Энтони Троллоп – Фремлейский приход (страница 50)

— Оду Горация! повторила Люси, все еще не выпуская из рук юную ученую, покраснeвшую до ушей.

— Я дeтям своим ничего не могу дать кромe нeкоторых познаний, проговорил мистер Кролей, как бы извиняясь,— это единственное мое богатство, и я стараюсь раздeлить его с ними.

— Люди говорят, что знание самое лучшее богатство, сказала Люси, но однако подумала одно себя, что может-быть не совсeм своевременно занимать девятилeтнюю дeвочку неправильными греческими глаголами. Впрочем, Грес на нее смотрeла милым, простодушным взглядом, крeпко жалась к ней и, повидимому, рада была ея ласкам, так что Люси в душe своей пожелала, чтобы можно было поскорeе куда-нибудь отправить мистера Кролея, а детей угостить привезенными лакомствами.

— Надeюсь, что мистер Робартс здоров, проговорил мистер Кролей холодно-церемонным голосом, вовсе непохожим на энергический тон, каким он несколько дней тому назад обращался к своему собрату, наединe с ним, в его кабинетe.

— Благодарю вас, он здоров. Вы вeрно слышали о мeстe, которое он получил?

— Да, я об этом слышал, отвeчал мистер Кролей сериозно:— от души желаю, чтоб это послужило к его благу во всех отношениях.

Он выразил это желание таким тоном, как будто бы не очень надeялся, что оно исполнится.

— Кстати, он нам поручил сказать вам, что будет у вас завтра часов в одиннадцать. Не так ли, Фанни?

— Да; он, кажется, хочет переговорить с вами о каких-то приходских дeлах, отвeчала мистрисс Робартс, на минуту отрываясь от хозяйственнаго разговора, завязавшагося между ею и мистрисс Кролей.

— Скажите ему, что я рад буду видeть его, возразил мистер Кролей,— но может-быть для него будет удобнeе, чтоб я побывал у него, так как теперь на нем лежит столько новых обязанностей...

— Эти новыя обязанности покуда не очень обременительны, сказала Люси,— и ему будет очень приятно побывать у вас.

— Да, в этом отношении его положение выгоднeе моего: у меня нeт лошадей.

Люси стала ласкать маленькаго Боба, и незамeтно всунула ему в руку сверток с пряниками, хранившийся у нея в муфтe. У нея не достало терпeния дождаться, когда уйдет отец.

Мальчик взял сверток, заглянул в него, потом посмотрeл ей в лицо.

— Что это такое, Боб? спросил мистер Кролей.

— Пряники, прошептал Боб, смутно сознавая, что свершилось какое-то преступление, но не отдавая еще себe хорошенько отчета, в чем собственно он сам виноват.

— Мисс Робартс, сказал отец,— мы вам очень благодарны, но дeти мои не привыкли к таким лакомствам.

— Я женщина слабохарактерная, мистер Кролей, и всегда ношу с собой такого рода вещи, когда приeзжаю к дeтям; итак, простите мнe великодушно, и позвольте вашему сынку принять эти пряники.

— О, конечно! Боб, дружочек, отнеси пряники к матери; она будет выдавать их по одному и тебe, и Грес.

Сверток был торжественно вручен мистрисс Кролей, которая положила его на полку.

— Как, вы не позволите дeтям даже отвeдать? жалобно проговорила Люси.— Не будьте так жестоки, мистер Кролей,— не к ним, а ко мнe. Неужели мнe нельзя будет узнать хороши ли пряники?

— Я увeрен, что они отличны; но покуда лучше оставить их в сторонe.

Для Люси это было крайне прискорбно. Если небольшой сверток пряников подал повод к таким затруднениям, как же ей распорядиться банкою варения и конфетами, которыя до сих пор скрывались в ея муфтe, или как ей раздать апельсины, оставшиеся в кабриолетe? Там было еще желе для больнаго ребенка, да куриный бульйон, тоже в родe желе; и если уж во всем признаться откровенно, она привезла из Фремлея четверть телятины и корзинку с яйцами, с тeм чтобы вручить их мистрисс Кролей при удобном случаe; в присутствии ея мужа об этом, конечно, нельзя было и подумать. В Фремлеe шла также рeчь о том, чтобы привезти несколько бутылок портвейна, но на это не хватило рeшимости у наших дам.

Люси довольно трудно было поддерживать разговор с мистером Кролеем, тeм более что его жена и Фанни вскорe удалились в спальню, унеся с собою двух младших детей.

"Какая досада, подумала Люси, что она не взяла моей муфты! "

Муфта все еще лежала у ней на колeнях, преисполненная всякими сокровищами.

— Вы вeроятно будете проводить часть года в Барчестерe? сказах мистер Кролей.

— Не знаю еще; Марк поговаривает, чтобы нанять квартиру, на первый мeсяц.

— Но вeдь он будет имeть дом в своем распоряжении?

— Да, по всeм вeроятиям.

— Боюсь, чтобы новыя занятия не отвлекли его отчасти от собственнаго прихода, от школ, напримeр.

— Разстояние так мало, что Марк надeется, что отлучки его из Фремлея отнимут очень не много времени. К тому же, леди Лофтон так хорошо занимается школами.

— Да, конечно; но леди Лофтон не священник, мисс Робартс.

Люси хотeла было отвeчать, что миледи любаго священника за пояс заткнет, но остановилась вовремя.

В эту минуту Провидeние сжалилось над мисс Робартс и послало ей спасителя в видe краснорукой служанки, которая подошла к мистеру Кролею, и шепнула ему, что его кто-то спрашивает. В Этот час он постоянно бывал в приходской школe; так привыкли к его присутствию там, что всякий, кто в нем нуждался поутру, отыскивал его в школe, или, не застав его там, не боялся за ним послать.

— Мисс Робартс, я должен перед вами извиниться, сказал он, вставая и взявшись за шляпу и палку. Люси просила его не церемониться с нею, и уже стала мечтать о том, как она будет раздавать свои сокровища.

— Прошу вас передать мой поклон мистрисс Робартс; мнe очень жаль, что я не могу с нею проститься; но вeроятно я ее увижу, когда вы будете проeзжать мимо школы.

Он вышел, опираясь на палку. Люси показалось, что глаза Боба тотчас же обратились на сверток с пряниками.

— Боб, сказала она, почти шепотом,— любите вы конфеты?

— Очень люблю, отвeчал Боб с невозмутимою важностию, и посмотрeл в окно, чтоб удостовeриться, точно ли прошел отец.

— Так подите же сюда, сказала Люси. Но в эту самую минуту дверь растворилась и мистер Кролей вошел опять. "Я забыл книгу, проговорил он, и взял со стола старый, изношенный молитвенник, постоянно сопровождавший его. Боб, при видe отца, отступил на несколько шагов, Грес также,— ибо, несмотря на ея глубокия познания в греческом языкe, и ее привлекло слово конфеты. Люси отняла руку от муфты и смутилась. Развe она не обманывала этого добраго, почтеннаго человeка? Больше того, развe она не научала его детей обманывать его? Но есть на свeтe такие люди, что с ними и ангед стал бы хитрить.

— Папа ушел, прошептал Боб:— я видeл, как он завернул за угол.

Для него, как и слeдовало ожидать, не пропал даром урок.

Но не он один замeтил, что ушел папа: между тeм как Боб и Гресь считали крупные леденцы, предварительно взяв в рот по одному из них, главная дверь растворилась, и в нее внесли корзину и огромный узел, которые мистрисс Робартс сама стала раскладывать в спальнe у мистрисс Кролей.

— Я осмeлилась привезти это, проговорила Фанни смущенным тоном,— потому что по опыту знаю, как больной ребенок отвлекает от хозяйства.

— Ах, друг мой! сказала мистрисс Кролей, взяв Фанни за руку и глядя ей прямо в лицо:— во мнe уже не осталось ложнаго стыда. Господу угодно испытывать нас бeдностью и нуждой, но я не могу не радоваться за детей, когда кто-нибудь захочет нам помочь.

— Но он разсердится?

— Я его уговорю. Милая мистрисс Робартс, не удивляйтесь ему. Вeдь точно тяжела его доля; есть много такого, что мущинe труднeе перенести нежели женщинe.

Фанни в душe не вполнe соглашалась с этим, но не стала ей противорeчить.

— Надeюсь, что мнe удастся когда-нибудь быть вам полезною, сказала она,— если только вы согласитесь смотрeть на меня как на стараго друга, и прямо написать мнe, если вы во мнe нуждаетесь. Я боюсь часто бывать у вас, чтобы не оскорбить его.

Мало-по-малу, между ними завязался откровенный, довeрчивый разговор; бeдной труженицe было отрадно отвести душу с богатою, молодою женой барчестерскаго бенефицианта. Вeдь тяжело, говорила она, сознавать, что такая разница между ею и женами других окружных священников, знать, что онe живут в довольствe и роскоши, между тeм как она, трудясь через силу, едва может добиться, чтобы муж ея и дeти были сыты каждый день. Вeдь тяжело, страшно тяжело, быть принужденною употреблять всe свои способности, всe умственныя силы на заботу о хлeбe насущном.— Однако, продолжала она, я могу выносить это, покуда он не слабeет, покуда он бодро несет свое бремя, перед лицом всего свeта.

Потом она стала говорить насколько им лучше здeсь, в Гоггльстокe, чeм в прежнем их приходe в Корнваллисe, стала выражать свою горячую благодарность доброму другу, которому оны обязаны этою перемeной.

— Мистрисс Эребин сказывала мнe, как она желает, чтобы вы к ним приeхали, сказала мистрасс Робартс.

— Да, знаю; но кажется, это невозможно. Как мнe оставить детей?

— Вы бы могла поручать их мнe.

— О, нeт! я не захочу употреблять во зло вашу доброту. Муж мой мог бы поeхать, а меня оставить с дeтьми, да он не хочет. Сколько раз я старалась уговорить его! Я убeждала его, что если он чаще будет в обществe — в обществe священников, конечно,— то он еще лучше будет исполнять свои обязанности. Но он сердится, говорит, что это не возможно, что нельзя же ему быть у декана в таком изношенном сюртукe.— И мистрисс Кролей сама покраснeла, повторив эти слова.