Энн Грэнджер – Окликни мертвеца (страница 11)
– Очень хорошо, – сказал он. – А когда вы вернулись домой с собрания вязального кружка?
– Около половины десятого. Мы встречались в «Короне». – Чтобы суперинтендент не вообразил веселую пирушку, миссис Флак поспешно добавила: – В салоне наверху. Нам чай подали. Вот и все. Печенье сами принесли.
– Домой пешком шли? Путь неблизкий.
– Доехала в своей малолитражке. – Она замолчала, крутя обручальное кольцо на безымянном пальце левой руки.
– Не заметили ничего особенного, проезжая мимо Тюдор-Лодж? – осторожно поинтересовался Маркби. Подобный наводящий вопрос адвокату не разрешили бы задать в суде, но что-то в поведении собеседницы потребовало его поставить. Она не знает, с чего начать, значит, надо ее подтолкнуть.
Миссис Флак наклонилась к нему и торопливо заговорила:
– Ну, когда вы спросили, я вспомнила… совсем забыла после утренних событий, приезда полиции и прочего. Может, ничего особенного. Очень глупо, а ведь я не глупая женщина…
– Разумеется. У вас здравая голова, поэтому мне хочется услышать, – перебил ее Маркби.
– Ну, тогда… – Миссис Флак разгладила фартук. – Кое-что было. То есть одно я видела, другое слышала, только не одновременно. Видела какую-то девушку. Она шла по тротуару совсем одна поздним вечером. Я проехала мимо нее прямо перед Тюдор-Лодж. Подъехав к своему дому, оглянулась, никого не увидела. Девушка исчезла. Может, к усадьбе свернула…
Маркби постарался скрыть вспыхнувший интерес.
– Описать можете?
Миссис Флак усомнилась.
– Я ее мельком видела. Волосы длинные, брюки или джинсы… Шла уверенно, целенаправленно. А куда? Куда направлялась так поздно? Ни в один дом поблизости не заходила, могу точно сказать. Хотя… – Она встрепенулась. – Миссис Пенхоллоу не просила меня приготовить постель. А кто-то постелил ее в комнате Люка. Я утром заглянула… дверь была открыта… простыни расстелены… может, сама миссис Пенхоллоу позаботилась… Когда мальчик запаздывает или у нее болит голова,
– А другое? – сочувственно спросил Маркби, пока она промокала глаза.
– Что? – Миссис Флак заморгала и спрятала платок. – А… Я легла в постель и услышала странный крик. Даже не вопль, а какой-то визг. То ли из телевизора у соседей, то ли лис тявкнул, то ли хулиганы бродят по городу. Взглянула на будильник – десять с небольшим.
Маркби осмыслил информацию. Прескотт расспросит, что слышали жители соседних коттеджей. Он вернулся к вопросу о девушке.
– Наверху не было никаких вещей, которые оставили бы гости? Никого больше не было в доме?
Вновь последовала пауза, после чего миссис Флак решительно тряхнула головой.
– Никаких вещей не было. Хотя… утром на кухонном столе стояли две чайные чашки. По-моему, мистер Пенхоллоу наливал чай себе и жене.
Маркби уточнил с ёкнувшим сердцем:
– А где эти чашки?
– Я их вымыла, – объявила миссис Флак, как и ожидалось. – Никогда не оставлю грязную посуду на кухне.
Очень жалко, подумал, но не сказал Алан. Все-таки собеседницу что-то определенно беспокоит, она хочет сказать и боится… Чего? Недоверия или насмешки?
Он придвинулся к ней.
– Миссис Флак, что еще вас тревожит?
Женщина бросила на него отчасти виноватый, отчасти облегченный взгляд.
– Вы признали меня здравомыслящей. Не хочу портить благоприятное впечатление. – И нервно фыркнула, как девчонка.
– Что бы вы ни сказали, мое впечатление не испортится, – заверил ее Маркби.
Миссис Флак вспыхнула.
– Ну… фактически… мне на секунду взбрела в голову глупая мысль. Девушка как бы… просто исчезла. Знаете, есть старая легенда об этом доме…
– А, привидение, – вздохнул Маркби. – Помню, кто-то о нем мне недавно рассказывал.
– Значит, слышали, – с явным удовольствием заключила она. – Тогда объяснять не придется. Обычно я не обращаю внимания на всякие суеверные байки. Я достаточно практичная. Только иногда ничего не поделаешь. Как-то вечером я задержалась – у Пенхоллоу был большой званый ужин. Вышла на помойку около девяти и могла бы поклясться, что кто-то стоял у меня за спиной. Оглянулась, смотрю – никого. Хотя ощущение было реальное. – Она тряхнула головой. – Когда рассказала об этом, мистер Пенхоллоу меня высмеял.
Маркби уселся удобнее и поразмыслил.
– Давно это было?
– С полгода назад. Если не ошибаюсь, в прошлом октябре. Правильно, перед Хеллоуином[7], поэтому мистер Пенхоллоу сказал, наверно, ребятишки дурака валяют. Однако никаких ребятишек поблизости не было. Другие дома и жилые кварталы стоят далеко. В любом случае дети выскакивают и кричат: «Откупись, а то заколдую!» И не исчезают, не растворяются в воздухе.
Минуту посидели в молчании. Потом миссис Флак спросила:
– Хотите, чтоб я сходила к миссис Пенхоллоу? Может, она сумеет с вами поговорить…
Суперинтендент встрепенулся:
– Конечно, спасибо. Скажите, что здесь Алан Маркби. Она меня знает.
Женщина поспешно удалилась. Слышно было, как она протопала по лестнице и закричала: «Миссис Пенхоллоу, дорогая! Вы готовы принять визитера? Это ваш знакомый…»
Алан подавил кривую ухмылку. Миссис Флак нечаянно выдала все, говорить уже не о чем. Он оглядел кухню поближе и попристальнее. Вечером помощница ничего не готовила, и Карла, по всему судя, тоже. Впрочем, если Эндрю часто отсутствует по делам Европейского союза, мать с сыном наверняка в большинстве случаев довольствуются подносом с закусками.
По словам миссис Флак, ее призывают на помощь во время приемов, но только для надзора за профессиональными поставщиками. Карла вполне может пользоваться микроволновкой для разогрева готовых блюд. Однако на крючках на стене висят всевозможные терки, толкушки, ножи, скалки, молотки для мяса, открывалки и прочие причиндалы. На рабочем столе огромный дорогущий кухонный комбайн последней модели. Рядом как бы напоказ выставлены глянцевые кулинарные книги, давно не открывавшиеся, судя по виду. Комбайн тоже вряд ли используется, блистая магазинной новизной. Еда, скорее всего, варьируется между бутербродами и готовыми бифштексами применительно к случаю. Интересно, что собой представляла семейная жизнь Пенхоллоу?
Вернулась помощница по хозяйству.
– Она сейчас спустится, сэр. – Миссис Флак подошла к двери в коридор, сделала официальный жест. – Прошу. Миссис Пенхоллоу примет вас в гостиной.
В конечном счете, приличия соблюдены.
Глава 5
Войдя в гостиную, Маркби понял, что миссис Флак успела совершить несколько искусных маневров. Карла Пенхоллоу пришла туда раньше его. Первая встреча с потерпевшими всегда тяжела, и на сей раз личное знакомство не облегчало, а отягощало дело. В результате он превратился в смущенного, связанного по рукам и ногам наблюдателя.
При задернутых шторах в комнате в разгар утра сумерки. Дневной свет компенсирует включенная настольная лампа, сквозь старомодный абажур на ножке из оникса скупо освещающая мягкий диван и стулья с кретоновой васильковой обивкой с цветочным рисунком. На глаза попался викторианский карточный столик, пианино, семейные фотографии в дорогих рамках, картина маслом над каминной полкой.
Картина написана, скорее всего, не знаменитым художником, но мастером выше среднего уровня. На ней изображены рыбацкие лодки в крошечной гавани на фоне белоснежных домиков и крутых холмов. Деревушка цепляется за землю и кормится морем. Впрочем, нынче, возможно, туризмом. Пейзаж пронизан характерным светом, который бывает только в Корнуолле.
В этой уютной обстановке вдова Эндрю, как стал мысленно называть ее Алан, стояла у окна вполоборота к нему, глядя не столько через, сколько на чуть приоткрытые бархатные шторы. Если бы она выглянула наружу, то увидела бы сад, где ведутся старательные поиски орудия убийства ее мужа. Пожалуй, ничего не видит. Замкнулась в горе, ни на что не обращая внимания, даже на появление суперинтендента.
Он прокашлялся, она вздрогнула, повернулась и быстро шагнула к нему, протянув обе руки.
– Ох, Алан…
Он стиснул ее пальцы, стараясь выразить сочувствие и поддержку.
– От всей души соболезную, Карла.
Руки ледяные, в его ладони вонзилось золотое обручальное кольцо и перстень с крупным изумрудом.
Она отстранилась, попыталась овладеть собой. На ней шерстяные рыжевато-коричневые брюки и белый вязаный свитер, свободно обвисший на хрупкой фигурке. Лицо осунулось, коротко стриженные волосы, дополняющие хорошо известный облик феи, растрепаны, как у школьницы. Никакой косметики. Ей предположительно сорок пять, но в нынешнем отчаянном состоянии легко сойдет за тридцатилетнюю. Не красавица и даже не хорошенькая в общепринятом смысле, хотя лицо мгновенно привлекает внимание – раз увидев, уже не забудешь.
– Очень рада, что вы ведете дело, – сказала она едва слышно, с разрывающим душу чувством собственного достоинства. – Эндрю этого хотел бы.
Алан понял, что надо высказаться откровенно, прежде чем двигаться дальше.
– Я тоже рад, хотя это не мое решение. Просто подвернулся под руку, когда пришло известие. Пока возглавляю расследование. Но… возможно, придется передать обязанности другому. Потому что я был знаком с ним… с вами обоими.
Предварительно состоялся короткий поспешный телефонный разговор с главным констеблем.