Энди Уир – Проект «Радуйся, Мария» (страница 17)

Вертолет доставил меня на военно-воздушную базу Трэвис, примерно в 60 милях к северу от города. Часто ли морские пехотинцы приземлялись на военно-воздушных базах? Я мало что знаю о военных, но это показалось мне странным. Кроме того, казалось немного экстремальным посылать морских пехотинцев только для того, чтобы не дать мне проехать пару часов в пробке, но ладно.

На летном поле, где приземлился вертолет, меня ждал джип, рядом с которым стоял парень из ВВС. Он представился, клянусь, представился, но я не помню его имени.

Мой проводник подтолкнул меня вверх по трапу и усадил в кресло позади пилота. Он дал мне таблетку и маленький бумажный стаканчик с водой. — Возьми это.

— В чем дело?

— Это убережет тебя от того, чтобы тебя не стошнило на нашу красивую, чистую кабину.

— Ладно.

Я проглотил таблетку.

— И это поможет тебе уснуть.

— Что?

Он ушел, и наземная команда убрала лестницу. Пилот не сказал мне ни слова. Через десять минут мы вылетели, как летучая мышь из ада. Я никогда в жизни не испытывал такого ускорения. Таблетка сделала свое дело. Меня бы точно стошнило.

— Куда мы едем? — спросил я через наушники.

— Прошу прощения, сэр. Мне не позволено с тобой разговаривать.

— Тогда это будет скучное путешествие.

— Обычно так и бывает, — сказал он.

Я не знаю точно, когда я заснул, но это было в течение нескольких минут после взлета. Тридцать шесть часов безумной науки плюс то, что было в этой таблетке, отправили меня прямо в страну грез, несмотря на нелепый шум реактивного двигателя, окружающий меня.

Я проснулся в темноте от толчка. Мы приземлились.

— Добро пожаловать на Гавайи, сэр, сказал пилот.

— Гавайи? Почему я на Гавайях?

— Мне не давали такой информации.

Это был мужчина в форме военно-морского флота США.

— Где я, черт возьми?! — потребовал я.

— Военно-морская станция Перл-Харбор, сказал офицер. — Но ненадолго. Пожалуйста, следуйте за мной.

— Конечно. Почему нет?

Они посадили меня в другой самолет с другим немногословным пилотом. Единственная разница заключалась в том, что на этот раз это был самолет военно-морского флота, а не военно-воздушных сил.

Мы летели очень долго. Я потерял счет часам. В любом случае следить за ним было бессмысленно. Я не знал, как долго мы будем в воздухе. Наконец, я не шучу, мы приземлились на честном авианосце.

Следующее, что я помню, это то, что я был на летной палубе, выглядя как идиот. Они дали мне наушники и пальто и потащили меня к вертолетной площадке. Меня ждал военно-морской вертолет.

— Эта поездка… закончится? Как… когда-нибудь?! — Я спросил.

Они проигнорировали меня и пристегнули ремнями. Вертолет немедленно взлетел. На этот раз полет был не таким долгим. Всего час или около того.

— Это должно быть интересно, сказал пилот. Это было единственное, что он сказал за весь полет.

Мы спустились, и шасси развернулись. Под нами был еще один авианосец. Я прищурился. Что-то изменилось. Что это было… О, точно. Над ним развевался большой китайский флаг.

— Это китайский авианосец?! — Я спросил.

— Да, сэр.

— Неужели мы, вертолет ВМС США, собираемся приземлиться на этот китайский авианосец?

— Да, сэр.

— Понимаю.

Мы приземлились на вертолетной площадке авианосца, и группа китайских военных с интересом наблюдала за нами. Послеполетного обслуживания этого вертолета не будет. Мой пилот смотрел на них через иллюминаторы, и они смотрели в ответ.

Как только я вышел, он снова взлетел. Теперь я был в руках Китая.

Моряк вышел вперед и жестом пригласил меня следовать за ним. Я не думаю, что кто-то говорил по-английски, но я понял общую идею. Он подвел меня к двери в башне, и мы вошли внутрь. Мы петляли по коридорам, лестницам и комнатам, назначение которых я даже не понимал. Все это время китайские моряки с любопытством наблюдали за мной.

Наконец он остановился у двери с китайскими иероглифами. Он открыл дверь и указал внутрь. Я вошел, и он захлопнул за мной дверь. Вот и все для моего гида.

Я думаю, это был офицерский конференц-зал. По крайней мере, таково было мое предположение, основанное на большом столе, за которым сидело пятнадцать человек. Они все повернули головы, чтобы посмотреть на меня. Некоторые были белыми, некоторые — черными, некоторые-азиатами. На некоторых были лабораторные халаты. Другие были в костюмах.

Стрэтт, разумеется, сидел во главе стола. — Доктор Изящество. Как прошла ваша поездка?

— Как прошла моя поездка? — Я сказал. — Меня протащили через весь этот проклятый мир без всякого предупреждения..

Она подняла руку. — Это была просто шутка, доктор. Изящество. На самом деле мне все равно, как прошла твоя поездка. — Она встала и обратилась к залу. — Леди и джентльмены, это доктор. Райланд Грейс из Соединенных Штатов. Он придумал, как разводить астрофагов.

Из-за стола послышались вздохи. Один из мужчин вскочил на ноги и заговорил с сильным немецким акцентом. — Ты серьезно? Stratt, warum haben sie?..

— Нур Энглиш, — перебил его Стрэтт.

— Почему мы слышим об этом только сейчас? — потребовал немец.

— Сначала я хотел это подтвердить. В то время как доктор Грейс был в пути, я попросил техников упаковать его лабораторию. Они собрали четырех живых астрофагов из его лаборатории. Я оставил ему только три.

Пожилой мужчина в лабораторном халате говорил по-японски спокойным, успокаивающим голосом. Рядом с ним переводил молодой японец в угольно-черном костюме. — Доктор Мацука хотел бы почтительно запросить подробное описание этого процесса.

Стрэтт отступил в сторону и указал на ее стул. — Доктор, присаживайтесь и выложите нам все.

— Подожди, сказал я. — Кто эти люди? Почему я на китайском авианосце? А вы когда-нибудь слышали о Скайпе?!

— Что это?

— Это займет некоторое время, чтобы объяснить. Все здесь жаждут услышать о ваших открытиях астрофагов. Давайте начнем с этого.

Я прошаркал в переднюю часть комнаты и неловко сел во главе стола. Все взгляды обратились ко мне.

Так я им и сказал. Я рассказал им все об экспериментах с деревянными шкафами. Я объяснил все свои тесты, что я делал для каждого из них и как я их делал. Затем я объяснил свои выводы: я рассказал им свою гипотезу о жизненном цикле астрофага, о том, как он работает и почему. Было несколько вопросов от собравшихся ученых и политиков, но в основном они просто слушали и делали заметки. У некоторых переводчики шептали им на ухо во время процесса.

— Так что… да, — сказал я. — Это почти все. Я имею в виду, что он еще не прошел строгую проверку, но кажется довольно простым.

Немец поднял руку. — Возможно ли размножить астрофагов в больших масштабах?

Все слегка подались вперед. Очевидно, это был довольно важный вопрос, и он был у всех на уме. Я был ошеломлен внезапной интенсивностью комнаты.

Даже Стрэтт казался необычайно заинтересованным. — Ну что? — сказала она. — Пожалуйста, ответьте министру Фойту.

— Конечно, — сказал я. — Я имею в виду… Почему бы и нет?

— Как бы ты это сделал? — спросил Стрэтт.

— Наверное, я бы сделал большую керамическую трубу в форме локтя и наполнил ее углекислым газом. Сделайте один его конец как можно более горячим, и там будет яркий свет. Оберните вокруг него магнитную катушку, чтобы имитировать магнитное поле солнца. Поместите ИК-излучатель на другой конец локтя и пусть он излучает свет на 4,26 и 18,31 мкм. Сделайте внутреннюю часть трубы как можно более черной. Этого должно хватить.

Человек политического вида поднял руку и заговорил с каким-то африканским акцентом. — Сколько астрофагов можно сделать таким образом? Насколько быстр этот процесс?

— Время удвоится, — сказал я. — Как водоросли или бактерии. Я не знаю, как долго это длится, но, учитывая, что солнце тускнеет, это должно быть довольно быстро.

Женщина в лабораторном халате разговаривала по телефону. Она поставила его на стол и заговорила с сильным китайским акцентом: — Наши ученые воспроизвели ваши результаты.

Министр Фойт хмуро посмотрел на нее. — Как ты вообще узнал его процесс? Он только что сказал нам!