Эра Думер – Тригада (страница 10)
Через пять минут дверь, в которую она долбилась под истошные вопли супруга и плач сына, открылась. Лишь переступил порог спальни, женщина в бешенстве набросилась на меня:
— Что ты с ним сделал?!
Я толкнул ее на постель. Она всхлипнула и попыталась ударить меня, но я увернулся. Теперь, когда ее глаза покраснели и опухли от слез, их взгляд перестал быть пронзительным. Прямой зрительный контакт больше не перегружал мои сенсоры. Иллюзия угрозы исчезла. Я констатировал, что передо мной не источник раздражения, а просто сломленный человек.
Я зажал между пальцами два уха, только что отрезанные у должника. Женщина обещала поговорить с мужем. Я решил облегчить ей задачу и надиктовать текст. Поднеся одно ухо к губам, ровным тоном произнес:
— Этот коллектор Паксмана — лжец. Он меня не тронул.
Во второе ухо сказал:
— Но если я расскажу правду, коллектор вернется. Он изнасилует меня по-настоящему, а затем выпустит мне кишки. Я умная девочка, поэтому ничего тебе не расскажу.
Женщина взмолилась на старом наречии.
— Мы с напарником покинем здание, — сообщил я. — Через десять минут вы сможете отвезти мужа в больницу.
Я швырнул кровавые уши в ведерко со льдом для шампанского и, вытирая перчатки о шторы, выглянул в окно. Наш черный внедорожник был припаркован на третьем месте слева, через дорогу от дома должника. Идеально. Если место занимали, это нарушало мой алгоритм. Я испытывал стресс и заставлял Фенрира петлять кругами, пока авто не уезжало. Если этого не происходило, звонил знакомому с эвакуатором. Он боялся меня, поэтому помогал.
Фенриру пришлось привыкнуть к моим требованиям. И в целом… к моей системе. У меня строгий порядок, ритуалы и внимание к деталям.
Наблюдений было достаточно. Предел психоэмоциональной прочности этой семьи был достигнут. Источник проблем лежал лицом в луже собственной крови, лишенный ушных раковин. Ребенок пел песенку, но скоро она закончится, он увидит отца и, статистически вероятно, никогда не последует его дурному примеру.
Женщину я трахнул морально.
Она бессильно дрожала, закрыв лицо руками.
Задача выполнена.
Я щелчком пальца выбил нижний кубик. Башня ожидаемо потеряла опору и рассыпалась. Ребенок шумно втянул носом воздух. Его губы вновь искривились, а щеки покраснели.
— Мамочка? — позвал он слабо. Ответа не последовало. — Папа?..
— Ты выполнил свою часть сделки, — сказал я, присев перед ним на корточки. — Транзакция завершена. Получи свою плату.
Я достал из-за его уха монетку. Механический навык, который я довел до автоматизма пару лет назад, когда у меня случилась гиперфиксация на шоу иллюзий.
Шмыгая носом, мальчик боязливо посмотрел на меня и нерешительно забрал монету. Вытянувшись, я посмотрел на него сверху вниз.
— Не надо… — прошептал он.
— Поздно. Ты выполнил задачу — система тебя вознаградила. Если я смог обмануть твое зрение фокусом, значит, тебя можно обмануть в чем угодно. Запомни этот факт.
— Ты плохой, — буркнул мальчик. — Ты плохой дядя!
Мальчик уже не смотрел на меня. Он уставился на отца в отключке, шумно всхлипывая. Я покинул дом, оставив семью.
Напарник ждал снаружи, прислонившись к дверце заведенного «Мерседеса». Я опустил взгляд на лужи. Капли дождя разбивали поверхность воды, рисуя ровные концентрические круги. Геометрия успокаивала.
— Ваш традиционный перекур, Гарм. — Мне протянули сигарету.
Гарм — позывной, выданный мне Уличными Псами. Каждому из нас Хозяин присваивал кличку мифологического пса. Бред, как по мне, но родное имя я все же стер из головы. Его дала мне мать, а она была для меня объектом еще более абстрактным, чем подземный страж на цепи северных богов.
Сигарету я держал губами, не отрывая взгляда от огня, от которого прикуривал. Фенрир убрал зажигалку, повалил горький дым. Напарник подал голос:
— Вы как всегда на высоте.
Я скользнул по нему взглядом.
— Это фактическая оценка или лесть? — прямо спросил я.
— А сами как думаете?
Я ничего не ответил.
Двинулся к автомобилю, огибая лужи, чтобы не нарушать симметрию кругов на воде. Посмотрелся в тонированное стекло и снял очки — линзы застлало капельками дождя.
Не такой, как эти люди. Совершенно другой.
Я — сломанная головоломка: пятнашки, в которых отсутствует цифра «15», кубик Рубика с лишним фрагментом красного, кости с одинаковым значением на всех гранях. Меня не обыграть, потому что невозможно решить загадку, в которую на заводе не вшили правильный ответ.
Я — бракованная деталь. А все, к чему по законам логики должен стремиться брак, — это утилизация.
ДОКТОР
Я отъехала на стуле от кульмана аккурат в момент, когда в мою лабораторию спустились через верхний аварийный люк. Он автоматически захлопнулся. Я подошла к подопытным: от троицы смердело — Дон помотал их по коллекторам и искупал в крови. Но в здешней выхолощенной чистоте, пропущенной через фильтры ионизаторов, они наконец могли перевести дух.
Хорошенькие мужчины. В жизни они симпатичнее, чем на фотографиях. Не погибли на полосе препятствий, и славно. Но если скопытятся в четырех унылых стенах из матового композита, я распереживаюсь.
— Здравствуйте, мальчики. Добро пожаловать в мою скромную обитель, — поприветствовала я.
Ставлю на то, что чернявый заговорит первым. Шериф уже бегал из угла в угол, ощупывая оборудование.
— Ты Доктор, одна из «консильери»? — бесцеремонно спросил он. — Объяснишь нам, наконец, что происходит?
Бинго.
— Вы прошли испытания, но не расслабляйтесь, — с улыбкой ответила я. — Впереди вас ждут аттракционы покруче.
Шериф с силой постучал по стеклянной колонне. В спиртовом растворе там парили, как в амниотической жидкости, списанные образцы-мутанты.
— Все-то вы продумали, — прокомментировал он. — Эти уроды гасили нас на полосе, да?
— Мы зовем их «мирными». Однодневки с примитивным сознанием, сидят на коротком поводке из чипов, вшитых прямо в ганглии. Аккумуляторы у них слабенькие, потому и испытывают проблемы с водой. — Я перевела взгляд на рыжего парня, державшегося особняком. — Впечатляет, Маньяк. То, как ты вычислил их слабость, несмотря на цейтнот.
Маньяк «включился» и подслеповато прищурился. Дальнозоркость, все по досье. Комплимент он проигнорировал.
— Вы превратите нас в гадов? — спросил он.
Я поджала губы. Не врать же — это и впрямь входило в планы Дона. А вот напарников вопрос Маньяка обескуражил. Путана, до этого по-солдатски ждавший установок, дернулся. Плохо дело. У него посттравматический синдром после Висхэма. Я планировала сводить мальчишек на свидание, а уже после отстрапонить новостью о превращении в сверхъестественных уродцев.
Придется без смазки.
Путана побагровел. Казалось, вот-вот случится инсульт, но он лишь развернулся и принялся искать выход из лаборатории.
— Послушай, тебе незачем уходить, — я нащупала в кармане электронный ключ. — Проверка ваших базовых способностей и умения работать в команде — необходимый этап. Но мы на одной стороне, поверьте. Дон дает вам шанс хорошо заработать. Сплошное удовольствие.
— Ты сказала «заработать»? — глаза Шерифа алчно блеснули. — И сколько отвалят? За то, что мы станем подопытными обезьянками?
Я вздохнула и потерла переносицу:
— Мы начали не с того. Дон хочет, чтобы вы отомстили Генри Паксману. Знакомое имя? Вас введут в курс дела. Но прежде мы вас прокачаем.
Путана, к моему удовлетворению, замер. Имя Паксмана подействовало как транквилизатор. С гулким хмыканьем мотнул головой, прислушиваясь. Я оттянула карманы халата, продолжая: