Энн Кэродайн – Чета из Клана. Легенда двух (страница 18)

Алма же осталась в зале, принесла извинения и занялась провожанием гостей. Бал не было смысла продолжать. Объявление о помолвке вышло не таким, как они с мужем предполагали, но все же теперь было известно всем, что Дамьян являлся прямым законным наследником, а Катрин его невестой со всеми привилегиями будущей Матери Клана. Скоро она сменит в этом титуле Алму, но женщина не была против этого. Лишь бы все прошло без осложнений, и Клан остался таким же сильным и могущественным.

Прощаясь с одним из гостей, Алма подумала, как тяжело ей было снова видеть Мелиссу. Она любила ее как дочь, понимала как мать, хотела ей помочь, но как и Дамьян была не в силах переступить древние законы, на которых держались столетиями все Кланы. Сейчас Алма с облегчением подумала: это к лучшему, что Драгнера не было в зале – когда начался сам званый вечер, она попросила няньку увести его. Мальчик бы побежал к Мелиссе, и сцена предстала бы не из лучших… Им обоим бы сделали еще больнее…

Алма покачала головой, размышляя, как же решат на этот раз судьбу Мелиссы. Она переживала и особенно волновалась за Кассиана. С его взрывным нравом, она боялась, как бы он не натворил чего-нибудь, за что пришлось бы ему расплачиваться.

***

Тем временем вампиры, входящие в Совет, молча дошли до гостиной. В ней было темно и тихо. Дамьян, сохраняя спокойствие, разжег камин и прислушался к его веселому потрескиванию. Однако атмосфера в комнате была очень напряженной и нисколько не соответствовала уютной обстановке. Когда дверь за последним вампиром закрылась, Дамьян развернулся к присутствующим. Астин хмуро взирал на Кассиана с Мелиссой, Домиан был недоволен, что ему начал указывать такой молодой и еще, по его мнению, не смышленый вампир, Катрин была спокойна, но внимательна ко всему происходящему. Мелисса до сих пор держалась брата, поглядывая то на Астина, то на Дамьяна. Остальные двое старейшин скрестили руки впереди себя, их лица были холодными и непроницаемыми.

– Теперь, когда мы в тесном кругу, без посторонних глаз, мы можем обсудить непредвиденное сегодняшнее обстоятельство. – Произнес Дамьян, обращаясь ко всем.

– Совет не в полном составе, мы не сможем вынести свое решение, – тут же возразил один из старейшин. Его звали Гилберт.

– А мы ничего и не будем решать, мы только уладим возникшую ситуацию. – В тон ему ответил Дамьян.

Домиан Фэриус фыркнул, показывая все свое пренебрежение к словам наследника.

– Вас что-то не устраивает, Домиан? – осведомился Дамьян.

– Скорее то, что в последнее время законы отводят на второй план, ставя выше свои личные интересы, – сказал старейшина.

– Будто у тебя нет своих интересов. Всю жизнь мечтаешь вписаться в нашу семью! – не удержался Кассиан.

Фэриус плотно сжал губы, которые стали еще бледнее. На его лице появилась паутина морщин.

– Тебе ли говорить об этом, мальчишка! Тебя вообще ничего не интересует кроме своих глупых развлечений! – гаркнул он, сжимая кулаки. Он всегда недолюбливал Кассиана, впрочем как и тот его, и не выносил, когда ему дерзят.

– Прекратите оба! – взорвался Астин. – Ваши пустые слова сейчас ни к чему! – он прошелся по комнате и, обойдя один из диванов, встал позади него, вцепившись руками в его спинку. – Мелисса, тебе ясно было сказано – не появляться в этих землях, тебя изгнали из Клана и запретили воспитывать Драгнера. К чему попытки что-то вернуть? Второго шанса тебе не дадут. – Астин вперил в женщину ледяные глаза и ждал от нее ответа.

– Я ничего не отрицаю, отец, – воскликнула Мелисса, – и не вернулась бы сюда… но лучше бы сразу развеяли мою душу по ветру, чем так наказывали!

Астин отвернулся. Ему тяжело было ее слушать, особенно, когда она все еще считала его отцом.

– Тебе повезло женщина, что твой смертный оказался Посвященным, иначе обоим вам не избежать было смерти. Но непослушание второй раз ведет за собой серьезные последствия! – произнес Гилберт.

– Я не претендую ни на что! Вы даже не дали мне объяснится тогда! – Мелисса взмахнула руками. – Но что я могла сделать с собой… Я люблю его и не отказываюсь от этого. Возможно, это и считается грехом, но он ни в чем не виноват! Тайну нашего существования никто не узнал, так в чем нарушение закона? От всех привилегий я отказываюсь, но лишь позвольте видеться мне с сыном!

– Такого я никогда еще слышал! Или ты хочешь, чтобы твоего сына тоже считали изгоем, женщина?! – воскликнул Домиан.

– Драгнер прямой наследник престола после моих сыновей, – возразил Астин.

– Но и она была когда-то вашей дочерью! И что же? Она предпочла вернуться к своей смертной натуре, пусть и в новой дарованной ей жизни. – Домиан настаивал на своем, и Астин не мог опровергнуть его слова. Он был главой Клана, выносил последнее слово, но в его принятие должны были участвовать все старейшины Совета.

– Дамьян, прошу тебя… – Мелисса повернулась к брату. – Ты знаешь, что Драгнер единственное, что у меня есть… Моя вина лишь в том, что Брен оказался смертным, но Посвященным! Я хотела сегодня увидеть сына, мне даже не дали попрощаться с ним… – Мелисса зарыдала и упала на колени. – Хотела незаметно… всего лишь взглянуть на него…

Дамьян тяжело вздохнул, подошел к ней и протянул руку.

– Встань, Мелисса, не нужно… Успокойся, – он помог ей подняться. Сестра утерла ладонью слезы и умоляюще посмотрела на брата.

Она знала, что Дамьян может повлиять на решение, может хотя бы чуточку изменить его… Кассиана же никто не станет слушать, она понимала это.

Дамьян отвел глаза, ему было не по себе. Он вспомнил, как племянник спрашивал его о маме, как грусть застывала в его глазах, когда он думал о ней…

Кассиан подошел к Мелиссе и обнял ее за плечи. Он выразительно посмотрел на Дамьяна, думая, что неужели тот никак не поможет после этих рыданий и чувств, что вырвались у сестры наружу. Но у остальных присутствующих они не вызвали никаких эмоций.

– Когда мы с Кассианом вернулись из Ирландии, то были неприятно удивлены, что Совет принял решение об изгнании нашей сестры без нас, – холодно произнес Дамьян, переводя взгляд с Астина на Фэриуса и остальных вампиров. – Особенно если учесть то, что мы тоже входим в Совет. Однако, сейчас, почему-то Гилберт, вы вспомнили, что без полного состава решения не принимаются. Или, быть может, вы не хотите считаться с нашим мнением? Думаете, что оно не так важно, как ваше? – его тон стал резче.

Гилберт промолчал, а Домиан прищурил глаза, вслушиваясь в слова наследника. Астин не стал прерывать сына, внимательно наблюдая за ним.

– Тем самым я выношу наше с братом решение по этому поводу. И думаю, вы будете обязаны принять его, а Отец Клана согласится с ним. – Дамьян выдержал паузу, уверяясь, что все внимание приковано к нему. – Мелисса никому не выдавала тайну. Она добровольно отказалась от наследуемого престола и титула рода де Ансаре. Она всегда следовала законам Клана до изгнания из него. И думаю, она справедлива, когда заявляет о своих правах матери на ребенка. Драгнер очень мал и он нуждается в ней. Максимум два визита в месяц и это будет куда лучше, чем тайные вылазки и подтверждение опасности как ее самой, так и ребенка. На это время ей разрешается находиться в родовом замке и принимать полное участие в воспитании Драгнера.

Дамьян замолчал, и в гостиной на несколько минут воцарилась тишина. Кассиан обвел всех испепеляющим взглядом. Он подумал, что если сейчас старейшины не примут слова Дамьяна, он точно не будет сдерживать себя и плюнет на все приличия, только ради того, чтобы как следует вправить им всем мозги.

Но, кажется, никто не собирался возражать.

– Так кто за это, господа? – спросил Астин, обращаясь к вампирам.

Старейшины подняли медленно руки, соглашаясь. Последним приподнял ладонь Фэриус, недовольно вздохнув.

– Отлично. Я знал, что наш Совет все еще остается справедливым, – холодно улыбнулся Дамьян.

Астин кивнул и махнул рукой:

– Думаю, теперь мы можем разойтись. Чуть позже я пошлю вам весточку, когда следует собраться вновь.

Старейшины поклонились и направились к дверям. Фэриус задержался на мгновение, чтобы гневно взглянуть на братьев, и тоже вышел из гостиной, небрежно захлопнув дверь так, что раздался громкий стук. Видимо, сегодня его мнение о прилежности и почитании традиций Дамьяном изменилось, и не в лучшую сторону.

– Пойдем, Мелисса, – Кассиан потянул за руку сестру, тоже собираясь покинуть комнату.

Женщина взглянула на Дамьяна и, освободившись от объятий Кассиана, подошла к нему.

– Спасибо… – тихо произнесла она, с благодарностью глядя на брата. Она порывисто обняла его. Дамьян немного смутился, но медленно положил руку на ее спину.

– Меня не за что благодарить, – прошептал он ей на ухо. – Иди, Дарни ждет тебя.

Мелисса снова всхлипнула, кивнула и направилась за Кассианом. Тот заботливо приобнял ее, не желая отпускать, и вывел из гостиной. В комнате осталось только трое – Астин, Катрин и Дамьян.

Отец прошелся по гостиной взад-вперед, скрестив руки на груди. Он что-то обдумывал, качая головой. Наконец, сорвал с себя белоснежный воротник, что был аккуратно уложен, и швырнул его на пол.

– Проклятье! – выругался он. – Такой вечер был испорчен! Теперь эта новость о Мелиссе будет кочевать каждый день как сплетни из уст в уста! – Астин хлопнул ладонью по спинке дивана и раздался легкий скрип.