Энн Леки – Слуги милосердия (страница 47)

Звук рвущейся ткани.

– Не будете ли добры позволить мне снять вашу куртку, мой лорд?

Несмотря на охвативший ее ужас, а возможно, благодаря ему, Амаат Четыре не обратила внимания на раздавшийся смех, она узнала звук открываемой аптечки. Два сказала очень тихо:

– О, теперь ты носишь аптечки.

– Есть несколько способов, которыми я могла бы убить тебя. – Это голос другого сегмента, раздавшийся ближе к двум Амаат, чем тот, что говорил с лордом Радча. Очень тихо: – В броне или нет.

– База! – Анаандер либо не обращала внимания на этот обмен репликами, либо не слышала его. – Хватит игр. Ты меня слышишь?

Тишина длилась секунды три, а затем база сказала:

– Я была вполне довольна, пока ты не стала угрожать моим жителям.

Внизу, на площади, стоя на оставшейся секции окна кабинета, «Меч Атагариса» сказал, не сводя пистолета с Сеиварден:

– Кажется, база кончила притворяться.

– Это не я угрожала, база! – В голосе Анаандер звучали недоверие и злость. – Я старалась обеспечить безопасность твоих жителей. Старалась, чтобы все здесь было спокойно и под контролем, после того как вспомогательный компонент тут так набаламутила. А потом… – Пауза. Возможно, она сделала какое-то движение рукой, но Амаат могли видеть только коричневые, с золотой крапинкой, плитки пола. – Все это. Чего ты от меня ожидаешь? Что я позволю толпе захватить главную площадь?

– Это не толпа, – ответила база. – Это жалоба. Граждане имеют право жаловаться администрации. – Тишина. Потом база сказала: – Капитан флота Брэк поняла бы.

– А! – отреагировала Анаандер. – Вот оно что. Но ведь это не вспомогательный компонент держит тебя под контролем. Ни при каких обстоятельствах мой враг не дал бы ей такой возможности. Итак, кто же это? И она все еще здесь? Быть может, она смогла вскрыть твой отсек центрального доступа?

– Никто не может вскрыть мой отсек центрального доступа, – сказала база. – Попробуй пробейся.

– Было бы легче уничтожить всю базу и построить снова, – ответила Анаандер. – На самом деле чем больше я думаю, тем больше мне правится эта идея.

– Ты так не поступишь, – сказала база. – Можешь просто сдаться капитану флота. Я не собираюсь выпускать тебя из этой комнаты, ты убьешь единственный экземпляр себя в нашей системе. Что, вообще-то, интересная мысль. И чем больше я думаю, тем больше мне нравится эта идея. Мне понадобится лишь запустить пожарозащитные системы в кабинете губернатора.

– Ты бы уже сделала это, если бы могла, – ответила Анаандер. – Может, если бы ты была кораблем. Но ты не корабль. Ты не можешь заставить себя намеренно убить кого-нибудь. Я же, со своей стороны, лишена таких угрызений совести.

– Я уверена, что гражданам на планете будет интересно это услышать. Или на внешних станциях.

– О, нас опять по новостям показывают? – В голосе Анаандер прозвучала горечь.

– Мы можем там оказаться, если хочешь. – Голос базы был спокойным и невозмутимым.

– Итак, в тот раз это случилось не непреднамеренно, как ты заявляла. И прекратилось не потому, что я ввела верный код доступа.

– Нет, – ответила база. – Я солгала об этом.

Внизу, на площади, все так же в пространстве между секционными дверями, Сеиварден не поняла, что имел в виду «Меч Атагариса», заметив, что база кончила притворяться. Она сказала «Мечу Атагариса»:

– Так что за история с теми процессорными ядрами ИИ?

– Я‑то ожидал, что ты знаешь о них лучше меня, – ответил «Меч Атагариса». – Не за этим ли вы сюда пришли? Не потому ли «Справедливость Торена» отправилась прямиком в Подсадье почти сразу же, как здесь появилась?

– Нет, – возразила Сеиварден. – Так они находились там? – А затем, подумав, добавила: – Так ты поэтому был так… увлечен обеспечением безопасности в Подсадье?

– Нет.

– Тогда чьи же они? – «Меч Атагариса» промолчал. – Буфера Аатр, а нет ли тут третьей ее части?

– Не знаю, и мне все равно, – ответил «Меч Атагариса».

– А что она собирается с ними делать? Строить корабли? Это занимает многие месяцы – нет, годы.

– Нет, если корабль уже построен, – поправил «Меч Атагариса».

Наверху, в кабинете губернатора, Анаандер говорила:

– Итак, мы в тупике.

Возможно, нет, – сказала база. Амаат Два и Амаат Четыре все еще лежали лицом вниз на коричневых с золотом плитках, все так же слушая. – Если я правильно понимаю капитана флота Брэк, твой спор – не со мной и не с кем-то из моих жителей, он – с тобой же самой. Это не мое дело. Оно становится моим, только когда ты угрожаешь безопасности моих жителей.

– Что ты предлагаешь, база? – прозвучало настороженно, с оттенком злости.

– У тебя нет причин заниматься управлением этой базы. С такими вопросами должным образом справляемся мы с администратором базы Селар. – Тишина. – Что касается «Меча Гурата» и «Меча Атагариса», то их не желают здесь видеть. Я понимаю, что «Меч Гурата» нуждается в ремонте и припасах, и что его офицеры хотят время от времени выйти, и что офицера в таких случаях почти всегда сопровождает вспомогательный компонент, но я не позволю целым подразделениям вмешиваться в мои действия или изводить моих жителей.

– И что я получу в обмен на эти уступки?

– Ты получишь возможность жить, – сказала база. – Ты получишь возможность остаться в этой системе. Ты получишь назад подразделения «Меча Гурата», которые сейчас в ловушке, пока я не сочту возможным поднять секционные двери. И ты получишь место, где твои корабли смогут покупать припасы.

– Покупать!

– Покупать, – повторила база. – Я не могу позволить себе притвориться, что я или мои жители получим какие-нибудь выгоды от провинциального дворца, по крайней мере в обозримом будущем. С учетом обстоятельств. И я не могу позволить тебе выкачать из этой системы все ресурсы и ничего не давать взамен. Особенно когда, обеспечивая тебя припасами и услугами, я потенциально становлюсь мишенью для твоих врагов. – Молчание. – Чтобы показать тебе свою добрую волю, я не стану выставлять тебе счет за ликвидацию пятерых мертвых вспомогательных компонентов «Меча Гурата», которые пытались пробиться в мой отсек центрального доступа. Можешь не беспокоиться за их офицера, она вышла в туалет, когда опустились секционные двери.

– Я поняла тебя, база, – сказала Анаандер. – Прекрасно. Мы можем заключить сделку.

Глава 15

Войдя в кабинет губернатора с сегментом «Меча Атагариса» на спиной, Сеиварден первым делом заметила двух своих Амаат, лежавших лицом вниз на полу, со связанными руками. Их броня все еще была развернута, и потому лейтенант поняла: они живы. Сеиварден испытала облегчение, но ненадолго, потому что тут же увидела Анаандер Мианнаи, стоявшую с грозным видом за столом. Без рубашки, с восстановителем на плече.

Выражение лица Анаандер сменилось на язвительное удивление.

– Сеиварден Вендааи.

Через окно, лишенное стекол, были слышны голоса с главной площади – переговаривались друг с другом врачи, кто-то рыдал.

– Для вас – лейтенант Сеиварден, – сказала та, и ей удалось вложить в эту фразу больше отваги, чем она ощущала на деле.

Сейчас, когда действия остались в прошлом, она ощущала упадок сил. Вспомогательный компонент «Меча Атагариса» вышла из-за ее спины и положила на стол пистолет Пресгер. Шагнула в сторону.

Опустив взгляд, Анаандер смотрела, как пистолет приобрел ту же бледно-желтую окраску, что и поверхность стола. Ее лицо лишилось всякого выражения.

Сеиварден захлестнуло отчаяние, – после того как она выпала из окна, его сдерживали адреналин и необходимость срочных действий. Она знала меня достаточно хорошо, чтобы понимать: я не шутила, когда сказала, что, вероятно, не проживу достаточно долго, чтобы простить ее, если она лишится пистолета. Знала, что это значит: то, что теперь он – у Анаандер Мианнаи.

Анаандер взяла пистолет. Потерла его пальцами в перчатке, чтобы он принял простой темно-серый цвет. Осмотрела его.

– Это, – сказала она, очень интересно. – Сеиварден молчала. Анаандер продолжила: Насколько мне известно, есть только двадцать четыре таких, и местонахождение каждого известно. И каждый из них помечен опознавательным номером, но этот, – она сделала паузу, – нет. – Она посмотрела на Сеиварден. – Где вы его взяли?

– Двадцать пять, – сказала Сеиварден.

– Что?

– Двадцать пять. На Гарседде все считали пятерками. Пять главных грехов, пять правильных действий, пять общественных классов, пять основных преступлений. Возможно, пять видов пука. – На это Анаандер приподняла одну бровь. – Если вы не искали тот двадцать пятый пистолет, то должны винить только себя.

– Я искала, – сказала Анаандер. – Я с трудом верю, что вы нашли его, а я – пет.

Сеиварден движением руки показала, намеренно дерзко, что ей безразлично, хотя не ощущала той смелости, которую подразумевал ее жест.

– Где вы это взяли?

– Капитан флота дала его мне.

– Итак, мы подходим к этому, – сказала Анаандер напряженно и решительно. – Кто управляет вспомогательным компонентом?

– Для вас это «Справедливость Торена», – заявила Сеиварден совершенно ровным голосом, хотя внутри у нее все кипело, – если вы действительно не можете заставить себя признать ее надлежащее звание. И вам повезло, что я не расхохотался вам в лицо сейчас, когда вы предположили, что ею может кто-нибудь управлять, кроме нее самой.

Вы знаете так же, как и я, что вспомогательные компоненты не управляют сами собой. Даже корабли не управляют сами собой. – Анаандер окинула Сеиварден оценивающим взглядом. – Что ж, лейтенант, думаю, мы продолжим с вами этот разговор на борту «Меча Гурата».