Энн Кэродайн – Проклятие зверя (страница 2)
Посовещавшись, и поняв, что своими силами им с чудовищем не справиться, старшие мужчины стали искать тех, кто уже встречался с проклятым чудовищем.
Аддерли, умевший собирать все сплетни, домыслы и истории вокруг себя, расслышал об этой истории, и вскоре Рик Хауард наткнулся на группу охотников.
Почти старик и две молодые девушки. Их жизнь была странной, и не той, о которой хочется рассказывать. Для многих, встречавшихся на пути, Шон был чудаком, расспрашивающим о греховном, о том, что церковь не одобряла, и живущим лишь по собственной, особенной вере. Он научил этому и воспитанниц: как распознать порожденных тьмой чудовищ, как упокоить тех, кто и дышать-то уже разучился, и главное, как молчать о своем занятии, чтобы вовремя увернуться от когтей зла.
Мишель лучше запахнула плащ и села на разваливающиеся ступеньку крыльца: нужно было немножко подождать, обдумать. Все же Шелли сомневалась, что виноват в нападениях именно оборотень. Она встречала подобного зверя всего лишь раз, и знала о них со слов Аддерли все, что знал он, и тот случай оставил странное чувство, словно осадок, что они убивали не чудовище, а человека. Она помнила те, горящие гневом и голодом, глаза, она помнила и то, что зверь не нападал первым, словно давал им шанс уйти, не хотел сражаться. Но Шон хорошо приучил девочек не верить никому кроме него и самих себя, и уж тем более всякой нечисти.
Из дома послышались голоса, и Мишель стала вслушиваться.
«Рэйчел… Может она права?» – промелькнула у нее мысль. Она, как и Шон, уже привыкла к новому имени Рашель: старый ирландец звал их на свой, удобный ему манер. Только свое имя девушка отстаивала, потрепав старику нервы. Ей слишком дорого было имя, данное матерью. – «Может пора заканчивать с этой охотой?»
Но что тогда им останется? Чем она будет заниматься, если не истреблять эту нечисть. Другого занятия Мишель для себя не видела и не хотела видеть. Слишком уж она привыкла к кочевой жизни, к особенному пониманию свободы. Ей нравилась та безопасность, которую дает молчание. Чем меньше люди о тебе знают, тем лучше. А их группа никогда не задерживалась долго на одном месте.
И все же мнение сестры не было для нее пустым звуком.
Дверь за спиной открылась, но Мишель не обернулась, понимая, что сейчас услышит.
– Шелли, – позвала Рэйчел.
– Что? – та пожала плечами.
– Прости, что не смогу пойти с тобой, – сказала Рэйчел, помедлила и добавила: – Будь осторожна, даже обычный голодный волк…
– Хватит уже, – Мишель отмахнулась. – Со мной ничего не случится, – она осеклась под взглядом сестры. Укор читался в серых глазах Рэйчел – та никогда не понимала беспечности сестры в таком опасном деле, как охота.
Внезапно раздался приглушенный вой, и обе девушки обернулись в сторону леса. Они буквально почувствовали рядом некое присутствие, точно на них обратили внимание.
– Мне пора. Иди спать и отдохни, как следует, – Мишель выпрямилась, покрепче перехватила ружье, подумав и о кинжале в правом сапоге. Через секунду услышала, как сзади скрипнула дверь, и вздохнула. Она ненавидела задушевные разговоры.
Инстинкт подсказывал ей верное направление. Аддерли часто с гордостью отмечал, что у Шелли талант к охоте, словно что-то внутри нее подсказывало как и с чем лучше справиться, как отыскать отродье и покончить с ним.
Вот и сейчас Мишель напряженно ступала, прислушиваясь к каждому шороху. Оружие было наготове, а ночной лес шуршал, настороженно приглядываясь к ней.
Сзади послышался хруст веток, и Мишель резко развернулась, старательно вглядываясь в темноту. Тьма подшутила над ней, не раскрывая секретов.
– Ну же, давай, звереныш, покончим с этим быстро – я очень хочу лечь спать, – пробормотала девушка, втягивая воздух носом.
Да, она была права – зверь совсем рядом, и в подтверждение раздался приглушенный рык. Тихий, и будто вопрошающий. И словно что-то поменялось, внутренний голос Мишель чертыхнулся от понимания.
Она остановилась, концентрируясь на звуке, пытаясь сообразить с какой стороны он раздался. Не в первый раз на охоте, умела отгонять страх, но, черт возьми, от этого рыка у нее мурашки ползли по спине. Зверь выжидал, присматривался к ней, имея на то возможность, в отличие от нее.
Мишель кружила, держа ружье наготове, допуская мысль, что зря расслабилась и согласилась пристрелить волчонка одна. Она не была набожной, но в этот момент ей захотелось, чтобы кто-то присмотрел за ней.
Прикидывая на случай пути отступления, девушка осторожно ступала спиной вперед.
И тут он вышел: громадная зверюга, и вовсе не волк. Шерсть вздыблена, и в темноте кажется чернее бездны. Лапы широко расставлены, когти врываются в землю в предвкушении вцепится ей в плоть. Зато глаза – Мишель не забыть такие. Алые, с большим черным зрачком, но человеческие. Зверь неотрывно смотрел на нее, и оскаленная пасть, – Мишель готова была спорить, – улыбалась ей.
Друг против друга, момент тянулся слишком долго.
Мишель чуть склонила голову, зверь прищурился, подавшись корпусом вперед.
– Ну вот и познакомились, – пробормотала девушка и выстрелила.
– Ты слышал? – встревоженно спросила Рэйчел.
Шон промолчал. В очередной раз он жалел, что уже не так молод. Недавнее ранение в ногу подвело его на это раз. Прихрамывая, он не мог выслеживать своих жертв, иначе сам бы в нее превратился.
– Только бы все было в порядке, – умоляюще произнесла девушка, вглядываясь в окно.
Шон угрюмо посмотрел на воспитанницу. Иногда Рэйчел чересчур поддавалась эмоциям и любила понервничать. Но сейчас что-то она уж больно тревожилась. Если он ошибся, и это совсем не волк…
– Зря я не пошла, – вздохнула младшая из сестер.
– Прекрати, Рэйчел.
Шон встал и подошел к двери. Открыв ее, он взглянул в темноту: больше ни каких звуков, ни криков, ни выстрелов. Мужчина зажег фонарь и повесил его на прогнившую балку. На всякий случай, чтобы Шелли не сбилась с пути.
Пуля попала в цель, но ранение не стало для оборотня смертельным, лишь еще больше разозлило его. Зверь громко взвыл и кинулся на обидчицу.
С одним ружьем справиться будет тяжело, и девушка это прекрасно понимала. Ее первая ошибка на охоте, они с Аддерли облажались, но вовсе не хотелось, чтобы кончилась все плачевно. Сумев увернуться, споткнулась, зарывшись руками в листву. Затем вскочила, оглянувшись на оборотня и побежала. Удар с боку повалил Мишель на землю, волосатая морда и оскаленные клыки остановились в нескольких сантиметрах от ее лица. Алые глаза буравили Мишель, не торопясь заканчивать нападение. Тяжелое дыхание обжигало ее. Девушка яростно смотрела на зверя, пользуясь передышкой, оценивая свои шансы. Ружье упало от удара, отскочив совсем недалеко. Если бы только дотянуться… Мишель шарила рукой, не понимая, почему зверь еще не оторвал ее. Еще чуть-чуть… Есть!
Со всей силы она ударила оборотня ружьем по морде. Пытаясь быстро выбраться из-под него, оскальзываясь, она одновременно старалась взять его на прицел. Руки у нее тряслись, от того Шелли злилась сама на себя.
И в тот момент, когда с раздирающим рыком зверь в последний раз бросился на Мишель, ружье не выстрелило.
– Мишель! – Крик Рэйчел разносился по округе, тревожно оседая на острых верхушках елей. Она выстрелила в воздух, на всякий случай: чтобы отпугнуть нежеланных гостей. – Мишель!
Девушка ближе подошла к лесной полосе. Деревья вздымались к небу, плотно прижимаясь друг к другу молчаливыми свидетелями. Где же сестра?
«С ней все должно быть в порядке! Просто обязано!» – мысли вихрем проносились в голове Рэйчел.
– Мишель! – снова повторила она.
Это имя. Этот миг. Миг потерять близкого человека. Рэйчел боялась его, и не знала, что будет с ней, если не станет сестры. Четыре года назад Мишель чуть не умерла. А все из-за того же – она рисковала собой, не допуская мысли, что что-то может пойти не так. И вот теперь снова.
Нет, нужно идти за ней, нужно искать, Рэйчел сердцем чувствовала, что-то случилось. Решительно развернувшись, чтобы захватить оружия и убедить Аддерли, Рэйчел услышала позади неясное движение почти незаметное. Она ненавидела охоту, ее поражал тот мир, что рождала тьма. И каждый раз, вскидывая ружье или клинок, внутри у нее все сжималось до крошечной ледяной точки, после которой она сама становилась ближе к этой тьме.
Прозвучал хриплый кашель, и, пошатываясь, из черноты леса вышла Мишель. Волосы всклочены, на щеке широкая царапина от падения. Плащ ее был подран и сбоку пропитан кровью. Рэйчел сразу реагировала на этот запах, смесь железа и обреченности.
Подскочив к сестре, без лишних вопросов, закинула руку той себе на плечо, помогая двигаться. Вина и злость захватили ее сердце.
– Что нам теперь делать? – тихий голосок Рэйчел дрожал.
– Посмотрим. Подождем и посмотрим по ситуации. – Шон не находил себе места. После того, как зашил раны Мишель, он стал суетится в комнате, убирая окровавленную воду и тряпки, подготавливая компрессы и чистые перевязи.
Мишель недвижно лежала на кровати. Тусклый свет фонаря освещал ее бледное лицо. На лбу снова выступил пот, и Рэйчел заботливо промокнула чистой влажной тряпочкой.
Уже несколько минут, как Шелли пришла в себя, слышала разговор, но не подавала виду. Говорили о ней, а потому она вслушивалась в каждое слово, хотя боль жутко мешала. Все ее тело горело, особенно левое плечо. Но больше ее встревожили слова Шона. В голове шумело, и Мишель никак не могла сообразить, что он имел ввиду.