Энн-Софи Барвич – Философия запаха. О чем нос рассказывает мозгу (страница 58)

Посмотрите, что делает Кобл. Главная работа заключается в когнитивном отборе в ходе дедуктивной обработки информации: как Кобл структурирует серию перцептивных образов во время дегустации. Такие сомелье, как Кобл, учатся использовать когнитивную сетку, содержащую информацию о винах и их свойствах. Каждое вино, регион и год запоминаются в связи с их специфическими характеристиками. Похоже на обучение грамматике, лексике и семантике нового «когнитивного языка». Эта сетка с соответствующей лексикой действует как памятка для структурирования восприятия.

Если вы теперь пересмотрите сцену из фильма «Сомелье: На донышке», то сможете заметить несколько стратегических процедур. Дегустаторы начинают с того, что рассматривают бокал под углом сорок пять градусов, чтобы оценить его так называемую тельность. Если вино красное, скажем, ярко-красного цвета, возможно, это пино-нуар. А если белое вино имеет желтые тона, это может быть шардоне. Отражение света от поверхности вина, наличие тончайшей маслянистой пленки и другие видимые признаки составляют список свойств, позволяющих дегустатору получить первую общую гипотезу о том, что это за вино. По этой же причине любители вина взбалтывают его в бокале. Взбалтывание увеличивает поверхность жидкости и способствует высвобождению молекул запаха, раскрывая букет вина. Попробуйте так сделать. Налейте вино в бокал. Эффект особенно силен с краснымо вином. Сначала понюхайте вино, не взбалтывая. Затем взболтайте и снова понюхайте. Во второй раз вино гораздо ароматнее! Здесь нет никакой магии, а только химия и физика поверхностных явлений.

Перечисленный Коблом список ароматических свойств не был чрезмерным или бесконечным, в нем были обозначены три главных элемента: карамель из лайма, цедра лайма и яблочное пюре. Этот ограниченный набор ароматических нот соответствует пределу Лэйнга (см. глава 8). Экри, горячий сторонник идеи Лэйнга, вновь разъясняет смысл этого ограничения. Поначалу Лэйнг «использовал отдельные компоненты, чтобы проверить, могут ли люди распознать эти компоненты в смеси. Я думаю, им давали от одного до пяти веществ из семи… и обучали обозначать словами каждое из семи веществ». Но ключ к пониманию предела Лэйнга не в этом.

«Затем Лэйнг воспроизвел весь эксперимент, обучая людей распознавать смеси химических веществ в натуральных продуктах. Как в экстракте лилии, бергамота или Rosa damascena. Они должны были называть соответствующие смеси. А затем он смешал эти смеси – и получил тот же самый результат! Люди могли распознать лишь две или три такие смеси в общей. Подумайте, что это значит. Мы уже говорим не об индивидуальных компонентах, а о картинах химических компонентов». Экри подчеркивает, что «при смешивании компоненты создают совсем другие картины, и все же сомелье способны распознать и ту и эту картину… но лишь две или три из них. Вот почему я считаю, что стоит говорить не о формировании, а об узнавании образа».

В фильме Кобл искал узнаваемые картины, совпадающие с хранящимися в его памяти профилями винных ароматов. Три найденных им категории создали предварительный диапазон профилей, которые он уточнял, подбираясь к более точным характеристикам вина. Далее он применил дерево принятия решений с привлечением соседних качественных признаков для анализа профиля вина: незрелое манго, незрелая дыня, дынная кожура. Это метод повторяющейся оценки и спецификации. Кобл прошел этот путь и зафиксировал оттенок зеленого ананаса (в соответствии с зародившейся в его голове гипотезой). Экри поясняет: «Здесь есть яблоки, манго и, как он говорит, яблочное пюре и незрелое манго, так? Дынная кожура и ананас. Все вещества – яблоко, манго, дыня и ананас – содержат в своей летучей смеси высокую концентрацию этилгексаноата. В сочетании с другими компонентами этилгексаноат может создавать образ любого из этих трех или четырех продуктов. Если у вас есть набор ключевых одорантов, скажем, семи или девяти… в определенном сочетании они могут образовывать то, что называется группой. Часть общей картины. И эта часть имеет собственные характеристики. Если у вас вино, в котором девять ключевых одорантов, составляющих ароматический спектр напитка, и вы его нюхаете, ваш мозг отбирает три из них и создает образ запаха для этих трех составляющих. Он может ухватить три другие компонента и прийти к другим образам запаха. Или еще три другие – и вновь получить другой образ».

«Именно это происходит, когда сомелье… когда эти ребята нюхают вино. Они чувствуют запах лилий, они чувствуют запах роз, они чувствуют запах теннисных мячей». Экри изобразил это (рис. 9.1). «Они берут подгруппу запахов и рассматривают ее как репрезентативное отображение определенного образа. Вот почему у вас могут быть перекрывающиеся образы для одной смеси. Процесс дедуктивного анализа запаха заключается не в выявлении химических компонентов – это поиск перцептивных компонентов или перцептивных картин. В сущности, это как выбирать слова из предложения… чтобы составить другое предложение. Это «Скраббл», игра в слова, в которой вы составляете из букв не только слова, но и сложные конструкции как das Fingerspitzengefühl[377]. – Он смеется. – Может быть, запах действительно был придуман немецким химиком!»

Дегустация вина основана на дедуктивном восприятии. После ортоназального анализа запаха Кобл дважды проверяет возникшую у него гипотезу о типе рислинга. Переключаясь с обонятельного ощущения на другую модальность и описывая ощущение во рту и кислотность, Кобл анализирует свое постоянно уточняющееся предположение о типе вина. Теперь он рассматривает возможные варианты и начинает их исключать, пробуя и проверяя свои наблюдения относительно обонятельных характеристик вина (вы видите, как он взбалтывает и вновь нюхает вино). Эта сцена из фильма описывает сложную процедуру принятия решений на основании опыта в разных модальностях. Кобл многократно уточняет наблюдения на нескольких уровнях через перцептивное взаимодействие со стимулом (вином).

РИС. 9.1. Перцептивные подгруппы и перекрывание химических групп. Иллюстрация ароматической картины рислинга, как описано в фильме «Сомелье: На донышке», изображающая корреляцию между восприятием и химическим профилем (объяснение в тексте). Источник: рисунок Тьерри Экри, печатается с разрешения.

И это только один метод. При анализе сути компетентности не так важна специфическая структура сетки, которая различается в разных школах. На самом деле весь процесс сводится к структурированию восприятия через когнитивную систему. Таузиет объясняет: «Я нюхаю и пробую в целом, а потом… сужаю выбор. Если у вас есть что-то очень спелое, как немного переспевшие фрукты или черные ягоды, вы знаете, что находитесь в теплом климате. Если на вкус вы ощущаете много кислоты (по сравнению с низкой кислотностью)… это тоже говорит о температуре. Начинает вырисовываться, в какой части мира мог быть выращен виноград. Свежесть или выделение пузырьков воздуха говорят о временном диапазоне. А затем… возможно, вы можете подумать о конкретном годе урожая, потому что была такая погода, или о другом годе, потому что была другая погода. Так что у меня есть несколько путей, чтобы, глядя на вино, понять, в какой части света я нахожусь. Так я подбираюсь к тому, чтобы понять “где” и “когда”».

Обонятельный опыт показывает, что восприятие имеет несколько слоев. Сенсорная сложность обонятельных стимулов доступна не сразу. Подход к ней осуществляется через избирательное и повторяющееся внимание. Перцептивная компетентность требует уточнения за счет сосредоточенного наблюдения. Этот навык строится на оценке разных измерений, формирующей содержание и структуру обонятельного опыта эксперта. Наиболее важны с этой точки зрения два аспекта обонятельного обучения. Для улучшения наблюдательности и формирования перцептивного содержания обычного и экспертного восприятия важно учитывать терминологию и сферу деятельности.

Терминология как инструмент познания

Эксперты осваивают лексику, чтобы формулировать наблюдения, связывая свои ощущения с сеткой воспоминаний о предыдущем опыте. Это инструмент или когнитивный рычаг для структурирования, закрепления, направления и сдвига внимания. Это означает, что важен не выбор слов или описаний, а само их использование, сама речь.

Лексика для описания запахов общая. Язык экспертов, как любой язык, предназначен для передачи категорий или абстрактного содержания, а также субъективных ощущений. Это постоянное обсуждение, при котором контекстуальный обонятельный опыт включается в более широкий когнитивный ландшафт, и не только индивидуальный, но и групповой. Лодамиель замечает: «Парфюмеры заучивают термины во время тренировок. Мы часто вводим новые слова, не каждый день, но часто, поскольку у нас все время появляются новые запахи, которые мы должны описывать. Нам нравится, чтобы другие видели, что мы видим или чувствуем. Если я чувствую это во Франции, я хочу, чтобы парфюмер в Нью-Йорке мог увидеть часть того, что вижу я».

Коммуникация как речевое действие основана на соглашениях и договоренностях. Специфика описаний может различаться, хотя некие стандарты существуют. Эти стандарты зависят от уровня знаний и опыта (освоили ли вы азы, есть ли у вас какое-то химическое образование), контекста применения (с кем вы говорите, какова цель беседы), а также других прагматических факторов. Допустим, вы хотите научиться идентифицировать и описывать аромат вина. Вы можете купить наборы для дегустации вина, чтобы самостоятельно научиться распознавать около пятидесяти ароматов, обычно встречающихся у красных и белых вин, и уметь связывать аромат с этикеткой по классической схеме. Вы также можете приобрести начальный набор обонятельных знаний с помощью так называемого колеса ароматов. На таком колесе отражен набор первичных ароматических свойств, организованных в виде кольца, для специфического круга вещей: ароматы красного вина, белого вина, виски, бренди, пива и конопли. На самом деле сегодня существуют такие колеса почти для всего на свете, даже для сточных вод[378].