Энтони Троллоп – Фремлейский приход (страница 49)

— О в этом виновата была одна леди Лофтон. Зачeм она не позаботилась пришпилить к мему ярлычок?

— Но послeдствий дурных от этого, кажется, никаких не вышло?

— Благодаря Бога, не много. Что касается меня, я увeрена, что через три, четыре года совершенно оправлюсь, а особенно если прибeгну к ослиному молоку я перемeнe воздуха.

— Мы ради этого повезем тебя в Барчестер. Но, повторяю, мнe в самом дeлe кажется, что Гризельда Грантли нравится лорду Лофтону.

— В таком случаe я могу только сказать, что у него очень дурной вкус, сказала Люси с убeждением в голосe, вовое не похожим на ея прежний шутливый тон.

— Как, Люси! сказала ея невeстка, глядя на нее:— я начинаю думать, что нам в самом дeлe прядется прибeгнуть к ослиному молоку.

— Мнe быть-может, дeйствительно, не слeдовало сближаться с лордом Лофтоном: ты сама же говоришь, что молодым дeвушкам всегда очень опасно сближаться с молодыми людьми. Но я достаточно узнала его, чтобы понять, что такая дeвушка как Гризельда Грантли не может ему нравиться. Он должен видeть, что она просто кукла, холодная, безжизненная, бездушная, нестерпимо скучная. Какия бы ни были ея нравственныя достоинства, я убeждена, что голова ея совершенно пуста. Я никогда не видала живаго существа так похожаго на статую. Сидeть смирно и удивлять всех своею красотой — вот все, что ей нужно, и если-бы послeднее не удавалось ей, я увeрена, что она удовольствовалась бы и первым. Я не в таком восторгe от леди Лофтон, как ты, но я такаго хорошаго мнeния о ней, что не могу не удивляться, как может она желать женить сына на такой дeвушкe. Что она желает этого, я в том не сомнeваюсь. Но признаюсь, меня очень удивит, если и он желает того же.

И, сказав это, Люси опять хлестнула пони. Она чувствовала, что предательская краска распространялась на ея лицe, и ей было досадно на себя.

— Право, Люси, если-б он был твоим братом, ты не могла бы принимать более горячее участие в его судьбe.

— Не могла бы. Он первый мущина, с которым я сблизилась и подружилась, и мнe будет очень больно, если он сдeлает такую грубую ошибку. С моей стороны, вeроятно, очень неприлично заботиться о таких вещах.

— Успокоимся на том, что если мать его и он будут довольны, мы также можем быть довольны.

— Я не буду довольна. Гляди на меня сколько хочешь, Фанни. Ты заставляешь меня говорят об этом, и я не хочу лгать. Я очень люблю лорда Лофтона, я почти столько же не люблю Гризельду Грантли. Поэтому мнe будет очень досадно, если он женится на ней. Но впрочем, я полагаю, что ни она, ни он не станут добиваться моего согласия, и что леди Лофтон также обойдется без него.

И онe молча проeхали с четверть мяли.

— Бeдный Пук! сказала наконец Люси.— За что ему досталось от меня? Развe он виноват в том, что мисс Грантли похожа на статую? Но, Фанни, не говори Марку, что я с ума сошла. Не виновата же я, что умeю отличать сокола от цапля: вот почему я не желаю, чтоб он женился на ней.

Разговор прекратился, и через двe минуты кабриолет подъехал к дому гогльстокскаго пастора.

Мистрисс Кролей привезла с собою двух детей, когда переeхала в Гоггельсток, и с тeх пор ея семейство и ея заботы увеличились двумя другими малютками. Один из них в настоящее время был болен крупом, и мистрисс Робартс приeхала именно с тeм чтобы навeстить бeдную мать и предложить ей свои услуги. Обe дамы вышли из экипажа, поручив Пука попечениям случившагося тут мальчика, я вскорe очутились в единственной приемной комнатe мистрисс Кролей. Она сидeла с трехмeсячным ребенком на руках, и ногой качала колыбель, гдe лежал другой, постарше. Он-то и был нездоров, и занял на время болeзни мeсто малютки. Старшия дeти, дeвочка лeт девяти, и мальчик моложе ея тремя годами, также находились в комнатe. Они стояли подлe отца, который терпeливо посвящал их в таинства грамматики. Нужно признаться, что мистрисс Робартс было бы гораздо приятнeе, если-бы мистера Кролея не было дома; она привезла с собой разные запрещенные предметы, подарки для детей, как называла она их, но в сущности пособия для этой бeдной, удрученной заботами матери, а она знала, что в присутствии мистера Кролея невозможно будет пронести их из кабриолета в дом.

Мистрисс Кролей, как мы уже сказали, не была теперь так изнурена, так худа, как под конец тяжкаго своего житья на западe. Благодаря попечениям леди Лофтон и мистрисс Эребин, и немного более спокойной, хотя все еще трудной жизни, она немного поправилась, и сблизилась с кругом, в котором жила в счастливые дни своего дeтства. Но даже щедраго жалованья в сто тридцать фунтов — щедраго в сравнении с тeм, что получают священники во многих других мeстах, не было достаточно, чтобы дать джентльмену с женой и четырьмя дeтьми средства жить с тeми удобствами, к которым привык самый простой ремесленник. Что касается пищи, то конечно количество мяса, чаю и масла, потреблявшееся в пасторском домe, показалось бы очень недостаточным каждому ремесленнику. Ему и дeтям нужна была приличная одежда, а что до ея собственнаго туалета, то жены немногих рсмесленников удовольствовались бы лучшим из ея платьев. Сшито оно было из материи, купленной ея матерью, когда она с трудом готовила скромное приданое своей дочери.

Люси никогда не видала мистрисс Кролей. Поeздки в Гоггльсток не были часты, и мистрисс Робартс предпринимала их обыкновенно в обществe леди Лофтон. Извeстно было, что они неприятны мистеру Кролею, который находил какое-то мрачное наслаждение в своем одиночествe. Можно было рeшительно сказать, что он сердился на тeх, кто приходил к нему на помощь, и достовeрно было то, что он до сих пор не мог простить декану барчестерскому то, что тот заплатил его долги. Декан доставил ему также теперешнее его мeсто, и поэтому старинный его друг уже не был ему так дорог, как в тe дни, когда он был немногим богаче его и навeщал его в памятной ему фермe. Они тогда по цeлым часам гуляли по берегу вдоль скал, прислушиваясь к шуму волн и разсуждая о глубокомысленных спорных вопросах, то с неистовым жаром, то с нeжною, глубокою любовию, но всегда с полною вeрой во взаимную добросовeстность. Теперь они сравнительно жили близко друг от друга, но им не случалось уже спорить и разсуждать попрежнему. Мистер Кролей несколько раз в год получал приглашения от стараго своего друга, и доктор Эребин дал ему обeщание, что он никого не встрeтит в его домe, если неприятно ему общество. Но не то было нужно мистеру Кролею. Блеск и великолeпие дома декана и комфорт этого теплаго уютнаго кабинета тотчас же убивали в нем всякое расположение к разговору. Почему доктор Эребин не приeзжал к нему в Гоггльсток, и не бродил с ним по грязным дорогам, как бродил он с ним в прежнее время? Тогда бы он мог наслаждаться его обществом, тогда бы он мог проводить с ним цeлые часы в бесeдах, тогда бы он вспомнил былые дни. Но теперь!...

— Эребин теперь разъезжает на гладкой, красивой лошади, язвительно замeтил он однажды своей женe. Испытанная им бeдность оставила в нем такой ужасный слeд, сердце его не могло уже лежать к богатому другу.

Глава XXII

Когда мы разстались с Люси, в концe предыдущей главы, она ждала, чтоб ее познакомили с мистрисс Кролей, сидeвшею с новорожденным ребенком на руках, между тeм как другой, побольше, лежал в колыбелкe у ея ног. Мистер Кролей, при входe гостей, встал с своего мeста, не выпуская из рук старой грамматики, по которой он учил двух старших своих детей. Таким образом, все семейство было в сборe когда мистрисс Робартс и Люси вошли в гостиную.

— Вот моя невeстка, Люси, сказала мистрисс Робартс.— Прошу вас, не безпокойтесь, мистрисс Кролей; а не то отдайте мнe малютку.

Она взяла ребенка на руки и принялась няньчится с ним; для нея занятие это было привычкой, и им она отнюдь не пренебрегала, хотя, конечно, уход за дeтьми лежал не на ней одной.

Мистрисс Кролей встала и сказала Люси, что очень рада ее видeть у себя в домe; мастер Кролей подошел с грамматикой в руках, робко и смиренно. если-бы нам позволено было заглянуть в самую глубину души его и души его вeрной подруги, мы бы увидeли, что он вмeстe и гордился своею бeдностью и отчасти совeстился ея, тогда как она равно чужда была и гордости, и стыда.

На нее таким тяжким бременем легли всe трудности жизни, что она уж не заботилась о внeшности. Она, напримeр, рада была бы новому платью, потому что точно нуждалась в нем; но ея нисколько бы не огорчило, если-бы всему графству сдeлалось извeстно, что платье, в котором она ходит в церковь, уже раза три выворачивалось с лица на изнанку и с изнанки налицо.

— Боюсь, что вам не на чeм у нас и сeсть, мисс Робартс, сказал мистер Кролей.

— А вот стул; на нем только книги этого молодаго человeка; надeюсь, что он позволит мнe снять их? сказала Люси, перекладывая на стол кипу старых, изодранных книг.

— Книги не Боба, а мои; всe почти мои, сказала дeвочка.

— Но есть и мои. Не правда ли, Грес? воскликнул мальчик.

— А вы много учитесь? спросила Люси, привлекая к себe дeвочку.

— Не знаю, отвeчала Грес, в смущении, повeсив голову.— В греческом языкe я дошла до неправильных глаголов.

— Как! до греческих неправильных глаголов?

У Люси руки опустились от изумления.

— Она знает наизусть цeлую оду Горация, сказал Боб.