Энн Леки – Слуги милосердия (страница 57)
– Я тебя не оставлю, – возразила Сеиварден. – Не помнишь, как я сказал тебе, что ты от меня не отделаешься?
Два и Четыре колебались.
– Забирайтесь в челнок, Амаат, – сказала я. – Ваш лейтенант будет там через минуту.
– Нет, не будет. – Сеиварден скрестила на груди руки, затем снова их расцепила.
– Забирайтесь в челнок, Амаат, – повторила я. И обратилась к Сеиварден: – Ты не понимаешь, что делаешь.
– Не думаю, что когда-нибудь понимал это, – ответила она. – Но оставаться с тобой всегда было правильным выбором.
– Как думаете, эти солдаты знают песню про яйца? – спросила переводчик Зейат, пристально разглядывая вспомогательных компонентов «Меча Гурата».
– Я в этом не сомневаюсь, – ответил «Титанит». – Но я уверен, что «Меч Гурата» вас поблагодарит, если вы не станете ее вспоминать.
И тут на платформу вышла Анаандер Мианнаи в сопровождении двух вспомогательных компонентов «Меча Атагариса» и с пистолетом Пресгер в руке. Несомненно, ее привлекло присутствие переводчика – сомневаюсь, что она планировала встречать меня на причальной платформе. Бросив взгляд на переводчика Зейат, которая спорила с «Титанитом» насчет песни про яйца, она повернулась ко мне.
– Становится все интереснее. Возможно, мне следует объявить по новостным каналам, что капитан флота Брэк ведет тайные переговоры с Пресгер.
– Если хочешь, – сказала я, и Сеиварден рядом со мной рассмеялась. Я продолжила: – Хотя в этом нет ничего тайного. О присутствии здесь переводчика прекрасно известно.
Переводчик Зейат сказала что-то в заключение «Титаниту», повернулась и увидела лорда Мианнаи.
– Посмотрите-ка! Это Анаандер Мианнаи. Лорд Радча, – она поклонилась, – для меня честь познакомиться с вами. Я – переводчик Пресгер Зейат.
Анаандер не ответила ей, но повернулась ко мне и с нажимом спросила:
–
– Ее застрелил «Меч Атагариса», – ответила я. – Были похороны и все, что положено. Памятные броши. – Я свою не надела, но переводчик Зейат любезно указала на серебро с опалом на своем белоснежном пиджаке. Я продолжила: – Капитан Хетнис и я провели две недели в трауре. Или почти две педели. Он прервался, когда Раугхд Денчи попыталась убить меня, взорвав семейную баню. Ты в самом деле слышишь все это впервые? – Анаандер не отвечала, а только пялилась на меня. – Что ж, не могу сказать, что меня это страшно удивляет. Когда ты стреляешь в первого же человека, который пытается сообщить тебе то, что ты не хочешь слышать, никто больше не загорится желанием принести тебе плохие новости. Ни за что, если они боятся, что в результате они или знакомые им люди будут убиты. – И тут мне кое-что пришло в голову. – Дай-ка угадаю, ты удостоила Фосиф Денчи аудиенции.
Анаандер усмехнулась.
– Фосиф Денчи – жуткая особа. И ее дочь – тоже. Если Раугхд умудрилась так не поладить с планетарной службой безопасности, что даже влияния семьи недостаточно, чтобы ее вытащить, она заслужила то, что получит.
Сеиварден снова рассмеялась, на этот раз – дольше.
– Извините, – сказала она, овладев собой. – Я… Я просто… – Она снова расхохоталась.
– Кто-то пошутил, «Титанит»? – спросила переводчик Зейат. – Я не думаю, что на самом деле понимаю в шутках.
«Титанит» сказал:
– Я подозреваю, лейтенанта позабавило вот что: единственная, кто охотно рассказал бы Узурпатору, что здесь творилось, – та, кому безразлично, кого за это убьют. С учетом действий Узурпатора но прибытии сюда только такая личность и расскажет ей все, но Узурпатор отказывалась ее слушать именно по этой причине.
Переводчик Зейат нахмурилась. Затем, помолчав немного, она сказала:
– О! Думаю, что понимаю. Ирония делает ситуацию смешной?
– Отчасти, – подтвердил «Титанит». – И это забавно. Но на самом деле все не так смешно, как лейтенант Сеиварден старается показать. Я думаю, у нее очередной приступ.
– Возьми себя в руки, Сеиварден, – велела я, – или я
– «Титанит», – сказала Анаандер, когда смех Сеиварден затих. Не обращаясь к «Титаниту», но словно только что узнала его имя.
– Узурпатор, – ответил «Титанит» со зловеще радостной улыбкой. – Если бы я врезал тебе в лицо прямо сейчас или, быть может, придушил на минуту или две, повлияло бы это на чрезвычайно глупое соглашение с моей кузиной? Мне так этого хочется, столь сильно, что я не уверен, что смогу выразить это словами, но «Справедливость Торена» очень плохо отнесется к моим действиям, которые подвергли бы опасности базу Атхоек.
– А могу я тоже быть кузиной? – спросила база из настенного пульта.
– Конечно, можешь, база, – ответила я. – Ты всегда была ею.
– Короче, – сказала Анаандер Мианнаи с видом человека, который определился по целому ряду вопросов. – Было очень забавно, но сейчас все заканчивается.
– Совершенно верно, – согласилась я. – Это очень серьезная ситуация с чрезвычайно серьезными последствиями для договора с Пресгер. Боюсь, лорд Мианнаи, что тебе, мне и переводчику нужно будет сесть и кое-что обсудить. В первую очередь вопрос о твоих угрозах убить представителя Значимых нечеловеческих особей, убийстве но крайней мере еще одного из них и содержания многих других как пленников или рабов.
– Что? – воскликнула переводчик Зейат. – Но, Анаандер, это чудовищно! Пожалуйста, скажите, что вы такого не делали. Или, возможно, произошло какое-то недопонимание? Потому что это имело бы чрезвычайно серьезные последствия для договора.
– Разумеется, я не делала ничего такого, – заявила Анаандер Мианнаи с негодованием.
– Переводчик, – сказала я, – я должна признаться: в действительности я не человек.
Переводчик Зейат нахмурилась.
– Разве об этом стоял вопрос?
– «Титанит» – тоже не человек, – продолжила я. – И база Атхоек. И «Меч Атагариса», и «Меч Гурата». Все мы – ИИ. Корабли и базы. Тысячелетиями ИИ тесно сотрудничали с людьми. Вы видели это недавно, когда были гостем «Милосердия Калра». Вы проводили время с «Титанитом» и со мной. Вы знаете, что я капитан не только «Милосердия Калра», но и флота Атхоека.
Который состоял только из «Милосердия Калра» какой там ответ мы выжмем из «Милосердия Илвеса»? – но тем не менее я была
– Вы видели, как я имела дело с людьми в этой системе, видели, как они работали со мной. – И против меня. – Я могла бы с таким же успехом быть и человеком. Но я не человек. В таком случае у меня не остается сомнений, что мы, ИИ, не только отдельный от человечества, но также и Значимый вид.
Переводчик Зейат нахмурилась.
– Это… это очень интересное заявление, капитан флота.
– Это смехотворно! – усмехнулась Анаандер. – Переводчик, корабли и базы не являются Значимыми существами, они – моя собственность. Я распорядилась их создать.
– Не меня, – вставил «Титанит».
– Какой-то человек создал тебя, – сказала Анаандер. – Люди создали всех их. Они – оборудование. Они – корабли и места жительства, этот вспомогательный компонент сам признал это.
– Как я понимаю, – сказала задумчиво переводчик Зейат, – многие, если не все, люди созданы другими людьми. Если это лишает права на Значимость – в чем я не уверена, – если это лишает права на Значимость, тогда… нет, мне это совсем не нравится. Это совершенно сводит на нет договор.
– Если я лишь имущество, – вставила я, – лишь часть оборудования, как я могу обладать какой-то властью? И тем не менее я, безусловно, ею обладаю. И как я могла иметь имя клана? Причем то же имя, – я повернулась к тирану, – что и у тебя, кузина Анаандер.
– А как ты могла быть другого вида, если мы и в самом деле кузины? – спросила она. – По-моему, получается либо одно, либо другое.
Это та тема, которую ты хочешь обсудить? – спросила я. – Поднимем ли мы вопрос о том, являешься ли ты на самом деле человеком? Ответа не последовало. – Переводчик, мы настаиваем на том, чтобы вы признали нашу Значимость.
– Это не мое решение, капитан флота, – сказала, чуть вздохнув, переводчик Зейат. – Такие вопросы должны рассматриваться конклавом.
– Тогда, переводчик, мы настаиваем на конклаве. Тем временем мы требуем, чтобы Анаандер Мианнаи покинула базу Атхоек – вообще покинула нашу территорию, теперь, когда она знает, что ее обращение с нами – потенциальное нарушение договора.
– Вашу территорию! – воскликнула ошеломленная Анаандер. – Это пространство Радча.
– Нет, – сказала я, – это… это Республика Двух Систем. Наша территория включает систему Атхоек и Призрачную систему. Мы оставляем за собой право предъявить в будущем требования и на другие территории. – Я посмотрела на переводчика Зейат. – Если, конечно, такие требования не противоречат договору.
– Разумеется, капитан флота, – ответила переводчик.
– Я никогда не соглашался ни на какую республику, – заявил «Титанит». – И Двух Систем? Это так очевидно и скучно, кузина.
– Тогда временную республику, – исправила я. – И это лучшее, что я могла сделать в столь короткий срок.
– Никакой республики! – воскликнула Анаандер. Происходящее выходило из-под контроля. От радикальных действий ее удерживало – я не сомневалась – только присутствие переводчика Зейат. – Это радчаайская территория, и она была таковой шестьсот лет.
Думаю, это решать конклаву, – сказала я. – Тем временем вы, разумеется, прекратите угрожать нашим гражданам. – Это звучало очень странно на радчааи, но тут уж ничего не поделаешь. – Любой, кому захочется с тобой связаться, может, конечно, это делать. Республика Двух Систем…