Энтони Троллоп – Фремлейский приход (страница 60)

Мистрисс Робартс пришлось объяснить, что она вовсе не имeла намeрения сама сказать Марку что бы то ни было; в добавок Люси взяла с нея обeщание — никогда, ничего не говорить мужу, без особаго ея разрeшения.

— Я хочу поступать в общину, сказала Люси.— Ты знаешь что такое эти общины?

Мистрисс Робартс увeрила ее, что знает очень хорошо, и Люси продолжала:

— Год тому назад, я не постигала возможности избрать себe такую жизнь, но теперь мнe кажется, что это для меня одно спасение. Я буду себя морить голодом, буду себя бичевать, пока не получу обратно мой смысл, мою потерянную душу.

— Душу, Люси! повторила мистрисс Робартс, почти с испугом.

— Ну хорошо, сердце, если тебe это больше нравится.

— Но я терпeть не могу толковать про сердце. Мнe дeла нeт до моего сердца. Я бы с радостью отдала его, этому ли молодому франту или всякому другому, если-бы только я могла читать, и говорить, и гулять, и спать, и eсть, не чувствуя безпрестанно, что меня что-то давит здeсь, здeсь, здeсь!

И она прижала руку к груди.

— Что это со мною дeлается, Фанни? Отчего я так ослабeла, что почти не могу ходить? Отчего я не в силах двe минуты сряду заняться книгой? Отчего я не могу написать двух строчек? Отчего всякий кусок, который я хочу проглотить, останавливается у меня в горлe? О Фанни! как ты думаешь, ножки его погубили меня или его титул?

Несмотря на свое горе,— она точно была огорчена,— мистрисс Робартс не могла не улыбнуться. В самом дeлe, в тонe и взглядe Люси много было комическаго. Она так сама старалась выставить себя в смeшном видe!

— Смeйся надо мной, говорила она:— ничто для меня не будет так полезно, как голод и вериги. Говори мнe, что глупо и низко влюбляться в человeка оттого только, что он хорош собой и носит знатное имя.

— Да не из-за этого же ты в него влюбилась? В лордe Лофтонe много других качеств поважнeе этих; и если говорить откровенно, милая Люси, меня нисколько не удивляет, что он мог тебe понравиться, но только... только...

— Только что? Говори прямо, и не бойся, чтоб я разсердилась, если ты хорошенько разбранишь меня.

— Я, признаюсь, полагала, что ты столько благоразумна и осторожна, что не влюбишься в молодаго человeка, пока он сам не признался тебe в любви...

— Осторожна! Да, именно, тут нужна была осторожность, но не с моей, а с его стороны. Осторожна! Развe я не была осторожна, пока вы всe не сблизили меня почти насильно с ним? Развe ты не помнишь, как долго я отказывалась отправляться в Фремле-Корт? А потом, когда меня притащили туда, развe я не забилась в угол как дура, развe я не думала про себя, что я там не на своем мeстe? Леди Лофтон сама старалась вызвать меня на разговор, а потом стала предостерегать меня... а потом... Но неужели все должно преклоняться перед прихотями леди Лофтон? Неужели я должна жертвовать собою для нея? Я не искала знакомства с леди Лофтон и ни с кeм из ея семейства.

— Мнe кажется, что тут не за что упрекать леди Лофтон, и вообще никого ни в чем упрекнуть нельзя.

— Ну да, конечно; я сама во всем виновата; хотя, клянусь тебe, я рeшительно не вижу гдe собственно я ошиблась, когда я свернула с прямаго пути. Один раз только я поступила не хорошо, и в этом одном я не раскаиваюсь.

— Что же ты сдeлала, Люси?

— Я солгала ему.

Мистрисс Робартс совершенно потерялась во мракe и. чувствуя это, не знала что сказать, что посовeтовать сестрe. Люси сначала объявила,— так по крайней мeрe поняла ее мистрисс Робартс,— что между ею и лордом Лофтоном ровно ничего не происходило кромe самых обыкновенных разговоров, а теперь она себя обвиняла в обманe, да еще прибавила, что об этом обманe нисколько не сожалeет!

— Солгала? повторила мистрисс Робартс.— Я не повeрю, чтобы ты способна была солгать!

— А между тeм я это сдeлала, и если-б он опять явился сюда и возобновил прежний разговор, я бы ему повторила то же самое, что сказала тогда. Я бы сдeлала это непремeнно; а в противном случаe, я знаю, всe бы против меня возстали. Ты сама бы от меня отшатнулась... Милая, безцeнная Фанни, покажи, как бы ты на меня посмотрeла, если-бы ты в самом дeлe была мною недовольна?

— Развe я могу быть недовольна тобою, Люси?

— Но если-б я сказала ему всю правду, ты была бы недовольна, я это знаю. Скажи сама, Фанни... но нeт, нечего тебe и говорить. Вeдь собственно я поступила так не из боязни тебя, ни даже из боязни ея, хотя, Бог знает, как трудно было бы мнe вынести отчуждение, всех близких мнe.

— Я рeшительно не понимаю тебя, Люси. Какую же правду или неправду могла ты сказать ему, если между вами были только самые обыкновенные разговоры?

Люси встала с дивана, и раза два прошлась по комнатe. Мистрисс Робартс, конечно, волновало любопытство — свойственное женщинe, хотeл было я сказать, но лучше скажу, свойственное роду человeческому; да притом, она любила Люси как родную сестру. Ее волновали и любопытство, и тревога, и она молча смдeла на своем мeстe, не сводя глаз с золовки.

— Развe я сказала какие были у нас разговоры? сказала наконец Люси.— Нeт, Фанни, ты меня не так поняла, и этого не говорила... Ах, да! помню, про корову и про собаку!... Да, точно, все это правда. Я тебe говорила, что такими-то нeжными рeчами он меня отуманил. Но потом, он мнe говорил и другое.

— Что же он сказал тебe, Люси?

— Мнe и самой хотeлось бы повeрить тебe все, сказала Люси и стала на колeни перед мистрисс Робартс, улыбаясь сквозь слезы.— Но я не знаю еще, могу ли я на тебя положиться. Я ни за что не выдала бы повeренной мнe тайны. Я все разкажу тебe, Фанни, если ты обeщаешь не измeнить мнe. Но если ты не увeрена в себe, если ты не в силах скрыть что бы то ни было от Марка, то лучше оставить Этот разговор.

Мистрисс Робартс становилось страшно. До сих пор, с самаго дня свадьбы, не прошло у ней в головe ни единой мысли, которой бы она не повeрила Марку. Теперь она была так изумлена, так поражена, что не знала, в правe ли она выслушивать признание, которое она обязана скрыть от брата Люси — от собственнаго мужа. Но кто же когда-нибудь отказывался выслушать тайну, тeм более тайну романическую? Какая сестра на это способна? Итак, мистрисс Робартс обeщала гробовое молчание, приглаживая рукою волоса Люси, цeлуя ея в лоб и глядя ей в глаза, которые, как радуга, еще ярче сияли сквозь слезы.

— Что же он сказал тебe, Люси?

— Что? Он просил меня выйдти за него замуж; больше ничего.

— Лорд Лофтон сдeлал тебe предложение?

— Да, он мнe сдeлал предложение; тебe кажется это невeроятным, не так ли? Ты не можешь даже вообразить себe такую вещь?

Люси опять встала, кровь бросилась ей в лицо, при мысли о насмeшках и попреках, которые могли бы на нее посыпаться, и которыми она сама себя осыпала.— А между тeм это не сон, продолжала она:— мнe кажется, что он точно сдeлал мнe предложение.

— Тебe кажется, Люси!

— Я даже в том увeрена.

— Порядочный джентльмен не стал бы дeлать тебe формальное предложение таким образом, чтоб у тебя могло остаться сомнeние насчет его намeрений.

— Сомнeния у меня не осталось никакого. Он просто и прямо предложил мнe свою руку. Я сказала только, не приснилось ли мнe все это.

— Люси!

— Нeт, это не был сон. Здeсь, на этом самом мeстe, он раз двeнадцать просил меня сдeлаться его женою. Я помню, что он стоял вот на этой арабескe ковра,— не позволишь ли ты мнe вырeзать ее и сохранить на память?

— И что же ты отвeчала ему?

— Я ему солгала, и сказала, что не люблю его.

— Ты ему отказала?

— Да, я отказала богатому лорду. Вeдь это довольно отрадная мысль, не правда ли, Фанни? Грeшно ли было с моей стороны сказать ему неправду?

— Но отчего же ты отказала ему?

— Отчего? Можешь ли ты спрашивать? Подумай только, каково бы мнe было отправиться в Фремле-Корт, и между разговором объявить миледи, что я сговорена с ея сыном. Подумай о леди Лофтон. Но дeло не в этом, Фанни. если-б я думала, что он будет счастлив, женившись на мнe, я бы всeм пренебрегла ради его, даже твоим гнeвом,— а я знаю, что ты разсердилась бы. Ты бы почла чуть не за святотатство с моей стороны выйдти за муж за лорда Лофтона; признайся, что так?

Мистрисс Робартс рeшительно не знала что сказать, не знала даже что подумать. Ей нужно было хорошенько на досугe все обсудить, обо всем поразмыслить, а тут Люси ожидала от нея немедленнаго совeта. Если лорд Лофтон точно любил Люси Робартс и был любим ею, почему бы им не соединиться браком? А между тeм она чувствовала, что это будет, хотя бы и не святотатство, как говорила Люси, но очень неприятно и неудобно. Что станет говорить, что станет думать и чувствовать леди Лофтон? Что станет она говорить или думать о том домe, из котораго упал на нее такой страшный удар? Не будет ли она обвинять викария и его жену в самой черной неблагодарности? Не сдeлается ли жизнь в Фремлеe совершенно невыносимою?

— Я так удивлена, что не знаю что сказать мистрисс Робартс.

— Да, оно точно изумительно. Он вeрно это сдeлал в припадкe безумия; это единственное для него извинение. Не знаешь, бывали уже такого рода случаи в их семействe?

— Как? случаи сумашествия? спросила мстрисс Робартс совершенно сериозно.

— Да, как ты думаешь, вeдь он с ума сошел что сдeлал мнe предложение? Но ты не вeришь, я вижу; а между тeм это сущая правда... Вот здeсь именно, он говорил, что не тронется с мeста, пока я не повeрю его любви и не дам ему согласия. Не знаю, почему я замeтила, что обe его ноги стояли вот в этой клeткe ковра.