Энтони Троллоп – Фремлейский приход (страница 64)

С мистрисс Грешам она говорила более сериозном тоном.

— Но из чего же вам так хлопотать? сказала Мери Грешам, когда мисс Данстебл призналась ей, как ее тревожит сомнeние приeдет ли на ея вечер один из знаменитых товарищей мистера Саппельгауса.— Когда у вас соберется столько сотень людей и важных и не важных всех разрядов и оттeнков, что вам за дeло, будет ли здeсь мистер Тауэрс или нeт?

Но мисс Данстебл почти вскрикнула от волнения:— Нeт, душа моя, без него все пропало. Вы этого не понимаете. Теперь ничего не может дeлаться без Тома Тауэрса.

И тут, не в первый конечно раз, мистрисс Грешам принялась выговаривать своей приятельницe за ея суетность и тщеславие; но, в отвeт на Этот выговор, мисс Данстебл намекнула таинственно, что, если-бы только на Этот раз ей была полная удача, если-бы на Этот раз сбылись всe ея желания, она бы конечно... Она не вполнe договорила, но вот что мистрисс Грешам заключила из ея недомолвок: если на Этот раз будет благосклонно принята жертва, приносимая на алтарь моды, то мисс Данстебл тотчас же откажется от мирской суеты и грeховных удовольствий.

— Но доктор останется, душа моя. Надeюсь, что я могу на него разчитывать.

Мисс Данстебл требовала, чтобы доктор отложил свой отъезд с такою же энергиею, с какою она добивалась присутствия Тома Тауэрса. Правду сказать, доктору Торну сперва показалось весьма безразсудным, с ея стороны, упрашивать его остаться нарочно для какого-нибудь вечера, и он отказался наотрeз. Но когда он узнал, что поджидают трех или четырех первых министров, что даже, может-быть, явится во плоти сам Том Тауэрс, его равнодушие поколебалось, и он написал леди Арабеллe, что вeроятно ему придется остаться еще на два дня, и что покуда она может продолжать принимать утром и вечером тe же самыя крeпительныя микстуры.

Но отчего же мисс Данстебл так настоятельно требовала присутствия доктора на этом великолeпном сборищe? Отчего вообще, она так часто любила отрывать его от его деревенской практики, от его аптеки, от несчастных больных, нуждающихся в его помощи? Доктор не приходился ей родней, и она сблизилась с ним очень недавно. Она была женщина очень богатая, много имeла средств найдти себe всякаго рода совeтчиков и помощников; он же не имел почти никакого состояния, так что ему очень неудобно было надолго бросать свою практику. А между тeм мисс Данстебл также безцеремонно распоряжалась его временем, как будто бы он был ей родной брат. Сам доктор никаких не дeлал догадок на Этот счет. Он был человeк безхитростный и все в жизни принимал просто, особливо вещи приятныя. Он любил мисс Данстебл, дорожил ея дружбой, и не спрашивал себя, какое она имeет право распоряжаться им и безпокоить его. Но его племянницe, мистрисс Грешам, приходил на ум Этот вопрос. Имeла ли мисс Данстебл какую-нибудь цeль, и какую именно? Было ли то дружеское уважение к доктору, или только прихоть? Была ли то причуда, или, может-быть, любовь?

Относительно возраста этих друзей, мы скажем вкратцe, что ей стукнуло уже сорок, а ему было за пятьдесят. При таких обстоятельствах возможно ли было предположить любовь? Не нужно забывать, что для мисс Данстебл представлялось много партий, ея руки искали люди с приятною наружностью, привлекательными манерами, с тонким, свeтским образованием. Не только она никого из них не полюбила, но даже не постигала возможности привязаться к кому-нибудь из них. несколько друзей, знавших доктора Торна в деревнe, конечно смотрeли на него как на человeка приятнаго и образованнаго; но лондонский свeт, Этот свeт, в котором жила мисс Данстебл, и к которому она, повидимому, с каждым днем все больше и больше привязывалась, вряд ли бы счел его за человeка способнаго внушить страсть свeтской дамe.

А между тeм мистрисс Грешам пришла на ум именно эта мысль. Она выросла и воспиталась у доктора Торна, много лeт жила с ним под одною кровлей, заботилась о нем как нeжная дочь, и пока в душe ея не проснулась истинная женская любовь, всe ея привязанности и симпатии сосредоточивались на нем; а потому ей вовсе не показалось бы странным или удивительным, если-бы мисс Данстебл влюбилась в ея дядю.

Мисс Данстебл когда-то сказала мистрисс Гарольд Смит, что она вовсе не прочь выйдти замуж, если найдет человeка совершенно равнодушнаго к деньгам. Мистрисс Гарольд Смит, которая между друзьями и знакомыми славилась своим глубоким знанием свeта, отвeчала ей, что такого человeка она не встрeтит. Мисс Данстебл сказала это тeм полушутливым тоном, который она обыковенно принимала с такими знакомыми как мистрисс Гарольд Смит. Но она не раз говорила подобныя вещи и мистрисс Грешам, а мистрисс Грешам по женскому обычаю, сопоставив вмeстe ея слова, вывела из них заключения ясныя и точныя как дважды два четыре, и наконец рeшила в своем умe, что мисс Данстебл охотно вышла бы замуж за доктора Торна, если-бы доктор Торн за нее посватался.

Потом мистрисс Грешам стала разбирать в своем умe два другие вопроса. Хорошо ли было бы для ея дяди жениться на мисс Данстебл? И если так, то возможно ли уговорить его сдeлать ей предложение? Обдумав всe доводы за и против, и осторожно взвeсив их в своей головe, мистрисс Грешам рeшила, что можно желать устроить эту партию. Она и ея муж любили от души мисс Данстебл. Она часто сожалeла о жертвах, которыя мисс Данстебл приносила свeту, сожалeла о пустой жизни, которую она вела, но такое замужство навeрное бы все измeнило и поправило. Что же касается до самого доктора Торна — а счастье его конечно было первою заботой мистрисс Грешам — она не сомнeвалась, что он будет счастливeе женатым нежели холостым. Никакая женщина не могла превзойдти мисс Данстебл ровным, приятным нравом; никто не слыхивал, чтоб она когда-нибудь была не в духe; притом, хотя мистрисс Грешам была одарена умом, который ставил ее выше низкой страсти к деньгам, однако она не могла не принимать отчасти в разчет и огромное состояние невeсты. Мери Торн, теперешняя мистрисс Грешам, сама была богатою наслeдницей. Обстоятельства неожиданно одарили ее огромным приданым, и до сих пор она еще не убeдилась в истинe поговорки, гласящей, что счастье и богатство несовмeстны. Вслeдствие всех этих соображений она положила, что не худо было бы соединить доктора Торна с мисс Данстебл.

Но согласится ли доктор посвататься за нее? Сама мистрисс Грешам сознавала, как не легко было бы подвинуть его на это. Дядя ея очень любил мисс Данстебл, но она знала, что ему никогда и в голову не приходило жениться на ней; она знала, что трудно, почти не возможно, даже навести его на эту мысль... еще труднeе и невозможнeе убeдить его сдeлать рeшительный шаг для ея осуществления. Разсматривая дeло с этой точки зрeния, она стала отчаиваться в успeхe.

В самый день собрания у мисс Данстебл, мистрисс Грешам обeдала с дядей вдвоем у себя в Портмен-Сквэрe. Мистер Грешам еще не занимал мeста в парламентe, но в его части графства в скором времени должна была представиться вакансия, и никто, конечно, не имел в свою пользу столько вeроятностей как он. По этому случаю ему часто приходилось бывать в кругу политических дeятелей его партии, то-есть гигантов, которых со временем он должен был поддерживать, и это, конечно, отвлекало его от дома.

"Политическия дeла страшно много отнимают времени," говорил он женe, и отправлялся обeдать в клуб, в Пель-Мелe, в сообществe других юных приверженцев гигантов. У людей этого разряда, политика точно очень много отнимает времени — особливо около обeденнаго часа.

— Какого вы мнeния о мисс Данстебл? спросила мистрисс Грешам у дяди, когда они усeлись пить кофе послe обeда. Она предложила вопрос свой безо всяких предварительных оговорок.

— Какого я о ней мнeния? А ты сама, Мери, что об ней думаешь? Вeроятно наши мнeния совершенно согласны.

— Да не в этом дeло. Что вы об ней думаете? Как, по вашему, искренна она, откровенна?

— Искренна и откровенна? Ну да, конечно, можно даже сказать черезчур искренна.

— И добронравна?

— До нельзя.

— И способна привязаться?

— Я думаю, что она способна привязаться.

— Она несомнeнно умна.

— Да, она умма.

— И... и... в ней много добродушия...— Несмотря на все свое желание, мистрисс Грешам не рeшилась сказать нeжности.

— О, конечно, отвeчал доктор: — однако, скажи мнe, Мери, почему это тебe вздумалось так подробно разбирать характер мисс Данстебл?

— Хорошо, дядя, я вам признаюсь почему; потому...— И мистрисс Грешам, встав с своего мeста сзади, подошла к креслу дяди, обвила рукою его шею, и близко пригнулась к нему лицом, но так, что он не мог ея видeть:— потому, что мнe кажется, что мисс Данстебл... очень, очень вас любит; и что она была бы очень счастлива, если-бы вы женились на ней.

— Мери! проговорив доктор, оборачиваясь и стараясь взглянуть ей в лицо.

— Я говорю сериозно... совершенно сериозно. Я убeдилась в этом из разных бездeлиц, которыя мнe трудно было бы вам теперь пересказать.

— И ты хочешь, чтоб я...

— Милый, безцeнный дядя, я ничего не хочу, ничего не желаю, кромe вашего счастия. Что значит для меня мисс Данстебл в сравнении с вами?

Она еще ближе нагнулась к нему, и поцeловала его в лоб.

Доктор повидимому так был озадачен неожиданным сообщением, что не нашелся ничего отвeчать. Видя это, племянница захотeла дать ему время оправиться, и пошла одeваться к вечеру. В Этот день ей больше не пришлось поговорить с дядей наединe.