитки, я делала вид, что внимательно изучаю названия, но краем глаза следила за магом. Он сидел, уткнувшись в свой манускрипт, и, казалось, забыл о моём существовании. Однако стоило мне где-нибудь задержаться, как я чувствовала на себе его внимательный взгляд. Тогда я хватала первый попавшийся свиток со сказаниями и уходила.
Я шла в комнату отца, садилась рядом, стараясь не обращать внимания на его пустой взгляд, и начинала читать вслух страницу за страницей. В голове билась мысль, что всё это бесполезно, отец всё равно не слышит, и я трачу своё время зря, рассказывая ему легенды, ведь нужной информации среди этих покрытых пылью хроник не было.
Лисса, возвращаясь с кухни, каждый вечер делилась новостями. Она рассказала, что бедняков с Подола теперь привлекли к восстановлению столицы. Они разбирали завалы, чинили мостовые, убирали пепелища и за каждый день работы получали по медяку. И люди шли. А вчера служанка сообщила то, от чего я ночью долго не могла уснуть: