Эрин Хантер – Приключения Ольхолапа (страница 27)

– Правда? – ответил он как ни в чём не бывало, заставив шёрстку лечь. – Ну, этот разговор вряд ли был тебе полезен, если конечно ты не хочешь узнать больше о корне окопника.

– О корне окопника! – Иглолапка мурлыкнула от смеха. – Ага, и обо всём остальном!

– Остальном? – спросил Ольхолап. – Кажется, мы не обсуждали ничего важного.

Иглолапка оглянулась по сторонам, убедившись, что никто не может их услышать.

– Это касается твоего видения, разве нет?

– О чём ты говоришь? – Ольхолап начал волноваться, прикидывая, о чём она могла догадаться, а что – узнать из всего разговора с Песчаной Бурей в целом. – Если так хочешь знать, то мы обсуждали котов, которым может понадобиться помощь.

– Как благородно с твоей стороны, – промурлыкала кошка. – И кто же это?

– Ну… Кто угодно. Я целитель. Помогать – моя работа.

– Гмм… – Иглолапка задумчиво повела усами. – Коты, которым нужна помощь… И твоё видение… И поиск того, что прояснит небо… Всё сходится, не так ли?

Ольхолап похолодел от ушей до кончика хвоста. К своему стыду он понял, что если Иглолапка притворялась, то он выдал куда больше информации, чем ей нужно знать.

Мысли судорожно метались в голове. «Сколько бы она ни знала, – подумал кот, – этого достаточно, чтобы навести шороху, что даёт ей власть. Теперь ей придётся остаться с нами, хочет она того или нет».

– Эй, глядите! – отвлёк его от размышлений голос Вишнегривки. Ольхолап поднял голову и увидел перед собой тот самый дом из жёлтого камня, что виднелся вдали.

– Давайте осмотрим его! – оживлённо воскликнула Огнелапка.

Кротоус покачал головой:

– Это штука Двуногих, а с ними лучше не связываться.

– Я думаю, это амбар, как тот возле пастбища, – отозвалась Песчаная Буря. – Должно быть, это ферма, смотрите: видите, сколько за ним пещер Двуногих? Я настоятельно рекомендую обойти это место стороной.

Ольхолап согласился. Однако не прошли они и пары шагов, как перед ними вырос высокий забор из жёстких, блестящих, угрожающе заострённых на концах, прутьев.

– И что нам теперь делать? – растерянно спросила Вишнегривка.

Забор простирался в обе стороны настолько далеко, что они потратили бы уйму времени на его обход. Ольхолап был озадачен. В это время Огнелапка вышла вперёд и поводила носом у нижнего края сетки.

– Может, нам удастся сделать подкоп?

– Мы тебе кто, кролики? – проворчала Иглолапка, но Огнелапка уже попробовала копать там, где забор скрывала трава.

– Нет, – заключила она, разочарованно тряхнув головой. – Похоже, он уходит глубоко в землю.

– Тогда, может, здесь есть дырка, в которую мы сможем протиснуться? – предположил Кротоус.

Вслед за Ольхолапом они прошли пару лисьих хвостов вдоль забора, однако брешей не обнаружили. Забор был крепок, а в щель между прутьями могла бы проскользнуть разве что мышь.

– Похоже, нам не остаётся ничего другого, – объявила Иглолапка, – кроме как идти через верх.

– Я смотрю, ты успела отрастить крылья? – съязвила Огнелапка.

Но та не удостоила её ответом.

– Я пойду первая, – сказала она. – Не думаю, что это очень трудно. Смотрите.

Коты с замиранием сердца наблюдали, как она карабкается по сетке, просовывая лапы в узкие ячейки. Забор вздрагивал и угрожающе качался, но Иглолапка продолжала лезть, пока не встала на самую вершину, балансируя между острыми концами прутьев.

– Осторожней! – крикнула Песчаная Буря.

На секунду Ольхолап представил, как Иглолапка натыкается на прутья. Но та, собравшись и напружинив мускулы, оттолкнулась от качающегося забора, и аккуратно приземлилась по другую сторону ограды.

– Легкотня! – крикнула она, самодовольно лизнув плечо.

– Если уж она может, то и я могу, – мяукнула Огнелапка. Она влезла на забор точно таким же образом и грациозно спрыгнула по ту сторону. За ней ограду преодолела Вишнегривка, медленно, но уверенно, затем – Кротоус.

– Теперь твоя очередь, Ольхолап, – сказала Песчаная Буря. – Я пойду последней.

Когда Ольхолап подошёл к забору, у него повело живот. Сейчас не время думать о шипах, втыкающихся в его тело, и о том, как можно опозориться перед соплеменниками. И Иглолапкой.

Сначала Ольхолап карабкался медленно, но затем он вспомнил о котах из видения, взывающих в агонии и страхе, куда более сильном, чем испытывает он.

«Я должен. Я нужен им».

Эта мысль придала ему решимости, и Ольхолап начал карабкаться активнее. Оказалось, что отталкиваться от прутьев не так трудно. Страшно стало лишь на верху, когда он встал на край качающегося забора. На секунду у него засосало под ложечкой, но он резко взлетел в воздух и спрыгнул рядом с сестрой.

«Я сделал это!»

Песчаная Буря уже начала взбираться следом. Она быстро достигла вершины, но медлила, переставляя лапы между остриями. Вдруг старейшина поскользнулась и рухнула на землю, покатившись.

– Песчаная Буря! – Крик Кротоуса был полон ужаса. Воитель бросился вперёд и припал на живот, чтобы остановить её. Он почувствовал на себе вес пожилой кошки. Замерев, она пыталась отдышаться. Ольхолап, а затем и остальные, тут же подбежали к ней.

– Ты в порядке? – обеспокоенно спросил он.

Песчаная Буря села.

– Всё хорошо, – прохрипела она, как будто ей не хватало воздуха. – Почувствовала себя птицей.

– Не делай так больше, ладно?

После того как Песчаная Буря перевела дух, коты вновь отправились в путь, держа курс на большую пещеру Двуногих. Идя рядом с ней, Ольхолап заметил, что её рана снова открылась и стала кровоточить.

– Ты наткнулась плечом на один из тех шипов? – спросил он.

Кошка пожала плечами:

– Наверное, поцарапалась. Не переживай, Ольхолап, всё в порядке. Если надо чем-то занять свои мысли, лучше подумай о Чудище, которое смотрит прямо на нас.

Ольхолап так волновался за Песчаную Бурю, что совсем не смотрел вперёд. Теперь же он поднял голову и увидел, что другие коты остановились, в смятении разглядывая огромное существо, стоящее в нескольких хвостах от них. Даже Иглолапка выглядела напуганной. Оно было меньше, чем лошади, которых Ольхолап видел на территории племён, но смотрелось достаточно угрожающе. Его короткое тело было покрыто чёрно-белой шерстью, ноги оканчивались твёрдыми острыми лапами, хвост, увенчанный кисточкой, мотался из стороны в сторону, а огромные глаза на квадратной морде тупо уставились на котов.

– Что это? – ахнула Огнелапка.

– Ничего опасного, – спокойно сказала Песчаная Буря. – Я видела их раньше, они не агрессивны. Чаще всего просто не обращают на нас внимания.

– Чаще всего? – спросила Огнелапка с дрожью в голосе.

– Они безопасны, если только что-нибудь не спугнёт их, потому что из-под этих лап мы живыми точно не выберемся. Так что поаккуратнее, без резких движений.

– Не представляешь, насколько мне стало легче, – проворчал Кротоус.

Ольхолап осторожно сдвинулся с места, обходя животное по большому кругу и ни на секунду не сводя с него глаз. Друзья последовали за ним. Странное создание повернуло голову, чтобы понаблюдать за ними своими огромными пустыми глазами. Вдруг, без всякого предупреждения, оно разомкнуло челюсти и издало низкий протяжный гул.

Насмерть перепуганный, Ольхолап завопил от ужаса, и припустил в сторону гнезда Двуногих. За спиной смешались беспорядочные крики: остальные бежали следом.

«Мы напугали его? Оно побежало?»

Но когда кот остановился, то увидел, что огромное животное даже не шелохнулось. Оно просто стояло на прежнем месте и смотрело на них, ритмично двигая челюстями.

– Великое Звёздное племя! – воскликнула Вишнегривка. – Что это было вообще?

На секунду воцарилась тишина, и тут Песчаная Буря замурчала от смеха, который один за другим подхватили остальные. Коты отошли от испуга, и Ольхолапу стало стыдно за свою трусость. Однако этот же стыд он видел и на лицах остальных.

– Что ж, двигаемся дальше, – промяукал он.

Обойдя большую жёлтую Пещеру и скопление маленьких, коты бодрой рысцой устремились вперёд. Ольхолап надеялся, что всё связанное с Двуногими, осталось позади, но затем увидел деревянную пещеру поменьше. Перед ней, преграждая дорогу котам, разгуливали, поклёвывая что-то с земли, птицы.

– А это кто? – поинтересовался кот.

Эти птицы на жёлтых чешуйчатых ногах, покрытые коричневато-красными перьями, были по размеру значительно крупнее голубей. На подошедших котов они не обратили особого внимания.