Эмма Хамм – Стон океана (страница 9)

– Зачем ты позвал меня?

– Океан разбудил меня. Города этих людей наносят слишком много ущерба. Война под водой должна прекратиться. – Еще один хриплый вдох, словно его жабры не справлялись со своей работой. – Начнешь с Тау. Тебе нужна помощь, чтобы свергнуть этот город. Я – та самая помощь.

– И чем же ты можешь мне помочь? Если только тебя не нужно сначала освободить… – Фортис потянулся было именно это и сделать, но следующий приказ заставил его замереть:

– Нет!

– Нет? – повторил он, царапнув когтями крышку. – Ты не хочешь выйти?

– Мне пока рано возвращаться в океан. – Еще один хриплый вдох. Существо продолжило: – Пока не придет время, я буду здесь. Возвращайся в Тау. Та женщина, что ты встретил раньше, будет твоим ключом.

– Не думаю, что они снова подпустят меня к перерожденным. Но если таково мое течение, то я постараюсь.

Голос стал резче, острее:

– Не та женщина. То безвольное тело, что ты украл, никакой роли в плане не играет. Другая. Вот ее ты должен убедить помочь нам.

Большая женщина, пахнущая морем? Ее он должен был заманить на их сторону? Фортис даже не был уверен, возможно ли это. Она охотилась на него, как настоящий воин. Ее сложно будет убедить. Она явно была верна своему городу и тем, кто им управлял. Все это лишь усложняло ему задачу.

– Как? – спросил он. – Если ты хочешь, чтобы я добился цели, мне нужно что-то больше простого приказа.

– Ты же глубинник. Неужели вы разучились просить океан о помощи?

– Я просил о помощи много раз за свою жизнь, но океан никогда не дает мне прямых ответов.

Повисла долгая пауза. Фортис уже начал опасаться, что существо в саркофаге потеряло веру в него. Но тут раздался еще один протяжный, странный вздох.

– Ах вот оно что. Ослабла она с возрастом. А может, просто не хочет больше вмешиваться, как раньше. Ничего. Я тебе открою один секрет, глубинник, и только один. Используй воспоминания той женщины против нее. Только так ты убедишь ее вам помочь.

Ее воспоминания?

Свет ушел из саркофага, и сложно было понять: то ли Фортис себе это все представил, то ли существо внутри снова уснуло. Так или иначе, теперь у него был ответ.

Снова найти ту женщину. Это должно быть несложно.

Город точно найти просто, так что Фортис направился обратно к громадному человеческому строению. Теперь, зная, где скрывается Тау, он не мог понять, как его народ ни разу их не нашел. Может, дело было в том, что они всегда держали огни погашенными. Город скрывали от глаз высокие барьеры. Издалека он бы и не подумал, что там есть что-то кроме привычных облаков песка.

Но теперь глубинник знал, что скрывалось под щитом. Знал его уязвимость. Бо́льшую часть дня он провел в поисках маленького прохода, не закрытого их магией. И нашел. Маленькую дыру под изгибом металла, где забыли поставить щит. И вот он уже мог свободно шнырять по всему городу. У них было мало окон, но Фортиса не интересовали живущие внутри ахромо. Они напоминали ему жителей Альфы. Лоснящиеся и приукрашенные, словно яркие рыбки в океане. Настолько мелкие, что даже хищники не обращают на них внимания.

Красивые рыбешки в окружении больших охотников. Даже еще не осознали, что они тоже съедобны.

Работая хвостом, Фортис обплывал здание по кругу снова и снова. Так много переплетенных тоннелей. Сложно представить, что ахромо удобно там ходить. Словно каждые несколько шагов пол куда-то поворачивался.

Остальные города были построены примерно одинаково. Этот же, кажется, проектировал какой-то безумец.

Просочившись между парой таких тоннелей, Фортис обнаружил в центре сооружение поменьше. Там были небольшие иллюминаторы, в которые можно было заглянуть.

Внутри бродили ахромо. Некоторые из комнат явно предназначались для тренировок. Он видел, как борются друг с другом воины, хватая и швыряя друг друга с могучей силой. Он остановился присмотреться, не дерутся ли они всерьез.

И тут Фортис увидел ее. Большую женщину, привлекшую его внимание с самого начала. Она тоже с кем-то дралась. Самец был куда больше нее и что-то говорил. Да, она сама была огромной, но пусть эти ахромо и были одного роста, ей не хватало его веса, так что самец легко бросил ее через всю комнату.

По позвоночнику Фортиса пробежало странное ощущение, и он оскалился, глядя, как на женщину нападает кто-то другой. Она перекатилась на бок, прижимая ладонь к ране на боку. Когда она подняла голову, из ее носа текла кровь, и Фортис с удивлением осознал, что вот-вот вспыхнет от ярости. Ему не нравилось видеть ее в крови.

Нет, не так. Фортису не нравилось смотреть, как кто-то другой пускает ей кровь, когда это была исключительно его прерогатива. И еще ему не нравилось ошибаться. Он думал о женщине как о воине, а значит, ей не полагалось совершать таких ошибок. Самец был сильнее, больше. Не нужно было и пытаться сражаться с кем-то подобным. Он мог порвать ее на части.

Но тут, несмотря на рану и кровь, лицо женщины исказилось в разъяренном боевом крике, и она кинулась вперед. Самец врезался спиной в стену у окна, с треском впечатавшись затылком в стекло иллюминатора, и сполз на пол. Почти без сознания.

Фортис находился слишком далеко, чтобы его было видно в темноте, но готов был поклясться, что она его заметила. Эта женщина с непокорными темными волосами и кровью на лице смотрела глубиннику в самую душу.

Глава 7. Алексия

– Нельзя же так над собой издеваться, – проворчал доктор Баркер, разглядывая открывшиеся раны на ее ребрах. – Ничего не заживет, если будешь продолжать драться.

– Я должна быть готова.

– Ты должна отдохнуть. Я сообщил Оригиналу Харлоу, что тебе нельзя перенапрягаться, иначе тебя придется отстранить от активности. – Он вздохнул и потянулся за ниткой и иголкой на столе.

Алексия пришла к доктору сразу после тренировки. Остальные телохранители уже уяснили, что ей не нужно сочувствие. Ей нужно тренироваться. Тот ундина кружил вокруг нее на чудовищной скорости и победил слишком уж быстро. Этот факт задел гордость Алексии, да. Но это еще не значило, что она не могла стать сильнее. Подготовиться лучше.

В следующую их схватку она пустит ему кровь. Просто обязана.

Все считали, что ундина сбежал и больше не вернется. А вот Алексия была уверена в обратном. И она всегда доверяла своим предчувствиям. Ее тело знало правду, которую голова еще не осознала, и она уже давно научилась слушать эти чувства. Даже сейчас чуяла, что он где-то рядом.

У ундины был план. Он ту перерожденную забрал не просто так. Слишком легко ему удалось проскользнуть в их город, который теперь жил в режиме повышенной боеготовности. Тех солдат, что совершили ошибку и пронесли ундину в город, казнили. Но ничто не могло остановить того зверя. Вот в этом Алексия была уверена.

Встряхнув головой, она прокашлялась.

– Вы же знаете, я не могу не готовиться к его возвращению. Никто из нас не может.

– Это всего лишь один ундина. Одно существо, которому не пробраться в город снова. Никому из них это раньше не удавалось.

– То, что у них не получалось раньше, еще не значит, что у нас нет уязвимых мест. Мы постоянно выходим наружу. Значит, есть проходы. А значит, телохранители должны пристально следить за каждым из них, прежде чем мы сможем рискнуть и снова оставлять своих Оригиналов в одиночестве. – Алексия поморщилась. – Харлоу в гостях у бывшего мужа. Только поэтому у меня было время на тренировку. Как же все это… выматывает.

Доктор Баркер чуть нахмурился. Он повернулся к ней, держа в руках иглу.

– Выматывает?

«Блин!»

Алексии не положено было выматываться. Или вообще что-либо чувствовать. Она была личным телохранителем Харлоу. День за днем. Если она уставала, от этого стоило лечиться. Если она не высыпалась за то время, что спала Харлоу, от нее полагалось избавиться.

– Простите, – пробормотала она, опустив взгляд на руки и сжав кулаки. – Не так выразилась.

– Как ты себя чувствуешь последнее время, Алексия? – спросил доктор, растягивая слова. Словно давая ей шанс передумать. – Если устаешь, могу дать тебе лекарство.

Да не нужно ей было еще больше лекарств. Она хотела чувствовать эту усталость. Она была не физическая, она не мешала Алексии защищать Оригинала. Скорее, она просто устала быть телохранителем, устала от монотонности своего существования. Порой оно было просто бесконечно сложным.

Но ничего из этого Баркеру она сказать не могла. Знала, как это прозвучит.

– Я правда в порядке, доктор. Я не то имела в виду.

Он наклонился ближе:

– Алексия, если ты не скажешь мне, что не так, я не смогу тебе помочь. А если кто-то другой узнает, как ты себя чувствуешь…

Он не закончил фразу, но и не надо было. Алексия знала, что случится, если кто-то заподозрит, что она не идеал во плоти.

Двери в комнату разъехались в стороны с хлопком сжатого воздуха, и внутрь разъяренным шагом вошла Харлоу.

– Ты почему мне не сказала, что ныряла за перерожденной в воду? – рявкнула она. – Ты гонялась за ундиной в каком-то хлипком экзоскелете?

Сегодня она выглядела особенно прекрасной, даже в окружении стерильного белого врачебного кабинета. Волосы Харлоу были убраны в аккуратный низкий пучок, несколько прядок обрамляли идеальное лицо. На ней было белое платье без лямок, очерчивающее ее тонкую фигуру и заканчивающееся на округлых бедрах. На ногах красовались милые белые туфли на каблуке, обнимающие щиколотки россыпью тонких шелковых бабочек, трепещущих при каждом движении.