Энн Леки – Слуги милосердия (страница 53)

– Теперь мои, – заявила Анаандер с недоброй улыбкой. – И я сделаю с ними, что пожелаю. А если тот вспомогательный компонент не знал, что ядра были в Подсадье, то зачем туда полез?

– Она увидела нечто сломанное, что нуждалось в восстановлении, сказала Сеиварден. Ей так хотелось, чтобы ее голос не дрожал. До сих пор ее поддерживали адреналин и ощущение острой необходимости действовать, но ресурсы быстро истощались. – Так она поступает. И последнее – думаю, это последнее. База? – База ничего не сказала. Администратор Селар тоже молчала. – Вы публично возьмете на себя ответственность за ту ракету, которая вот-вот накроет Подсадье. И условия этого соглашения, и его причина должны быть разосланы но всем официальным каналам. Чтобы, когда вы удалите базу как препятствие к тому, чтобы обращаться с ее жителями так, как вам угодно, и начнется стрельба, они узнали, что вы – вероломное дерьмо, и чтобы об этом узнали все в пространстве Радча. – На последней фразе голос у нее чуть не сорвался. Она тяжело сглотнула.

Тирам молчала целых двадцать секунд. Затем сказала:

– После всего, что я услышала, меня бесит именно это. Неужели вы думаете, что последние три тысячи лет я занималась чем-то иным, кроме пользы для граждан? Что мною движет что-либо, помимо отчаянной надежды сохранить в безопасности пространство Радча и его граждан? Включая и граждан на этой базе?

Сеиварден хотела сказать что-нибудь язвительное, но прикусила язык. Она знала, что если заговорит, то все ее потуги сохранить самообладание пойдут прахом. Вместо этого она принялась размеренно дышать, тщательно соблюдая временные интервалы. База сказала из кабинетного пульта:

– Когда сюда прибыла капитан флота Брэк, она принялась улучшать жизнь моих жителей. Когда прибыли вы, то стали убивать моих жителей. Вы продолжаете угрожать убивать моих жителей.

Анаандер будто и не слышала, что сказала база.

– Я хочу получить ваши коды доступа. – Это было сказано Сеиварден.

Та просто отмахнулась. Сосредоточенность на дыхании успокоила ее достаточно, чтобы ей удалось произнести более или менее непринужденно:

– У меня есть только капитанские коды к «Мечу Настаса». С учетом того, что он мертв уже тысячу лет, не вижу, какой вам в них толк, но – пожалуйста.

– Кто-то изменил множество кодов доступа высокого уровня к базе. Кто-то заблокировал дверь в отсек центрального доступа.

– Это не я, – отрезала Сеиварден. – Ноги моей не было раньше на базе.

Два вспомогательных компонента «Меча Атагариса» стояли все это время неподвижно, как статуи, и хранили молчание. Корабль хорошо знал, кто сменил коды доступа базы. Но ничего не сказал.

Анаандер поразмыслила.

– Тогда давайте сделаем это объявление. И поскольку вы больше не находитесь вне моей сферы полномочий, гражданин Сеиварден, вы и я поднимемся на борт «Меча Гурата» и обсудим вопрос кодов доступа к базе и кто же все-таки управляет вспомогательным компонентом «Справедливости Торена».

Это наконец оказалось чересчур для Сеиварден.

– Вы! – Она указала прямо на Анаандер Мианнаи, это был грубый и злой жест для радчааи. – Не смейте даже упоминать о ней, не говоря уже о том, чтобы делать это в таких выражениях. Вы смеете претендовать на то, что вы справедливы, правильны, действуете на пользу гражданам? Скольким гражданам вы принесли смерть, одна только вы из всех вас и лишь за последнюю неделю? А сколько будет еще? Ваза Атхоек, с которой вы не разговариваете, выглядит много лучше вас. «Справедливость Торена», то немногое, что от нее осталось, вы не признаете, но эта личность – лучше вас. О буфера Аатр, как жаль, что ее здесь нет! – Она почти кричала. – Она не позволила бы вам сделать это с базой. Она не отшвыривает людей в сторону, когда они внезапно становятся неудобными или ради своей пользы. Не говоря уже о том, чтобы называть себя за это добродетельной. – Теперь она уже открыто рыдала и больше не могла говорить. Всхлипывая, выдавила: – Мне нужно отправиться в спортзал. Нет, мне нужно в медчасть. База, тот врач на дежурстве?

– Она может прийти незамедлительно, лейтенант, – ответила база.

Администратор базы Селар сказала в ответ на удивленный взгляд Анаандер Мианнаи:

– Лейтенант Сеиварден была больна. – Ей удалось добавить в голос нотку осуждения: – Ей следует немедленно отправиться в медчасть. Вы можете обсуждать с ней все, что нужно, когда она поправится. Я сделаю заявление с вами, лорд Мианнаи, а потом у базы и у меня очень много дел.

Анаандер Мианнаи с недоверием спросила:

– Больна?

– Лейтенант сегодня не работала по своему усмотрению, – сказала база. – На самом деле ей следовало отдыхать. Врач встревожена моим отчетом о состоянии здоровья лейтенанта Сеиварден и только что предписала недельный отдых и велела ей явиться в медчасть как можно скорее, с помощью службы безопасности, если это необходимо. Не знаю, как вы, но здесь мы относимся к медицинским предписаниям очень серьезно.

И вот тогда «Милосердие Калра» вернулся во вселенную.

Глава 17

Как только мы увидели солнце Атхоека, «Милосердие Калра» попытался найти Тайзэрвэт и Сеиварден. Тайзэрвэт он обнаружить не смог. Отыскал Сеиварден, которая стояла, рыдая, беспомощная: и разъяренная, в кабинете губернатора системы рядом с администратором базы Селар. Анаандер Мианнаи за столом губернатора Джиарод произнесла:

– На борту «Меча Гурата» есть великолепный врач.

Нашел внешние архивы. Извлек из них информацию, показал мне – я сидела в командной рубке – вызывающий головокружение спрессованный поток мгновений: образы, звуки, эмоции. Я с трудом успевала в них разобраться. Но основное я уловила: «Меч Атагариса» выпустил по базе ракету, и она долетит до Садов через восемь часов, Тайзэрвэт и Девять были на борту «Меча Гурата» и больше ничего о них не известно; попытка Сеиварден убить Анаандер Мианнаи потерпела неудачу и, более того, пистолет Пресгер оказался в руках тирана. Но Сеиварден жива, так же как Два и Четыре, которые сейчас в составе аварийной бригады укрепляют секционные двери, окружающие Сады и Подсадье.

В кабинете губернатора системы администратор базы Селар сказала Анаандер Мианнаи:

– Здешний врач уже знаком с историей болезни лейтенанта Сеиварден. Вы, несомненно, не допускаете, что она каким-то образом сбежит?

Сеиварден всхлипнула. Вытерла глаза тыльной стороной ладони в перчатке.

– А пошла ты!.. – сказала она. И повторила: – А пошла ты! У тебя есть все, что ты хочешь. От меня ты ничего не получишь, потому что у меня этого нет.

– У меня нет «Справедливости Торена», – отреагировала Анаандер.

– Что ж, это твой собственный чертов промах, не так ли? – ответила Сеиварден. – Я с тобой закончил. Иду в медчасть. – Она повернулась и вышла из кабинета.

– «Титанит», – сказала я, все еще сидя в командной рубке и продолжая смотреть вполглаза на образы из тех архивов, которые показывал мне корабль. – Где ты находишься на самом деле?

– В своей койке, – ответил «Титанит», «Милосердие Калра» передал его слова мне в ухо. – Где же мне еще быть?

– «Меч Атагариса» выстрел ил по базе. Узурпатор планирует заменить базу Атхоек другим процессорным ядром ИИ, и, кажется, никто не в состоянии удержать ее от полного уничтожения базы. Где ты? Ты достаточно близко, чтобы помочь?

Вероятно, «Титанит» ничего не был способен сделать, даже если и находился близко, но Анаандер никак не могла этого знать. «Титанит» мог, по крайней мере, выглядеть очень грозно.

– А ты можешь выиграть время, кузина? – пришел ответ «Титанита». – Несколько лет, например?

– Корабль, – сказала я, не отвечая «Титаниту», – скажи «Милосердию Илвеса», что пришло время выбирать, на какую сторону встать. Дай понять ему и его капитану, что оставаться в стороне больше нельзя.

Любое действие, которое предпримет сейчас «Милосердие Илвеса» – или не предпримет, – будет его выбором, хотят ли этого корабль и его капитан или нет.

Корабль сказал мне в ухо:

– Что, если он решит поддержать лорда Мианнаи?

– А что, если нет? – спросила я. – Обязательно сообщи ему, что тиран планирует сделать с базой. Дай ему знать, что у нее есть еще два процессорных ядра. – «Меч Атагариса» уже наверняка об этом подумал. – Пошли то же самое капитану флота Уэми и флоту Храда.

Они на расстоянии целого шлюза. И вероятно, сейчас они уже во Дворце Тстур и полагают, что присутствие Анаандер здесь ослабило ее хватку там.

Наше послание «Милосердию Илвеса» достигнет его не раньше чем через час. Его ответу – если он соизволит его дать – понадобится еще час, чтобы дойти до нас. И если этот ответ придет, то может оказаться, что он не в нашу пользу. Флот Храда получит наше сообщение только через несколько часов, и в лучшем случае ему до нас – несколько дней пути. Лучше действовать так, как будто мы одни.

О, те славные дни, когда я была кораблем! Когда любое мое перемещение в связи с боевыми действиями совершалось в присутствии целых флотов, и не номинальных, не каких-нибудь трех-четырех «Милосердий» и, может, «Меча». Дюжины и дюжины кораблей, и я – лишь одна среди них, переносящая тысячи тел. Как «Справедливость Торена», в одиночку я могла бы одолеть и оккупировать базу Атхоек без особых усилий. В те дни это было проще, потому что не имело значения, кого мы убивали и в каких количествах. Тем не менее я (как давным-давно погибшая «Справедливость Торена») могла бы, вероятно, взять под контроль базу Атхоек в течение считаных часов, с очень небольшими потерями.