Эмма Скотт – Грешник (страница 22)
Я проснулась, переполненная предвкушением и желанием той женщины, от которого обжигало кожу, а между ног полыхал пожар.
– Боже, что это было?
Сон казался таким же ярким и реальным, как сны о Японии и России: я слышала шум города, людей, вдыхала свежий речной воздух, аромат абрикосовых и персиковых деревьев, миндаля и инжира… На меня вдруг нахлынули воспоминания о том, что Кассиэль рассказал мне в пабе о своем прошлом.
– Это была… Ларса? – выдохнула я в пустую комнату.
Кас говорил, что из-за нашей связи его воспоминания могут проникнуть в мое подсознание. Что-то мне в этом не понравилось тогда и в это утро тоже казалось неправильным. Но его не было рядом, чтобы спросить, а взгляд на часы сообщил, что нужно собираться на работу.
Я приняла душ и натянула обычную рабочую «униформу» – юбку и бесформенный свитер. Немного подкрасила ресницы тушью. Сварила кофе и медленно выпила его с ломтиком дыни и рогаликом со сливочным сыром. Кассиэля все еще не было.
– Странные выходные, возможно, официально закончились, – пробормотала я, игнорируя боль в сердце.
Я ждала так долго, сколько могла, но теперь уже опаздывала, а Кассиэль, очевидно, не собирался объявляться. Поэтому я схватила свою сумку и направилась к выходу.
Поезд прибыл вовремя, и я вышла на углу Лексингтон и Пятьдесят третьей улицы в Мидтауне и на лифте поднялась на девятый этаж здания Конвей. Под руководством исполнительного директора Кимберли Пол «Оушен Альянс» процветала уже в течение трех лет, и теперь у нас в распоряжении был весь этаж.
– Привет, Дейл, – поздоровалась я с секретарем и выдавила из себя улыбку.
– Доброе утро, Люси, – улыбнулся он в ответ. – Как прошли выходные?
Я кашлянула.
– Ох, все то же, все там же.
Я поспешила прочь и нырнула за перегородку своей кабинки. У нашего офиса была открытая планировка, а еще бесчисленное множество растений и потрясающий вид на город. Зоны приблизительно по сорок столов частично разделялись стенами, и в каждой зоне сидели люди из разных отделов. Яна Гилл, глава отдела бухгалтерского учета, сидела рядом со мной, как и Эбби Тейлор, главный маркетолог, которая создавала все наши рекламные и информационные видеоролики.
Я возглавляла отдел логистики, получив повышение всего три месяца назад. Учитывая мою степень в биоинженерии, это было не очень сложно, но зато не требовалось ни с кем общаться. И после моих бесед с Кассиэлем мне пришло в голову, что я брала «большие идеи» других людей и изучала их в попытках понять, как их можно воплотить в реальность.
Раньше меня это не беспокоило, но в то утро вдруг заволновало. Сильно.
Эбби и Яна уже сидели за своими столами, придвинув стулья поближе, чтобы обсудить прошедшие выходные. Яна одарила меня теплой дружелюбной улыбкой. У нее были светлые волосы, собранные сзади в конский хвост, и темные круги под глазами: недавно у нее родился мальчик.
Эбби изучающе меня оглядела. Ее темно-каштановые волосы были идеально уложены, макияж безупречен, а одежда стильная и по последнему слову моды. Она напоминала мне моделей из трейлера фильма «Дьявол носит Prada», в то время как я скорее походила на Энн Хэтэуэй в ее бесформенном лазурном свитере с крошками от рогалика на груди.
– Привет, Люси, – поздоровалась Яна. – Ты сегодня прекрасно выглядишь.
– О, эм… спасибо, – пробормотала я, садясь на свое место и убирая сумку под стол. – Как Уайатт?
– Ему повезло, что он такой милый, – ответила Яна, устало улыбаясь. – Я уже не помню, что такое сон.
– А как насчет тебя, Люси? – поинтересовалась Эбби. Почему-то ее «Люси» прозвучало снисходительно, в то время как в исполнении Яны мое имя звучало ласково. – Ты и сама выглядишь немного усталой. Долгая ночь? Мы его знаем?
Я покраснела и занялась приведением в порядок своего уже организованного, безупречно чистого стола.
– Нет, нет. Просто плохо спалось прошлой ночью.
– Ну разумеется, так и было, милая. Очевидно, что я тебя поддразниваю.
На нас повеяло ароматом сандала.
– Доброе утро, дамы, – произнес низкий голос.
Мои щеки тут же как по команде вспыхнули. Гай Бейкер перекинул руку через перегородку Эбби, на его загорелом лице сияла уверенная, непринужденная улыбка. На исполнительном вице-президенте красовались джинсы, клетчатая рубашка с закатанными рукавами и походные ботинки Timberland. Его песочные волосы были немного взъерошены, как будто именно он провел бессонную ночь, позволяя чьим-то женским пальцам зарываться в них.
– Привет, Гай, – ответила Эбби и скользнула понимающим взглядом от меня к нему. Мне это не понравилось. – Ты выглядишь потрясающе этим утром. Чем можем помочь?
– Ким хочет, чтобы все руководители отделов собрались в конференц-зале в десять. – Он ухмыльнулся. – Наш бесстрашный лидер весь в работе, никаких игр. Как обычно.
– Эта женщина проработает весь свой медовый месяц, если мы ей позволим, – с нежностью заметила Яна.
– Точно, – буркнула Эбби. – Я все еще не могу поверить, что у нас не будет девичника. Это форменное преступление, учитывая, что невесты две.
– У нас есть четыре дня, чтобы переубедить ее. – Гай ослепил меня своей мегаваттной улыбкой. – Увидимся там, дамы.
Аромат его одеколона задержался в воздухе, а мой взгляд – на спине парня.
Обычно я бы уже ругала себя за то, что не выдавила ни единого слова приветствия и не смогла поддержать легкую беседу. Но, если не считать невольного румянца на щеках, присутствие Гая не околдовало меня, как бывало раньше. И я не могла удержаться, чтобы не сравнить грубоватого, светловолосого любителя активного отдыха Гая с холеным, темным лоском Кассиэля. Более разных мужчин, чем эти двое, найти невозможно.
– Ну вот вам и пожалуйста. – Эбби покачала головой, глядя на меня. – Боже, девочка, если бы тоска была олимпийским видом спорта…
У меня обожгло щеки.
– Нет, я не… Короче, неважно.
– Брось, Эбби, – вмешалась Яна. – Гай первоклассный красавчик. Не будь я счастлива в браке и с ребенком, тоже увлеклась бы им. – Она встала со стула. – На этой ноте мне нужно больше кофе. Кому еще?
Мы обе отказались, и Яна направилась в кафе-кондитерскую-фруктовую лавку, которую Кимберли организовывала для нас каждый понедельник, чтобы облегчить начало недели.
– Это впечатляет, – сказала Эбби, с легким стуком каблуков подкатывая свой стул обратно к столу. – Как долго ты здесь работаешь? Два года? Ты как грустная девушка из «Реальной любви». Весь офис, включая Гая, знает о твоей влюбленности.
– Не лезь не в свое дело, Эбби, – пробормотала я. Но сказала это так тихо, что она не услышала.
– Ты должна ему сказать, – продолжала она. – Просто подойди к нему и скажи: «Гай, прошло два года. Мое тело готово».
Я вскочила со стула.
– Нам стоит поторопиться на собрание.
Конференц-зал представлял собой пространство со стеклянными стенами с одним длинным столом и расставленными вокруг стульями. Также здесь располагались экран и проектор для показа статистических данных и слайдов о работе «Оушен Альянс» по всему миру: очистка воды от пластикового мусора, мониторинг бурения нефтяных скважин и охрана прибрежных районов.
Кимберли Пол уже ждала нас. В своем комбинезоне цвета хаки и тяжелых ботинках она выглядела скорее как стильная работница фабрики, нежели исполнительный директор успешной некоммерческой организации. Ее светлые волосы были повязаны банданой в стиле «Клепальщицы Роузи»[19]. На безымянном пальце левой руки поблескивала россыпь разноцветных драгоценных камней.
– Доброе утро, доброе утро, – произнесла она своим хриплым голосом, как у Деми Мур. – Заходите, усаживайтесь. Как вы все знаете, меня неделю не будет в офисе, начиная со следующего понедельника…
Зал взорвался свистом и одобрительными возгласами, от которых она со смехом отмахнулась.
– Вы уверены, что готовы оставить дом в полном распоряжении детишек? – с ухмылкой спросил Гай.
– Я верю, что ты не сожжешь организацию дотла, но если хочешь подарить мне счастливый медовый месяц, то придется проследить, чтобы поезд «больших идей» мчался на всех парах.
Первого числа каждого месяца Кимберли хотела, чтобы сотрудники рассказывали об инновационных идеях: о связях с другими компаниями, знаменитостях, которых мы могли бы привлечь для рекламы, и так далее. Следующий понедельник как раз был первым числом месяца.
Я снова и снова прокручивала в голове свою идею с обувью. Я уже продумала большую часть аспектов, включая стоимость, дизайн и воздействие на окружающую среду. Единственное, что оставалось сделать, – это решиться и представить свою идею коллегам. Пока остальные перебрасывались фразами, я медленно вдохнула. Слишком многое было поставлено на карту, чтобы промолчать, но…