Энигма Тенебрис – Эта ученица желает возвышения! (страница 37)
— Нет-нет! — Лин Фень даже замахала руками от волнения, позабыв о сдержанности, а после опять уставилась на шпильку. Обычно те украшают цветами, птицами или бабочками, волшебными зверями или различными павильонами, но тигр?.. Такого она никогда прежде не видела, отчего заключила, что наставник сделал ее только для Лин Фень лично: она разглядела крошечное клеймо наставника: змея, свернутого кольцом, с иероглифом в центре — «круговорот». — Все в порядке! Эта ученица бесконечно благодарна наставнику за… ой…
Лин Фень опустила руки и удивленно посмотрела на смеющегося учителя. Она рефлекторно прижала шпильку к груди и затихла, пока безупречный в своей красоте, но не манерах Бей Сяолун смеялся, не в силах остановиться.
— Это стоило моих усилий! Лицо этой ученицы было выше всех похвал! — отсмеявшись, он покачал головой и расслабленно повел плечами. — Что ж… Я рад, что он пришелся по вкусу этой… юной барышне.
— Я буду носить его с гордостью, учитель! — Лин Фень позволила себе улыбку. Бережно упаковав шпильку обратно, она поднялась, чтобы поклониться наставнику, и, получив его разрешение уйти, поторопилась к себе.
С лица Лин Фень не сходила улыбка все время, пока она неслась в сторону своей комнаты, чтобы бережно положить подарок наставника в шелковый платок и спрятать в шкатулку, даже не подозревая, что, оставшись наедине с самим собой, Двуликий Змей убрал улыбку со своего лица и, схватив чайник, со всего размаха ударил тот о стену.
Осколки глины разлетелись по полу, но это тоже не удовлетворило Бей Сяолуна. Он схватился за голову и зажмурился, справляясь с потоком воспоминаний.
— Демоны… — сорвалось с его губ, и он опять широко улыбнулся. Поднялся с места, открыл спрятанную в стене створку и вошел в свою комнату, падая на кровать, зарываясь в одеяло. — В этом они так похожи…
Откинувшись на спину, мастер пика Котла повернул голову к противоположной стене, где висело несколько картин. На одной из них были изображены две бабочки, порхающие у цветка пиона, и Бей Сяолун жадно уставился на нее, разглядывая так пристально, будто видел впервые.
Он любовался этой картиной тысячи раз. Сотни лет.
Единственный подарок, что оставила ему его первая возлюбленная.
И сейчас легкие черты ее характера он разглядел в Лин Фень.
«Никогда, — мрачно подумал Бей Сяолун, разглядывая несколько иероглифов с именем старой возлюбленной, чье лицо почти стерлось из памяти, но в голове все еще жило ощущение живости и энергии, которое он испытывал рядом с ней. — У меня было достаточно возлюбленных и друзей на Пути, чтоб не думать о новых».
Мужчина вздохнул и отвернулся, закрывая глаза. Ему был нужен отдых.
17
Легкие горели огнем, а ребра болели так, что, кажется, еще один удар, и они разобьются, подобно хрупкому фарфору. Лин Фень с трудом поднялась, фокусируя взгляд в одной точке.
— Хо?.. Уважаемая сестра, вы еще можете сражаться? Удивительно! А я была уверена, что мой удар стал последним!
Разве… разве в этой книжонке могло быть иначе?.. Лин Фень понимала с самого начала, что ей придется сойтись в поединке с Мо Лоань, но до последнего надеялась, что обойдется без этого клише. Столько времени подготовки, неужто все зря?..
«Нет, — подумала она с какой-то апатией, поднимаясь на ноги и вытирая капли крови с разбитой губы. — В конце концов, пока в этой книге есть главный герой и главный злодей, они всегда будут на первых ролях… Но смогу ли я занять место одного из них?..»
Мо Лоань снова атаковала без предупреждения, заставляя Лин Фень вновь сосредоточиться на поединке и граде ударов, которым та ее осыпала, морщась от боли. Тело девушки не было так пресловуто закалено, как пишут в книжках ее мира или местных трактатах, а «принцесса клана Мо» явно стремилась увеличить количество ребер соперницы путем дробления.
Ладонь Мо Лоань коснулась ее плеча. Лин Фень сделала шаг в сторону, больно сжимая ее запястье в ответ. Принцесса вскрикивает: острые ногти Лин Фень пробивают кожу. Несколько капель крови падают на каменный пол арены, когда Мо Лоань, стискивая зубы, пытается ударить ее по ноге.
Стремительный уход от подсечки Лин Фень заставляет Лоань отступить на два шага, не давая той оказаться на краю арены, а значит, проиграть, пока глаза других младших учеников следят за их поединком.
Секунда. Девушки снова бросаются вперед, стремясь ухватить преимущество в битве, что порядком измотала обеих.
Лязг! — клинок Мо Лоань сталкивается с поспешно выставленной против металлической гардой веера Лин Фень. Девушки отскакивают друг от друга снова, неотрывно следя за действиями противницы, принимаясь кружить, ожидая, кто из них первой пойдет на сближение.
«Она сильнее меня в атаке, а я сильнее ее в защите, — ученица пика Котла торопливо анализировала происходящее, не отрывая взгляда от Мо Лоань, что явно не торопилась нападать. — Значит, она постарается вынудить меня стать атакующей. Возможно…»
На губах барышни Фень расцветает улыбка. Прежде чем ее противница успевает понять хоть что-то, ей в лицо летит брошенный веер, словно Лин Фень пытается отогнать назойливую чернь при Императорском дворе.
— Лин Фень! — В голосе Мо Лоань, вынужденной поднять меч, чтобы отразить атаку, прорезались нотки ярости. — Как ты, рассуждающая о благородстве, посмела…
Дзынь! — веер по дуге возвращается в руку владелицы, и та раскрывает его, стремясь ударить острой кромкой экрана рассерженную девицу Мо, но та успевает выставить клинок снова, хватаясь за рукоять двумя руками, справляясь с неожиданной атакой.
«Странно, — Лин Фень уходит в сторону, снова выставляет блок, закрывая веер, и опять бросается к Мо, вынуждая ту защищаться. — Разве ей не выгодно, что я атакую?..»
Меч Мо Лоань сверкнул в опасной близости от ее шеи, заставляя поспешно отступить. Лицо девчонки приобретает торжествующее злобное выражение, и Лин Фень понимает, что была обманута: та только и ждала, когда она начнет атаку, однако…
Мо Лоань делает выпад, не давая ей опомниться.
Оханье прокатилось по арене подобно легкому ветру, пока Мо Лоань растерянно смотрит на клочок отрезанных черных волос, не понимая, что произошло.
Миг — и она падает на землю все с таким же удивленно-недоумевающим выражением лица, пока не теряет сознание, и ее мир блекнет. Слишком запоздалое понимание, как просто попалась в ловушку.
Лин Фень, что нырнула вниз от атаки, в один прыжок подобралась к той сзади — удар ребром ладони пришелся ровно в сонную артерию ее соперницы, и вместе с первым ликованием от победы она чувствует жгучую боль.
На теле Лин Фень наверняка появятся «пышные цветы» — синяки, но это такая смешная цена за возможность выжить в будущем.
Некоторое время она смотрит на гордячку Мо, что теперь валяется у самых кончиков ее туфель. Грязная одежда, сбившаяся прическа, кровоподтеки, синяки и, конечно же, алеющая полоса от ее когтей. Впрочем, сама Лин Фень выглядела не лучше, невольно соглашаясь с фразой, что женские драки намного агрессивней и кровавей, нежели поединки мужчин. Даже здесь, в мире культиваторов, это оказалось правдой.
— Ты хорошо справилась! — Мягкий голос старшего ученика пика Бронзового Котла прозвучал прямо над ее ухом.
Лин Фень обернулась и сделала небольшой шаг в сторону, пропуская учеников пика, отстраненно наблюдая, как те забирают бессознательную тушку Мо Лоань и уносят куда-то в сторону докторов.
В руку Лин Фень вкладывают флакончик белого фарфора. Тот знаком ей до зубовного скрежета, она тихонечко хмыкает, откупоривает его и проглатывает сразу несколько пилюль восстановления, чувствуя, как волна тепла прокатывается от груди до самых кончиков пальцев ног. Лекарство бессмертных действует почти мгновенно, отчего туман в ее голове проясняется, а вялость и усталость после поединка исчезают бесследно.
— Спасибо, старший брат! — Лин Фень находит в себе силы улыбнуться после изнурительного боя и поправляет прическу. Тонкая шпилька, украшенная крошечным лотосом, подарок сестры, сверкает серебром в лучах осеннего солнца.
Лин Фень вернулась к соревнованиям между учениками через день, после того как церемония шпильки завершилась. Ее сестра, что все так же виртуозно избегала предложений о браке, превратилась в чудесную молодую госпожу, ловко управляющуюся как с лавочниками, так и бумагами, но все еще начинающую рыдать каждый раз, как позволяла себе хотя бы на секунду задуматься о судьбе младшей сестры. Доходило до смешного: Лин Тень пыталась уговорить сестрицу остаться и не возвращаться на гору Лань, что вогнало саму Лин Фень в немой ужас. Стоило только представить, как Бей Сяолун змеем «вползает» в их поместье и с изяществом небесной феи перерезает глотку каждому, кто не согласен с мнением мастера, что его ученице лучше всего на пике Бронзового Котла…
— …знаешь, Лин Фень, я рад.
Слова Вень Луна заставляют ее вернуться к реальности. Молодая девушка с темными глазами, чья внешность роднила ее с демоницами из самых глубин ада, уставилась на старшего брата. Красота Лин Фень только начинала расцветать и приобретать огранку, но уже всем было ясно, что имеет она довольно мрачный оттенок. Лин Фень нередко шутила про себя, что мир воистину полон шуток, раз даже внешность ее сосуда оказалась подходящей для планов духа.