Эмир Радригес – Метаморфоза (страница 26)

Олег отвёл взгляд. Снова началось. Это самое чувство, которое нагрянывает на него с тех пор, как Алиса заболела. Он упёрся рукой в стену и пытался глубоко дышать. Мужики разговаривали о чём-то, до Олега доносились лишь обрывки фраз.

-- Да тебе же хреново, Олег… -- хлопнул по плечу Бануш. – Весь бледный...

-- Мне уже лучше… -- соврал Олег.

-- Мы тогда впереди пойдём. Последняя комната осталась. Оттуда и вонь… -- сказал Серемей.

Мужики вышли в коридор. Олег опомнился, поднял ружьё на всякий случай и двинулся следом. Те уже прошли в конец коридора и свернули в спальню.

Олег приметил, что дверь была сорвана с одной петли. На её внутренней части остались следы от ударов чего-то твёрдого. Вероятно, от мерзких костяных наростов… Тварь вышибла дверь. Существо, которое раньше было прилежной ученицей… Антон держал её взаперти!

-- Вонища, -- послышался голос Виктора.

-- Пусто. Никого, -- сказал Серемей.

Олег вошёл в комнату. Розовые тона, куча плюшевых мишек в углу, разбитое зеркало и кровать… с желтушными потёками на простыне. Как полиция умудрилась «ничего интересного не обнаружить»?! Быть может, они что-то скрывают? Или они просто оказались сбиты с толку и ничего не поняли?

-- Посмотрите-ка, -- присвистнул Бануш.

-- Снова шаришься по чужим вещам? Что за привычка? – спросил Серемей.

-- Что это? Уроки?

-- Нужны мне её уроки! – воскликнул Бануш. – Это личный дневник девчонки!

Глава 7

Когда Лила открыла глаза, то испугалась темноты. Она не понимала, где она и что случилось, поэтому прощупывала ладонями землю, траву и ветки вокруг себя. Нет, она проснулась не в уютной кровати, посреди ночи, а где-то в лесу... Всё походило на кошмар. Девушку пронимала мелкая дрожь от майского холода горной ночи. Солнце давно скрылось за горизонтом, непроглядный мрак поглотил окрестности. Руки и коленки жгло ссадинами, уже успевшими затянуться кровяной коркой. Кажется, она упала с велосипеда, только совершенно этого не помнила. Наверное, ударилась головой и потеряла сознание, хотя и не чувствовала головной боли. Не помнила она и того, как здесь оказалась. Где она вообще?

Велосипед лежал рядом, портфель с учебниками за спиной… И жуткий холод. Она была в одной лишь красной рубахе в черную клетку и в джинсах. Куртку с собой не взяла, потому что на велосипеде ехать от дома до школы и обратно – та ещё зарядочка, а дождей не обещали… Но теперь наступила холодная ночь.

Лила расплакалась от страха и обиды. Куда она забралась? Как отсюда выбраться?

Из-за тёмных зарослей кустарника слышалось журчанье реки. Лила вспомнила, как решила по пути из школы свернуть с дороги и приехать к речке. У неё было слишком плохое настроение, чтобы сразу ехать домой к полоумному отцу и выслушивать его вечное нытьё и нравоучения. Да и после событий в школе она хотела хорошенько проплакаться и отдохнуть. Река успокаивала и как бы уносила своим течением её страдания.

Андрей, главный заводила в классе, учуял неделю назад, будто Лила воняла бомжами больше обычного и для Лилы начался новый виток травли. Одноклассницы подхватили мысль Андрея и развили её в идею о том, что Лила таким образом выращивает на своей немытой башке армию вшей. И это всё ради того, чтобы захватить мир и отомстить всем обидчикам. Над этим можно было бы посмеяться, если бы шутки действительно ограничивались лишь шутками…

Лила поднялась с земли, отряхнулась, вытерла слёзы. И почему она не разбилась на этом велосипеде насмерть?! Так было бы гораздо лучше. Всё равно впереди её ждёт только одна боль, даже после окончания школы. Ничего ведь не изменится, такой уж у неё характер, люди всегда будут относиться к ней с презрением. Она будет обречена на жизнь в одиночестве, без друзей, без любви. Кому она вообще такая нужна? Если даже мать бросила её…

Нужно было ехать домой, в тепло и уют, вот только одна лишь мысль о разъярённом отце отбивала всё желание возвращаться. Но делать нечего, на улице она может замёрзнуть и насмерть. Лила подняла велосипед и направилась по тропинке через заросли, испуганно всхлипывая и вытирая всё новые слёзы. Несколько раз она заходила в тупики из густого кустарника, что значило одно – в темноте она сбилась с невнятной тропы и теперь бредёт наугад. Охватывала паника, хотелось бежать и кричать. Только никто всё равно не поможет. Здесь и днём людей не сыщешь, а ночью и подавно. Тем не менее, направление Лила держала правильное и, хоть не скоро, но вышла к дороге и села на велосипед.

Было слишком темно даже на дороге. Встречный ветер обжигал прохладой и заставлял прилагать дополнительные усилия, бёдра быстро забились усталостью. И это ещё учитывая, что приходилось подниматься в гору. Сложнее ехать стало, когда Лила свернула на разбитую грунтовку, тянущуюся наверх к их коттеджу. Девушка то и дело попадала колёсами в выбоины, которые не могла разглядеть сразу, приходилось постоянно останавливаться, чтобы перевести дух и поставить велосипед на ровный след от автомобильных колёс. Она расплакалась ещё сильнее, от обиды и усталости. И зачем её отец вообще выбрал именно такое труднодоступное место для постройки дома? Почему бы не жить, как все нормальные люди – в деревне? Тогда у Лилы, быть может, нашлись и друзья. Тогда не пришлось бы сидеть вечерами после школы в одиночестве. Хотя… Может оно и к лучшему, ведь заводить друзей у Лилы никогда не получалось, зато она всегда умудрялась находить себе недоброжелателей.

К дому она добиралась целую вечность и совершенно измоталась. Лила бросила велосипед у самого входа, дверь оказалась запертой, да и в окнах свет не горел. Отец лёг спать? В гараже машины не было, значит, отец отправился на её поиски. Тем и хуже. Уж лучше бы она вошла домой и приняла на себя весь негатив с порога, пока настроение и без того было хуже некуда. Теперь же ей придётся напряжённо ожидать возвращения родителя и волноваться ещё сильнее.

Лила отправилась в душевую и смыла с себя грязь. Тёплые потоки воды успокаивали и расслабляли, несмотря на жжение ссадин – на боль девушка уже почти не обращала внимания. Слишком сильно устала. Она чувствовала, что рухнет в постель и уснёт прежде, чем голова коснётся подушки. Некоторое время она всматривалась в зеркало, разглядывая синяки и царапины. Тогда-то она и заметила странное красное пятно на спине. На ощупь казалось, будто под кожей спрятался шарик. Что это? Фурункул, полный гноя? Какая мерзость… Но красное пятно не болело даже при нажатии.

-- Лила, твою мать! – послышался через дверь злобный голос отца. В страхе забилось сердце. – Дочь шалавы! Живо выходи из душа! Или я сломаю дверь!

Отец ударил по двери кулаком и Лила в спешке принялась одеваться. Девушка вышла из душа и тут же айкнула от крепкого подзатыльника. В голове зазвенело.

-- Ты где шлялась?! – рявкнул отец. – Ты видела время?! Взрослой стала?! Решила в мамашу свою проститутку пойти?!

-- Я…

-- С кем гуляла?!

-- Я… Я потеряла сознание… по дороге… -- пролепетала Лила.

-- Кого ты там потеряла? Езжу, ищу её! На часы смотрела? Уже давно за полночь! – отец приблизился к Лиле, будто готовясь ударить ещё раз.

-- Я не виновата! – воскликнула Лила. – Я потеряла сознание и очнулась только ночью!

-- Чё за тупые отмазки, тебе самой не смешно? Получше придумать не смогла? Думаешь, я тупой и ничего не понимаю?

-- Я не вру!

-- В своём возрасте уже по хуям решила пойти?

Губы Лилы задрожали, полились слёзы, и она попыталась уйти, но отец грубо схватил её за локоть.

-- Куда? Стой здесь, когда я с тобой разговариваю! С кем гуляла?!

-- Я же… говорю! Ни с кем! Я упала! И потеряла сознание!

Антон вдруг увидел, что его дочь покрыта ссадинами и мелкими царапинами. Он тут же поменялся в лице.

-- Тебя кто-то снова обидел? – спросил он тихим голосом. – Скажи честно. Откуда раны?..

-- Потеряла сознание и… и упала с велика…

Антон пристально посмотрел на дочь, пытаясь определить ложь. Хрупкая и мягкохарактерная… слишком уж настойчиво она гнёт свою линию. Неужто в самом деле потеряла сознание?

-- А отчего? – спросил он. – Тебе поплохело?

-- Я не помню, -- всхлипнула Лила, пытаясь и не врать, но и при этом сказать нечто убедительней. – Может на кочку наехала и ударилась головой… Хотя она не болит…

Антон присмотрелся к ссадинам ещё раз. Они не были похожи на удары, скорее всего Лила действительно где-то упала.

-- Но тогда где ты отлёживалась? Я проехался по всем дорогам и тебя не нашёл.

-- Я по пути от школы…заехала к речке, в лес.

-- Сдурела по лесам ходить? Я тебе этого не разрешал. Заблудиться не хватало ещё! – затем немного подождав, добавил. – Ещё раз такое повторится – получишь уже по-настоящему. Понятно?