Энджи Томас – Я взлечу (страница 39)

– Вы не будете ругаться? – спрашивает Сонни.

– Не будем, – вру я. Вообще-то не знаю.

Сонни нужно до урока поговорить с кем-то из учителей, и он уходит в свое крыло. Я подхожу к шкафчику, открываю, снимаю рюкзак.

– Привет.

У Малика округляются глаза.

– Ты больше не злишься?

Я достаю учебник по истории Америки (для белых), запихиваю в рюкзак.

– Не, все нормально.

– Не верю. Ты вцепляешься в обиды, как скряга в деньги.

Он что, у моего дедушки учился эпичным сравнениям?

– Я же сказала, все нормально.

– Нет, не нормально. Слушай, Бризи, – Малик берет меня за руку, – прости, я реально был не прав. Я чуть не свихнулся, пока ты со мной не разговаривала.

Нет, это я сейчас свихнусь. Он держит меня за руку, гладит большим пальцем по ладони. Его прикосновения отзываются в каждой клеточке моего тела.

Не, нафиг. Меня держит за руку парень Шены. Я высвобождаюсь.

– Малик, все нормально. Забыли. – Потому что мне нужно забыть свои чувства.

Он вздыхает.

– Ну ты хоть скажешь, что проис…

– О, принцесса, привет! – К нам идет Кертис. Наверняка хочет отмочить какую-нибудь дебильную шутку в своем единственном и неповторимом духе.

– Чего тебе, Кертис? – спрашиваю я.

Его кепка и джорданы, как обычно, одного цвета и совсем новенькие. Наверно, подарок на Рождество.

– А ты теперь, значит, важная шишка? Я даже не обижаюсь.

– О чем ты вообще?

– Ты еще не видела «Затмение»? – спрашивает он.

– «Затмение»? – переспрашивает Малик.

Так называется один блог со сплетнями, где любят, по их собственному выражению, макать чернокожих знаменитостей в грязь и перемывать им косточки на потеху жадным народным массам. Их посты абсурдны… и вызывают зависимость. Где я еще узнаю, кого из семейки Кардашьян на этой неделе обрюхатила какая-нибудь чернокожая знаменитость?

– Ага, – отвечает Кертис. – Они недавно выложили песню Бри.

Я, наверно, ослышалась. Быть такого не может.

– Что-что?

Кертис открывает с телефона их сайт.

– Видишь?

И пожалуйста – мое фото красуется аж на главной странице «Затмения». Снимок сделан на Ринге. Угадайте, какой заголовок? «Шестнадцатилетняя дочь Ловореза, легенды андеграундного рэпа, убитого в перестрелке, выпалила нам всем прямо в головы своим новым хитом!»

Заметка на полях: у меня имя вообще есть или как? Оно совсем коротенькое, как-нибудь бы влезло.

Это, конечно, сексизм, но, так и быть, хрен с ним. Потому что прямо под фотографией прикреплен трек «Я взлечу» с моего Dat Cloud. А рядом счетчик.

А. Хе. Реть.

– Двадцать тысяч! – воплю я. – Двадцать тысяч прослушиваний!

На меня оборачивается весь коридор. Идущая в паре метров директор Родс сурово смотрит на меня поверх очков.

Да. Я ору. И насрать.

– Двадцать тысяч, и счетчик еще растет, – поправляет Кертис. – А еще ты всюду в трендах.

– Но… кто… что… как… – Суприм. Он сдержал слово.

Уголки губ Малика ползут вверх.

– Бри, это круто.

– «Круто»? – передразнивает Кертис. – Чувак, сколько народу из Сада на твоей памяти такого добивались? Принцесса, ты мощь. Респект.

Не знаю уж, что невероятнее: то, что моя песня разлетелась по Сети, или то, что мне респектнул Кертис.

Он помахивает рукой у меня перед глазами. Потом стучит мне по лбу.

– Эй, есть кто-нибудь?

Я отмахиваюсь.

– Эй, прекрати немед…

Он только смеется.

– Я подумал, ты на месте померла.

– Нет. – Но, по ходу, у меня начинается клиническая смерть. Прижимаю руку ко лбу. – Что-то безумное творится.

– Ага… – Малик замолкает. – Ладно, пойду на урок. Бри, поздравляю, – и уходит по коридору.

– Странный твой чувак, йо, – замечает Кертис.

– Чего это?

– О, ну, если бы я был с кем-то так близок, как он, по идее, с тобой, я бы сейчас прыгал от радости. А он еле-еле поздравил.

Я закусываю губу. Тоже заметила.

– Ему просто не нравятся слова песни.

– А что с ними не так?

– Кертис, я читаю про стволы и всякое такое. Ему не нравится, что все станут считать меня преступницей.

– Все и так считают. Если можно извлечь из этого выгоду, не парься и действуй.

– Ого. – У меня глаза на лоб лезут.

– Что такое?

– Офигеть, ты можешь быть приличным человеком.

– А ты, однако, предвзята. Ладно, пофиг. – Он легонько стучит костяшками мне по локтю. – Только не раздувай теперь эго до небес. Оно и так ого-го.

– Смешно. Жаль, не могу сказать того же про некую часть твоего тела.

– Эй! – Он морщится. – Стоп, принцесса, ты что, об этом думала?