77. ТРЕТЬЯ ДОСТОПАМЯТНОСТЬ из Мира Духовного. На другой день опять пришёл ко мне Ангел, проводник мой и спутник, Небом мне данный, и сказал: «Приготовь себя как должно, ибо пойдём теперь к Небожителям на Западе, жившим в Возрасте Третьем, или в Веке Медном! Жилища их находятся от Полудня через Запад к Северу, но не на самом Севере». Я приготовился в дальний путь и пошёл следом за Ангелом. Мы вошли в Небо этих жителей со стороны Полуденной, где в изобилии произраставшие вековые пальмы и лавры образовали рощу, своими терниями известную в тех местах каждому. Мы переходили сии плотные заросли по самой границе с Запада, как вдруг путь наш преградили несущие охрану тех мест Гиганты ростом вдвое выше обыкновенного человека. Они нас с чрезвычайной строгостью вопрошали: «Кто вас пропустил через рощу?» Когда же Ангел уведомил их, что стопы наши направил Бог Неба, – тогда они смягчились и торжественно отвечали нам: «Мы, стражи, приставленные к Небу Древнему Западному, позволяем вам, – проходите!» Миновав рощу, мы вышли на высокий скалистый уступ и вдруг вдали, прямо перед собой, увидели прекрасного вида великую гору, простиравшуюся до самых облаков. Между нами и тою горою, внизу, виднелись многие селения, разделённые одно от другого садами, перелесками и лугами. Проделав немалый путь, мы перешли эти многие селения и забрались на ту великую гору вида прекрасного. И увидели там, на месте вершины той горы, равнину раздольную и на ней город протяжённый и обширный, в котором все дома и башни были сложены из брёвен сосновых. Когда я спросил у Ангела, отчего дома у них деревянные, то он с подробностями многими мне отвечал: «Потому что через Древо означается Благо Естественное, и в этом Благе были на земле человеки Возраста Третьего, или Века Медного; а поскольку через Медь также означается Благо Естественное, то потому и Век, в котором они жили, назвали древние Медным. Здесь также находятся здания священные, из брёвен масличных сооружённые, а посреди них – Святилище, где в ковчеге лежит Слово, данное жителям Азии прежде Слова Израильского, коего Книги Исторические именуются Бранями Иеговы (Bella Iehova), или же Пророческими Изречениями (Enuntiata) – так наименовал их Моисей (Числ. 21:14, 15, 27—30). Сие Слово ныне в Царствах Азии утеряно, а сохранено только в Великой Татарии». Потом Ангел повёл меня к одному священному зданию, войдя в блестящее великолепие которого, мы увидели посреди него Святилище всё в елейном свете. Тогда Ангел, с глубоким почтением глядя на святыню, поведал: «Свет сей производит Древнее Слово, бывшее в Азии; ибо всякая Божественная Истина в Небесах издает от себя Свет». Мы покинули священные своды и, в то время как только вышли через ворота на улицу, услышали, что о нас, как о двух странниках из иных мест, уже давно знают в городе, и что приказано узнать, откуда мы и зачем прибыли к ним, – с этой целью очень скоро пожаловал из местного Суда (Curia) служащий и вежливо пригласил нас туда. Там нас расспросили, откуда мы и для чего пришли к ним. Мы отвечали по истине: «Мы прошли через рощу пальмовую, также мимо Гигантов, стерегущих рубежи Неба, потом через страну многих селений, – из чего вы можете заключить, что не от себя, но от Бога Неба сюда пришли мы! Причина же нашего посещения состоит в том, чтобы получить знание о ваших Супружествах: Единобрачные ли (Monogamica) или Многобрачные (Polygamia) они». На это нам отвечали вопросом: «Что значит „Многобрачные“? Не есть ли они блудные?..» Тогда судебное это сословие снарядило одного Мужа Разумеющего, чтобы он в доме своём нас подобающим образом принял и об этом предмете обстоятельно наставил. Принимая с великим дружелюбием меня и спутника моего в доме своём он, ласково за плечи прижимая к себе жену, сказал так: «Первобытные из жителей, или Древнейшие, которые жили в Любви истинно Супружественной и из неё более всех прочих в Мире были в Силе и Могуществе этой любви, и которые ныне блаженствуют в Небе своём на Востоке, – оставили нам Заповеди о Супружествах, доныне у нас хранящиеся. Мы – потомки их, и они, будучи отцами нашими, как детям своим дали нам Правила жизни, среди которых о Супружествах есть следующее: „Дети, ежели хотите любить Бога и ближнего, ежели хотите быть премудрыми и благополучными навсегда, то советуем вам жить единобрачными! Если же от сей Заповеди отступите, то убежит от вас всякая Небесная Любовь, а с нею и Внутренняя Премудрость, и вы изгнаны будете!“ Повинуясь, как велит долг детям, этой Заповеди отцов наших, мы и познали истину её, состоящую в том, что сколько кто любит единую супругу, тот столько бывает Небесным и Внутренним; и сколько кто не любит единой супруги, тот столько бывает естественным и внешним, – и этот не любит уже никого, кроме себя и изображения мысли своей, а следовательно, он есть бессмысленный и безумный. Поэтому-то все мы в этом Небе – Единобрачные! И поскольку мы таковы есть, то потому все пределы нашего Неба от многобрачных прелюбодеев и блудников охраняются. А если вдруг приходят к нам Многобрачные, то немедленно низвергаются в Тьмы Севера; ежели приходят Прелюбодеи, то низвергаются в Печи Запада; а если приходят Блудники, то низвергаются в Дебри Пустые Полуденные!» Услышав это, я спросил, что значат его слова: «Тьмы Севера, Печи Западные и Дебри пустые Полуденные». Он отвечал мне, что Тьмы Севера есть тупость мыслей и неведение истин, что Печи Западные составляют любви зла и что Дебри пустые Полуденные есть олжетворения истины, они же есть блудодеяния духовные. Потом, несколько поразмыслив о чём-то, Муж Разумеющий сказал: «Следуйте за мной, идём к нашему Хранителю Сокровищ!» Когда мы пришли, то сей служитель, как великую драгоценность, показал нам Писания Древнейших. Оказалось, что писания их были прежде на досках деревянных и каменных, а потом на брёвнах и столбах выглаженных; но потому как прежде, во Втором Веке, излагались писания также и на пергаменте, то хранитель привёл нас и к старинному пергаменту, на котором были записаны ещё в прежние времена Первые (Primaevorum) Правила, списанные с каменных досок, между коими были и Заповеди о Супружествах. Ангел, тщательно осмотрев эти и прочие самые древнейшие достопамятности, наконец, сказал: «Настало время нам уходить!» Мы всех поблагодарили за оказанные нам почёт и внимание и стали прощаться. Тогда по обычаю гостеприимства Муж Разумеющий, как радушный хозяин дома, отлучился в сад и срезал там с масличного дерева несколько ветвей и затем, связав вместе, подарил их нам со словами: «Эти ветви с Дерева особого: с Дерева нашего Неба; ароматный сок этого Дерева подобен чудодейственному бальзаму!» Со словами признательности мы приняли сей памятный дар и удалились, пожелав всем «Мира!». А затем мы с Ангелом благополучно вернулись из Неба того, следуя по пути близ Востока, где не было уже ни стражи, ни иных преград. И тогда вдруг с удивлением великим мы обнаружили, что подаренные нам масличные ветви, с Древа того Неба срезанные, превратились в медь чистую, концы же их – в золото; это совершилось в знак того, что мы на самом деле были в Небе у Народа Третьего Возраста или Века, именуемого Медным.
78. ЧЕТВЁРТАЯ ДОСТОПАМЯТНОСТЬ из Мира Духовного. Минуло два дня и мой спутник Ангел, вновь со мною о Любви беседуя, сказал: «Окончим изучать „Период Возрастов“! Остаётся теперь Возраст или Век последний, именуемый Железным. Народ этого Века обитает на бескрайних просторах в Северной части Неба, со стороны Западной. Происходит тот народ из древних жителей Азии, у которых было Слово Древнее, и из оного состояло у них Богочествование, – следовательно, жили они до пришествия Господа нашего в Мир; об этих веках известно из Писаний Древних, во времена которых века те минувшие и были так названы – Век Железный. Те же самые века разумеются у Пророка Даниила через статую, Навуходоносором виденную, коей голова была из золота, руки и плечи из серебра, живот и бёдра из меди, голени из железа, а стопы из смеси железа и глины (Дан. 2:32, 33)». Всё это поведал мне Ангел уже в пути, который показался нам кратким и скорым за разговорами о разных предметах, занимавших наши мысли; ибо пространства и оттуда расстояния в Мире Духовном есть только видимости по состоянию мыслей. Тем временем мы проходили через разные и многие селения. Когда же мы оказались в лесу, смешанном из буковых, ильмовых и дубовых дерев, – то, осмотревшись вокруг, увидели по левую сторону медведей, а по правую леопардов. Заметив моё удивление и смятение, Ангел, желая успокоить, пояснил мне: «Это не медведи и не леопарды, это стерегущие сих Жителей Севера человеки! Они обоняют своими ноздрями сферы жизненные всех мимо проходящих путников и нападают на всех Духовных, так как сами жители – Естественные. Те, которые читают только Слово, но никакого учения оттуда для жизни почерпнуть не могут, представляются издали как медведи; утверждающие же оттуда лжи представляются леопардами». Но увидев нас, они отвратились, и мы прошли мимо. За лесом показались поля злаков, разделённые на уделы, окружённые буком; за ними земля простиралась косогором к долине, на которой были многие города, один подле другого. Пройдя некоторые из них, мы вошли в один великий город, в котором улицы и дома были расположены неправильно и как придётся; все здания там были построены из кирпичей, а кровли тех домов были покрыты корою. На площадях высились капища из резного известкового камня. Мы вошли в одно из них, взойдя на три ступени, и увидели вдоль стен многих идолов различных форм, а перед ними, на коленях, толпу молящихся; посредине возвышались хоры, на которых виднелось изображение лика их бога – защитника этого города. В то время как мы выходили оттуда, Ангел рассказал мне, что идолы оные у Древних, живших ещё в Веке Серебряном, были изображениями, служащими для представления духовных истин и нравственных добродетелей; но когда Знание Соответствий ушло из памяти, а потом вовсе было утрачено и погибло, то изображения эти тогда сделались сперва лишь предметами для почитания, но затем им стали поклоняться как Божествам, из чего и произошло Идолопоклонство. Когда мы вышли из капища, то невольно наш взор привлёк странный вид местных жителей и их одеяния; при этом мы увидели, что лица у них словно стальные, цвета синеватого, а все одеты они как комедианты: с полотенцами вокруг бёдер, висящими из-под исподней одежды, стянутой на груди, и на головах у них были шапки кудрявые. Но тут сказал Ангел: «Довольно этого! Поищем-ка теперь наставление о Супружествах Народов этого Века!» Тогда, ведомые предчувствием Ангела, мы вошли в дом одного вельможи, у которого на голове была необыкновенного вида шапка башнями. Он радушно нас принял со словами: «Входите, и побеседуем!» Мы вошли в преддверие и там сели. Когда я, по праву чужестранного гостя, попросил рассказать достопочтенного хозяина о Супружествах в обычаях этого города и страны, то он важным голосом отвечал: «Мы не живём с одною женою, но некоторые с двумя и тремя, а некоторые со многими, – потому что нас увеселяют лишь новые впечатления и разнообразие, а ещё повиновение и честь, как и положено мужскому нашему величеству! Это всё мы имеем от жён, когда их много, ибо с одною не было бы той приятности, которую мы ощущаем от разнообразия, но от однообразия нам – невыразимая скука! И хотя нет нам наслаждения от ласки из повиновения, но зато невыносимо нам равенство! И пусть не испытываем мы счастья от господствования или почестей, но всё же спорим и боремся мы за своё старшинство! Да и что значит женщина? Не для того ли она рождается, чтобы покоряться воле мужа и чтобы раболепствовать, а не господствовать? По этой причине каждый муж в доме своём здесь имеет власть, подобную власти царского величества; и такое состояние, будучи из нашей любви, есть также блаженство жизни нашей». Но тогда с удивлением спросил я его: «А как же Любовь Супружественная, которая из двух душ составляет одну, сочетает мысли и делает блаженным человека? Таковая Любовь не может разделяться; если же она разделяется, то возникает тогда таковой жар, который долго затем ещё не перестает в крови кипеть и не проходит!..» На это он отвечал: «Не понимаю, что ты говоришь! Что же иное делает блаженным человека, как не ревность жён за честь и первенство своё?» Сказав это, муж тот вошёл в женскую комнату и отворил двое дверей: исходящая оттуда похотливость произвела такой смрад, как от болота, по причине той, что это происходило из Любви многобрачной или многожённой, которая есть брачная и вместе с тем блудная; потому я в сей же миг встал и тотчас плотно затворил двери. Потом я с недоумением спросил: «Как же вы можете на этой земле пребывать, когда у вас нет никакой Любви истинно Супружественной, и притом вы поклоняетесь идолам?» На это вельможный Муж отвечал: «Относительно любви брачной или сожительственной (connubialem) мы ревнуем за жён наших так сильно, что не допускаем даже, чтобы кто-либо вошёл внутрь домов наших дальше преддверия, – и так как у нас есть ревность, то поэтому есть и любовь! Что же касается до идолов, то мы потому им и поклоняемся, что не можем мыслить о Боге Вселенной иначе, как через виды и образы, поставленные пред глазами нашими; и мы не можем возвести наших мыслей выше чувственности телесной, ибо Бог выше вещей, видимых телесными глазами». Тогда я с нарочитым сомнением опять спросил: «Не многообразны ли идолы ваши? Как они могут впечатлять видение Единого Бога?» Он мне отвечал, что это для них сущая тайна и что тут скрывается и в этом заключается у них некоторая особая форма Богочествования во всяческом его разнообразии. Такие речи побудили меня сказать ему по истине: «Вы совершенно чувственные – телесные! Нет у вас ни Любви к Богу, ни Любви Супружественной, заимствующей хотя бы малое нечто из Духовности; ибо сии только любви совокупно образуют Человека и из чувственного делают его Небесным!» Едва успел я это досказать, как вдруг, будто молния мелькнула, ярко вспыхнув сквозь оконные ставни. Когда я спросил, что это такое значит, то хозяин уведомил меня: «Такая молния есть знак, что идёт к нам Древний Мудрец от Востока, который нас учит о Боге: что Он есть Един, Единственный, Всемогущий, который есть Первый и Последний. Он также увещевает нас, чтобы мы не почитали идолов, но только взирали бы на них как на изображения, которые представляют добродетели, происходящие от Единого Бога, и совокупно составляют Его чествование; сей Древний Мудрец есть Ангел наш, которого мы почитаем и коему повинуемся, – приходит же он к нам и восстанавливает нас, когда впадаем мы в тёмное Богочествование из фантазии о кумирах». Выслушав всё это со вниманием, мы по обычаю простились и вышли из того дома и потом из города. Во время обратного пути, из всего нами увиденного в разных Небесах заключили мы вывод о Движении по Кругу Любви Супружественной в пределах Небесных: что она перешла от Востока в Полдень, отсюда в Запад, и оттуда в Север; что она умалялась согласно обращению своему – на Востоке была она Небесною, в Полдне была Духовною, на Западе стала лишь Естественною, а на Севере стала и вовсе чувственною; что умалялась она в такой же степени, в какой умалялась Любовь к Богу и почитание Его. Из чего и следует заключить, что эта Любовь Супружественная в Первом Веке была как Золото, во Втором как Серебро, в Третьем как Медь, а в Четвёртом как Железо, и что наконец её не стало. Тогда Ангел, проводник и спутник мой Небесный, сказал: «Однако же, я надеюсь, что эта Любовь от Бога Небес, который есть Господь, воскрешена будет, поскольку может быть воскрешённою!»
