Эммануил Сведенборг – Супружественная любовь. Трактат (страница 4)

8. После этого Ангел вновь возвратился в тот Дом на холме, где собрались самые Премудрые из Христиан, и из них на этот раз он призвал к себе тех, кто верил, что радости Небесные и Благополучие Вечное составляют Увеселения Райские. Им Ангел сказал: «Следуйте за мной, и введу вас в Рай и Небо ваше, – да познаете те блаженства, в которых вы полагали Вечное счастье ваше!» Сквозь высокие ворота, сплетённые из ветвей и поросли благородных деревьев, он провёл их под сень зеленеющих аркад, подобных лабиринту; войдя же туда, повёл их по тенистым аллеям, дабы гости смогли обозреть своими очами многие Увеселения Райские. Тут был действительно Рай. Он состоял при Первом входе в Небо, куда впускаются те, кто, будучи в Мире Естественном, верил, что всё Небо есть один Рай, потому что оно называется Раем, – и также те, кто впечатлял у себя идею, что по смерти есть совершенное успокоение от трудов и что такое успокоение состоит в том только, чтобы непрестанно ощущать душевное удовольствие: ходить по лепесткам роз, услаждаться вкуснейшими мустами от виноградного плода лозного и ликовать на пирах, – и что таковой жизни нигде нет, кроме как в Небесном Раю. Следуя за Ангелом, прибывшие в Рай увидели там великое множество стариков, юношей и отроков, а с ними женщин и отроковиц, некоторые из них, сидя у розария (rosetis), плели венки и украшали ими головы стариков и плечи юношей. Многие тут и там собирали с диковинных деревьев изобильные плоды и в корзинах относили их к товарищам. Другие выжимали в бокалы сок из винограда и вишен и с удовольствием пили. Иные вдыхали благоухания пышных цветов, сочных плодов и душистых листьев. Повсюду пели приятнейшие песни, услаждая слух присутствующих. Отдыхающие сидели около прохладных источников, и струящиеся из ключей воды журчали и брызгали в разные стороны. По дорожкам и аллеям прогуливались пары, мило беседуя и весело шутя. Иные бегали, играли и скакали то в числа, то в круги; иные же отдыхали в беседках на дерновых одрах. Кроме этих, были там многие другие увеселения Райские. По обозрении этих приятностей, Ангел повёл спутников своих в другие круги и общества с иными услаждающими занятиями. И вот напоследок привёл всех в прекраснейший розарий с причудливыми беседками в окружении цветущих и льющих нежнейший аромат деревьев масличных, померанцевых и лимонных. Сидящие же там люди, в отличие от всех прочих, плакали и рыдали, качая склонёнными головами и закрывая руками мокрые от слёз лица. Когда спутники Ангеловы спросили стенающих о причине такого уныния, то они отвечали: «Вот уже седьмой день, как мы пришли в этот Рай. В первый день тут казалось нам, что сама Мысль наша вознесена на Небо и может отныне непрестанно наслаждаться истинными Радостями Благополучия. Но по прошествии трёх дней, благополучия эти заметно начали нам наскучивать и в мыслях наших меркнуть, делаясь никакими и даже вовсе ненужными. После утраты мнимых наших радостей мы стали опасаться, чтобы не потерять и навовсе приятности жизни нашей, и потому усомнились даже в самом существовании Благополучия Вечного. Потом, бродя по аллеям, паркам и площадям, мы искали те ворота, которыми сюда вошли, но не могли найти их и лишь брели наугад, блуждая кругами и спрашивая о том у всякого встречного. Один из случайных прохожих сказал нам, что ворот тех найти нельзя, ибо этот Райский Сад представляет собой такой престранный лабиринт, что всякий желающий из него выйти – лишь более и более входит во внутренность оного. Как нам сказали, мы забрели в самую середину этого Рая, где Все Увеселения и находятся в центре всего. Потому придётся, как видно, нам остаться здесь навсегда!..» И всё более заливаясь слезами, эти бедолаги, долго и тщетно искавшие выход из того Сада Райского, всё более жаловались: «Вот уже полтора дня мы здесь сидим, даже не надеясь отыскать выхода!.. Расположились в этом розарии и смотрим на окружающее нас изобилие цветов, маслин, померанцев и лимонов, но чем более на них глядим – тем пуще взор наш ослабевает от воззрения, обоняние притупляется от запаха и вкус пресыщается от вкушения. Всё это и составляет причину нашего сетования, плача и рыданий, как сами видите». Ангел Сонма, выслушав это, сказал им: «Здешний Райский лабиринт, в самом деле, есть вход в Небо, но я знаю обратный путь и выведу вас!» Восхищённые этими словами, все сидящие в розарии возрадовались, поблагодарили и обняли Ангела, в счастливом оживлении поднялись, засобирались в путь, и все вместе пошли за Ангелом тем и Сонмом его. По пути Ангел учил их, в чём состоит Радость Небесная и Благополучие Вечное. Он рассказал им, что увеселения райские Внешние не составляют надлежащих, если вместе с ними не будут и увеселения райские Внутренние; ибо увеселения райские Внешние составляют только увеселения чувств телесных, – увеселения же райские Внутренние производят увеселения побуждений Душевных. «Если эти увеселения Внутренние не будут в тех Внешних увеселениях, тогда это не есть жизнь Небесная, ибо в том нет Души! – наставлял Ангел. – Всякое же увеселение без соответствующей своей Души по мере непрестанного истечения слабеет, делается нечувствительным и утомляет Дух более, нежели труд. В Небе везде находятся Сады Райские, от которых Ангелы также получают наслаждения и радости, – и сколько увеселений или услаждений находит в них Душа, столько же радости бывают Радостями». Выслушав это, спутники те спросили Ангела: «Что такое есть увеселение Души и откуда оно происходит?» На этот вопрос Ангел отвечал: «Увеселение и услада Души является из Любви и Премудрости от Господа. И так как Любовь есть действующая сила, а действует она через Премудрость, то поэтому самому обе оные обитают в действии, – действие же есть Служение. Такое увеселение от Господа втекает в Душу и нисходит через Высшие и Низшие начала Мысли во все чувства телесные и в них исполняется; оттуда радость делается Радостью и бывает вечною от Вечного, от Которого происходит. Вы своими очами смогли увидеть в Раю много всего, но уверяю вас по истине, что там нет ничего такого, ни даже одного листочка или травинки, – ничего, что бы не было рождено из Сочетания Любви и Премудрости в Служении; и потому, когда человек в этом Сочетании находится, вот тогда-то он и есть в Раю Небесном – и так в Небе!»

9. Проводив тех заблудших, Ангел возвратился в Дом Собрания, на сей раз обратившись к тем, которые твердо уверились в том, что Радость Небесная и Благополучие Вечное состоят в непрестанном Славословии Бога и в ежедневно продолжающемся Церковном праздновании; ибо они, будучи в Мире Естественном, верили, что увидят Бога и что жизнь Небесная от Богочествования называется всегдашнею Субботою. Ангел сказал им: «Следуйте за мной, и я введу вас в радость вашу!» Он ввёл их в небольшой город. Посредине этого города стоял храм, а все дома, в том городе находившиеся, считались священными. Сюда со всех концов земли, из краёв соседних и дальних стекался люд простой и знатный. Служители городского храма встречали всех приходящих паломников, принимали их, поздравляли и благословляли, взяв их за руки, провожали до ворот храма, а оттуда в кельи, сгрудившиеся вокруг храма. Всех прибывших в тот город сразу же по их прибытии вводили в непрестанное богочествование, говоря, что город сей есть Преддверие Неба, а храм городской есть не что иное, как Ворота великолепного и пространного Храма в Небе, где Бог молитвами и хвалениями Ангелов славословится вечно. Священнослужители те говорили также, что по «здешним» и «тамошним» постановлениям нужно сперва непременно войти в храм и там в непрестанной молитве пробыть три дня и три ночи, а потом надлежало посетить прочие дома этого города, кои есть освящённые ими и потому священные. И затем полагалось, переходя из дома в дом, вместе с собравшимися там молиться, делать громогласные возглашения во Славу Бога и проповеданное рассказывать наизусть. Предписано было каждому всемерно стараться, чтобы ничего другого не мыслить и с товарищами ни о чём ином не разговаривать, а только – о святом, благочестивом и относящемся к религии. После всех предписаний и строгих указаний богомолов Ангел, наконец, ввёл своих спутников в храм города того. По обыкновению, он был окружён и наполнен паломниками многими: теми, кто в Мире Естественном имел великие звания, и теми, кто был из простолюдинов. У ворот храма была поставлена стража для того, чтобы оттуда никто не вышел, не пробыв там трёх дней. Ангел, обратившись к его спутникам, сказал им: «Вот уже второй день, как паломники те вошли сюда. Посмотрите на них внимательно и увидите, как они славословят Бога!» Всмотревшись, спутники Ангеловы увидели в стенах храма многих спящих, а которые пробудились, те зевали; лица иных, по причине непрестанного к Богу возвышения их мыслей, которые и не возвращались уже в тело, – их лица казались как бы отделёнными от тела, ибо таковыми они казались самим себе, а потому и прочим; у некоторых глаза были как у исступленных от беспрерывного устремления их вверх. Наконец, все эти молельщики, ощутив нестерпимое стеснение в груди и невыносимое утомление духа, досадуя и негодуя, отворотились от кафедры и закричали: «Довольно с нас!.. Прекратите ваши проповеди! Глохнут наши уши, мы не слышим более голоса вашего, и уже нам омерзителен он!..» После этих отчаянных воплей, обезумевшие богомольцы вскочили и, ринувшись толпою к воротам, сломали их и, в ярости и гневе напав на стражу, прогнали её. Священники же, увидев это, в невозмутимом спокойствии последовали за несчастными богомольцами и, став по сторонам, вновь учили и наставляли их, молясь, экстатически воздыхая и говоря так: «Прославляйте святое празднование, славословьте Бога, освящайте себя! В этом Небесном Преддверии мы посвятим вас вечному Славословию Бога в великолепном и пространном Храме, находящемся в самом Небе, – итак, к наслаждению Вечным Благополучием!..» Но никто уже не внимал этому, и даже едва кто мог слышать по причине отупения ума и измождения тела, происшедшего от двухдневного удручения мыслей и удержания от привычного распорядка жизни и от домашних и торговых дел. Когда же те несчастные старались устраниться от фанатичных священников, то эти, схватив их за плечи или за края одежды, принуждали непослушных возвратиться в пределы храма, чтобы там договорить проповедь свою, – но тщетно, – ибо толпа, воспротивившись, кричала изуверствующим священникам: «Оставьте нас, мы измучены и чувствуем в нашем теле изнеможение до обморока!» И после этих истошных криков явились вдруг четыре Мужа в белых одеждах и в митрах – один из них был в Мире Естественном Архиепископом, а прочие три были Епископы, – ныне же все они Ангелы. Эти четверо, подозвав к себе самодурствующих священников, сказали им: «Видели мы из Неба вас с вашими овцами, как вы пасёте их, – пасёте их даже до исступлений. А не знаете разве, что разумеется через Славословие Бога и тогда через Богочествование и церковные службы в определённые дни и часы? Через них разумеется приносить плод Любви – то есть верно, искренно и прилежно исполнять свою должность; это и есть приношение Любви Бога и Любви к ближнему; это самое объединяет Общество и составляет Благо его; через это самое восславляется Бог и уж затем через Богочествование в установленное время. Разве вы не читали таких Господних слов: „В сем ПРОСЛАВИТСЯ ОТЕЦ МОЙ, да плод мног творите, и будете ученицы мои“ (Ин. 15:8)?!.. – Вы, священники, можете быть в Славословии Богочествования, потому что в этом и состоит ваше Служение и Призвание, доставляющее вам честь, славу и воздаяние. Но, однако же, и вы, – тщеславные, – не смогли бы более прочих пробыть в таком Славословии, если с вашим саном и священническим званием не были бы сопряжены честь, слава и воздаяние!» Сказав это, Епископы приказали стражам у ворот храма выпустить всех желающих выйти вон и впустить всех на богомолье пришедших, ибо вновь подоспело множество и других таких, которые о Радости Небесной не могли мыслить иначе, как только то, что её составляет непрестанное Богочествование, ибо они ничего не знали о состоянии Неба.