Энди Кейдж – Рому (страница 4)
Так Рому успел побывать и пиратом, и искателем сокровищ, и рисковым продавцом сладостей. В конце приключения Арто всегда рисовал деревянного человечка в новом образе, фиксируя воспоминания. Он складывал рисунки в сумку, которую недавно выпросил у отца.
– Ты же носишь сумку, – как-то заметил мальчик.
– Я деловой человек, Арто, – говорил отец. – Она мне нужна для работы.
– Я тоже делооавой. Она нужна мне для работы.
– Для какой работы?
– Чтобы складывать рисунки, карандаши, кисти.
Отец покачал головой.
– Да сколько можно тратить на это время, – проворчал он. – Надо было прогнать ее раньше, – тихо добавил он.
Но вторую фразу Арто не услышал.
– Я рисую игрушки, которые можно делать на фабрике! – сказал он.
И тут Олли переменился в лице, он почувствовал, что сын заинтересовался делом его жизни, пускай и через рисование.
– Отличная идея, Арто! – поддержал он его. – Тебе действительно нужна сумка.
* * *
После бесчисленных приключений, когда казалось, что ничего лучше уже не случится с Рому, вдруг, в один день, Арто произнес слова, которые заставили его почувствовать настоящее счастье.
– Сегодня я заберу тебя домой.
Арто кивнул и похлопал по сумке.
– Пекка обзавидуется, – добавил он с ехидной улыбкой, полагая, что вот-вот настанет один из лучших дней в его жизни. Рому тоже так полагал, но у них были разные на то причины. Если Арто считал минуты до того момента, как утрет нос Пекке, то Рому просто считал секунды своего счастья. Потому что теперь, когда в его жизни появился человек, которому он приносил радость, каждое мгновение, каждый прожитый день он чувствовал, что по-настоящему живет.
– Теперь ты принадлежишь мне, – говорил Арто. – Ты моя игрушка, а я твой человек. И я от тебя никогда не откажусь.
Они с Арто привязались друг к другу, по крайней мере, так думал деревянный человечек. И, возможно, были бы и дальше привязаны, если бы не одно хмурое утро, хотя в тот день и сияло солнце. Но так бывает, что погода за окном отличается от погоды в сердце. В деревянном сердце.
Накануне ночью Арто и Рому очень много играли.
– Вот мы и встретились, господин Башмак, – произнес Арто за Рому, потрясывая игрушку в руке.
– В этом городе может быть только один герой, – ответил господин Башмак голосом Арто на пол-октавы ниже.
– И им буду я!
– Нет, я!
А потом Арто и Рому рухнули на деревянный пол, уставившись в потолок, словно там можно было наблюдать звезды, которые мальчик показывал своей игрушке уже много раз. Рому сразу же вспомнил момент, когда появился в этом мире. Только он лежал в цеху на холодном полу, а здесь было тепло во всех смыслах.
– Завтра, – сказал Арто. – Завтра…
Он улыбнулся, а потом уснул, забыв спрятать под кровать свою самую особенную игрушку. Так что Рому всю ночь смотрел в потолок, думая, что этот момент счастья у него уже никто не отберет.
Но…
Всегда есть «но» или «однако».
Особенный
Наступило долгожданное утро. Арто весь взъерошенный вскочил с пола и огляделся. В его комнате было так много вещей – кровать, шкафы, стол, тумбы, стулья. Всюду валялись игрушки, карандаши и листы бумаги, а на стенах висели рисунки мамы. В такой комнате хотели жить все друзья Арто. И иногда он пускал их ненадолго поиграть, а потом просил убрать все на место.
– Арт, но здесь было не убрано, – заметил однажды Пекка.
Арто пожимал плечами и говорил, что если не убрать в комнате, то папа запретит ему пускать друзей поиграть.
Но вернемся к тому дню, который так ждал Арто. Он посмотрел на Рому, что лежал на полу и любовался потолком, и тут же схватил его, потому что если бы отец увидел бракованную игрушку, то случилась бы катастрофа. К счастью или сожалению, не увидел, и утро для Арто прошло самым обычным образом. Он позавтракал кашей с большим удовольствием.
– Какой у тебя хороший аппетит сегодня, Арто! – удивился отец, а потом продолжил читать газету.
– Можно мне пойти поиграть с друзьями? – спросил Арто.
– Да, конечно, – отмахнулся отец.
Арто выскочил пулей из кухни и побежал в свою комнату, чтобы одеться. Он накинул любимый пиджак, надел пальто и причесался, хоть под кепкой этого не будет видно. Однако сегодня был его день, особенный день, когда нужно было выглядеть лучше, чем когда-либо.
– Сегодня исполнится моя мечта, – сказал Арто и довольно улыбнулся. Он закрыл глаза и провалился в фантазии, не заметив, как быстро пролетело время.
– Ой, – проговорил он и побежал встречаться с друзьями.
И вот настал тот час, тот долгожданный миг.
Арто вместе с друзьями стоял между двух красных деревянных домов на набережной, которые принадлежали семьям Хейккиненов и Коскиненов, где ребята обычно и собирались.
Это был приятный безветренный день. Солнце отражалось от подмерзшей реки, снег блестел на крышах домов.
Идеально для триумфа.
Арто закрыл глаза, выдохнул, словно дым от сигареты, а потом достал из-за спины деревянного человечка в пончо и продемонстрировал его своим друзьям. Они стояли полукругом и любовались им – Хелли, которая своим дыханием согревала ладони, потому что в спешке забыла варежки; Тапани, что постоянно зевал от недосыпа; Илмари, ковыряющий в носу, и, конечно же, Пекка. Этот пухлый наглец, как считал Арто, но никогда не высказывал эту мысль.
– Такого не найдешь в магазине! – заметил Арто и надменно улыбнулся, задрав нос.
Пекка уставился на игрушку, как на произведение искусства, пристально осмотрел ее снизу вверх, словно осматривал свою будущую коллекцию антикварных скрипок.
– Какой необычный, – подытожил он.
– Ого! – восхитилась Хелли.
Арто усмехнулся и хотел уже что-то сказать, как его опередил Пекка.
– У него трещина в голове, – заметил он, поправив очки. – Он сломан! Поэтому его и не найдешь в магазине.
– Сломан! – поддержал друга Тапани.
Пекка тут же залился смехом, а вместе с ним и остальные ребята из компании.
– Сломан! Сломан! – повторяли они.
В один миг тот мир, который знал Арто, вдруг разлетелся на мелкие осколки. Он растерялся и не знал, что теперь сказать. Это должен был быть его момент счастья, но счастье опять ускользнуло от него, и теперь им больше никто не восхищался, над ним смеялись, даже Тапани. И все потому, что он принес сломанную игрушку.
– Он не сломан, он просто редкий! – огрызнулся Арто.
Тогда в разговор вступила Хелли. Она заметила, что выяснить, сломан Рому или нет, можно спросив у господина Хейккинена, поскольку тот является специалистом в области игрушек. Но Арто ответил, что отец занят и не будет тратить на это свое драгоценное время. Хотя в слове «драгоценное» он сделал семь ошибок.
– Значит, он сломан! – повторил Пекка и отмахнулся.
– Сломан, – добавили Тапани и Хелли практически в унисон.
– Сам ты сломан, Пекка! – ответил Арто. – И ты, Хелли! И ты, Илмари! И вы все!
– Я вообще молчал, – заметил Илмари, не вытаскивая пальца из носа. – О, какая зеленая, – добавил он чуть позже.
Серые глаза Арто наполнились слезами, он прикрыл лицо рукой и побежал домой. Уже через минуту мальчик ворвался в кухню, где отец пил кофе, читая газету, и показал ему деревянного человечка.
– Папа, скажи им, что Рому не сломан! – воскликнул Арто. – Скажи им, что он редкий! Особенный!
Увидев бракованную игрушку со своей фабрики, отец был вне себя от злости. Во-первых, потому что терпеть не мог несовершенство, а во-вторых, потому что его сын оказался маленьким воришкой. Он выхватил Рому из рук Арто и швырнул его об пол. На голове деревянного человечка появилась еще одна трещина.