Энджи Сэйдж – Полет дракона (страница 17)

В груди у Нико похолодело, и впервые за все время их нахождения в Лесу ему стало по-настоящему страшно. Он знал, чего ожидать от росомах, и знал, чего ожидать от плотоядного дерева, – они хотели их съесть. Не очень приятно и совсем невежливо, но хотя бы объяснимо. Но этот низкий загробный голос – другое дело. Нико понятия не имел, кому он принадлежит. Голос как будто окружал его. И самое жуткое – голос знал его имя.

– Ты кто? – прошептал Нико.

– А ты не знаешь? Я думал, вы пришли ко мне в гости, – голос прозвучал разочарованно. – Я так редко кого-то вижу. Никто меня не навещает. Может, мой сын и хотел, но его – увы! – как всегда, наверное, нельзя беспокоить. Так что когда я увидел своих младших внуков, я, естественно, подумал…

– Внуков? – ошеломленно спросил Нико.

– Да, тебя и Септимуса, – произнес голос. – Я бы узнал вас из тысячи, вы так похожи на Сайласа, когда он был мальчишкой.

И тут чувство огромного облегчения охватило Нико. Он даже боялся поверить в свою удачу.

– Вы что… правда дедушка Бенджи? – спросил он у дерева.

– Конечно это я. А ты думал кто?

– Плотоядное дерево, – ответил Нико.

– Это я-то? Плотоядное дерево? Я похож на плотоядное дерево?

– Ну не знаю. Я их не видел.

– Тогда позволь сказать, что они не похожи на меня. Они грязные, запущенные, неопрятные. От них воняет гнилым мясом. У них жуткие черные листья, они поросли плесенью. Портят Лесу репутацию.

– Вот это чудеса! Поверить не могу! Дедушка Бенджи…

От облегчения Нико обмяк, и дедушка ослабил ветку, которая не давала внуку пошевелиться.

– Ты ведь больше не полезешь вниз? – спросило дерево. – Эти росомахи еще немного подождут. Сиди тихо, а я постелю тебе постель. Не двигайся.

– Ладно, деда, – слабым голосом ответил Нико.

Он уселся на ветку, чувствуя себя маленьким комком желе. И впервые с тех пор, как они ступили в Лес, немного успокоился.

Дерево принялось сплетать ветки, чтобы получилась мягкая колыбель из листьев. Закончив, оно гордо сказало:

– Вот. Видишь, сделать постель совсем не трудно. Так что можете всегда приходить и оставаться на ночь. И папа ваш тоже пусть приходит. И ваша дорогая матушка. В любое время.

Дерево осторожно переложило на подстилку Септимуса, все еще обмотанного в кокон, который не давал ему упасть.

– Подхватил его как раз вовремя, – сказало дерево. – Еще секунда – и росомахи накинулись бы на него. Одна даже прыгнула и цапнула парня. Чуть не опоздал.

Нико заполз на подстилку рядом с братом и начал распутывать кокон. Он увидел большой синяк на голове у Септимуса, там, где мальчик ударился о ветку при падении.

– Ой! – пискнул Септимус. – Не трожь, Нико.

Нико был рад слышать его голос.

– Эй, Сеп, ты в порядке? Какое облегчение!

Септимус сел и сквозь пелену на глазах посмотрел на Нико. Синяк над бровью пульсировал, но теперь это был такой пустяк! Главное – они в безопасности. Падая с дерева, Септимус ударился головой и на какое-то время потерял сознание. Но пока его поднимали вверх, гулкий голос дерева привел его в чувство, и Септимус услышал разговор Нико с дедушкой. Сначала мальчику показалось, что он спит, но, открыв глаза, Септимус увидел успокоившегося Нико и понял: все это правда.

– М-м-р-р, – промямлил Септимус и еле-еле улыбнулся.

– Это дедушка Бенджи. Мы спасены! – восторженно сказал Нико. – А теперь спи, – добавил он, видя, какой брат бледный. – Утром будешь как новенький.

Нико улегся на подстилку рядом с Септимусом и крепко его обнял – на всякий случай, чтобы тот опять не свалился.

Сквозь листья пробивалась луна, дедушка Бенджи покачивался на ветерке, усыпляя мальчиков. Только они задремали, как среди деревьев разнесся вой.

– У-у-у-а-а-а-а!

И вслед за ним – хриплый кашель и какая-то суматоха.

– Аф-аф-аф!

Нико понял, что это росомахи.

– Они ведь не смогут залезть на дерево, а, Сеп? – спросил он.

Септимус помотал головой, и у него зазвенело в ушах.

С некоторым трепетом мальчики посмотрели вниз на желтоглазых хищников. Вся стая словно взбесилась. Росомахи носились вокруг дерева кругами, лаяли, подвывали и отчаянно терли свои носы.

– Что они делают? – пробормотал Нико.

И тут Септимус прыснул со смеху:

– Гляди! Они съели мои припасы…

– Неужели все было настолько невкусным?

– Да нет, это они нашли «Мятную взрывчатку»! – рассмеялся Септимус.

16

Дурные Земли

Пока Септимус и Нико блуждали в Лесу, Саймон Хип увозил Дженну все дальше в Дурные Земли.

Гром, спотыкаясь, медленно тащился по узкой тропке, которая вилась среди бесконечных Сланцевых карьеров: одни старые и заброшенные, в других заметны признаки недавней работы, хотя и там было как-то жутко и пусто. Развороченная земля и разбросанные камни выглядели угнетающе, и Дженна упала духом. Высоко над головой от одного до другого одинокого холма плыл скорбный вой – это дул восточный ветер, и плотные тучи сгущались на небе. Солнце потускнело, и в воздухе чувствовался холод. Саймон закутался в свой длинный черный плащ, а Дженна дрожала – на ней была только легкая летняя туника.

– Прекрати трястись, – проворчал Саймон.

– У меня, в отличие от тебя, нет плаща, – огрызнулась Дженна.

– Тебе не понравится такой плащ, – презрительно усмехнулся Саймон. – Слишком много черной магики для такой маленькой госпожи Совершенство, как ты.

– Не шути о таких вещах, Саймон, – возразила девочка.

– А кто шутит?

Дженна замолчала, продолжая дрожать.

– Вот, возьми и перестань суетиться, – рассерженно сказал Саймон, выудил из седельной сумки какой-то сверток и грубо сунул Дженне.

Она думала, что это теплая попона для лошади, но удивлению ее не было предела. Никогда еще Дженна не видела такого красивого плаща – роскошный, цвета ночного неба, изящно сотканный из нежнейшей шерсти, состриженной с брюха горного козла; и на золотой подкладке. Вообще-то, Саймон собирался подарить этот плащ Люси Гриндж: хотел оставить его возле сторожки, спрятав за подкладкой записку, чтобы ее нашла только Люси. Но когда утром Саймон приехал к Северным воротам, завернувшись по глаза в черный плащ, чтобы его не узнал Гриндж, то увидел, как Сайлас беспечно идет по улице с коробкой шустрых шашек под мышкой. Меньше всего на свете Саймон хотел видеть своего отца, поэтому резко свернул в другую сторону и короткой дорогой поехал к Пути Волшебника. Сайлас его даже не заметил – был слишком занят обдумыванием стратегии для сегодняшней игры. Так что теперь красивую и очень дорогую вещь, предназначенную для Люси Гриндж, пришлось надеть на маленькую принцессу-совершенство.

Дженна укуталась в плащ. Ей стало тепло, но она очень утомилась и сидела перед Саймоном на усталой лошади. Темные Сланцевые карьеры тянулись бесконечно, и Гром еле волочил ноги по ровному склону. Дорога сужалась. С одной стороны подступал крутой сланцевый обрыв, уходящий в затянутое облаками небо, а с другой стороны – глубокое ущелье, на дне которого бурлила черная река, подтачивая острые камни. Дженна уже не знала, когда Саймон остановится: его как будто не волновали ни она, ни его конь. Гром быстро терял силы, раз или два он поскользнулся на падающем щебне, которым были усыпаны серые холмы. Седоки чуть не свалились прямо в реку.

И вдруг Саймон заговорил:

– Тпру! Гром, здесь, тпру!

Гром остановился и потряс головой, устало фыркая. Дженна огляделась вокруг и теперь, когда они уже не шли дальше, забеспокоилась.

Саймон быстро спешился и взял Грома под уздцы.

– Можешь слезть, – сказал он Дженне. – Мы приехали.

Почувствовав внезапную слабость, Дженна соскочила с коня и встала на месте, не зная, что же ей делать – может, попытаться сбежать? Беда в том, что бежать особо было некуда. И Саймон прочитал ее мысли.

– Даже не вздумай, глупая, – грубо сказал он. – Тебе здесь негде скрыться, если только не хочешь оказаться в норе пещерного вюрма.

– Не надо меня пугать, Саймон, – ответила Дженна. – Мы оба прекрасно знаем, что они выходят исключительно ночью.

– Да ты что! Как же я совсем забыл? Наша маленькая принцесса знает все на свете! Ладно, если хочешь, могу тебя тут оставить на ночь. Здесь превосходное разнообразие пещерных вюрмов, можешь посмотреть!

Но Дженне хватило ума не принимать вызов Саймона. Она не раз слыхала страшные истории о гигантских серых пещерных вюрмах, которые обитали в Сланцевых карьерах и ночью охотились на проходящих странников. Многие жители Замка думали, что это только байки старых рудокопов, сочиняющих небылицы, чтобы народ держался подальше от сланцевых разработок (ведь там иногда находили чистейшее золото), но Дженна верила в эти рассказы. И вот она стояла рядом с Громом в плаще для Люси, вперив взгляд в землю. Нет, Саймон никогда не увидит ее страха.

Саймон крепко схватился за узду.