Эмилия Вон – Десятый (страница 9)

– Семья, – провозгласил отец, обращая внимание к обеденному столу. – Присаживайтесь.

– А вот и тот самый Карло Марони: авторитетный, властный и грозный тренер года, – подшутила мама, проходя мимо отца и легко хлопнув его по животу, садясь справа от него. Папа занял привычное место во главе стола, Антонио сел слева, рядом с ним расположились Лусия и Сильвия, затем маленькая Савана за своим стульчиком. Я заняла место рядом с мамой.

Ужин был сервирован изысканно, как обычно бывает, когда собирается вся семья. Мама приготовила одно из моих любимых блюд – пасту с трюфельным соусом, а на десерт ждали традиционные канноли с фисташковым кремом, специально приготовленные к этому случаю.

– Итак, Джемма, как продвигается твой проект? – попросил папа, протягивая руку за пармезаном.

Я рассказала им о последних месяцах работы над своей коллекцией, о редких прогулках, чтобы разгрузиться и поймать вдохновение, и бессонных ночах за швейной машинкой. Все слушали с нескрываемым интересом, задавали вопросы. Но больше всего, конечно, мама.

– Никогда не слышала ничего подобного, милая, – сказала она, нежно сжимая мою руку, лежащую на столе. – Ты обладаешь талантом и страстью к делу. Я знаю, что у тебя все получится!

Ее уверенность передалась мне через прикосновение, и внезапно все сомнения, терзавшие меня последнее время, улетучились. Поддержка двух ключевых женщин, сформировавших меня как дизайнера, вдохновила меня поверить в собственные способности.

Ужин протекал в приятной обстановке, разговоры плавно переходили от одной темы к другой, пока не коснулся важной составляющей нашей семейной жизни – футбола. Будучи дочерью бывшего игрока и ныне действующего тренера, я привыкла к постоянным обсуждениям матчей, анализа игры и споров о составе команды. Папа и Антонио могли бесконечно спорить о тактике и выборе состава, и мы с мамой и Лусией лишь обменивались понимающими взглядами и улыбками, ожидая, когда закончатся дебаты. Тоже самое произошло и сейчас, но неожиданно прозвучало имя, заставившее меня замереть с вилкой у рта:

– Фабиано, – сказал Антонио, обращаясь к отцу. – Он отлично провел межсезонье и демонстрирует отличный прогресс на тренировках. Думаю, стоит выводить его с первых минут. Он докажет свою значимость, как и всегда, играя…

Слова брата рассеялись в дымке. Я никогда не думала, что простое упоминание имени способно так сильно повлиять на меня. Но услышав, как брат назвал его, мое сердце учащенно забилось. Будто кто-то дотронулся до струны внутри меня, натянутой и ожидающей этого момента.

Фабиано… Тот самый парень. Та самая ночь перед отъездом в Париж, проведенная с ним и оставившая глубокий след в моей памяти, более значительный, чем я могла себе представить.

Наша встреча была неожиданной, страстной, необдуманной и глупой. Мы были незнакомцами, случайно встретившимися в ночном клубе. Он был загадочным, привлекательным и… травмированным. Его лицо скрывалось под маской, и мы почти не разговаривали. В тот момент меня не интересовали его имя, происхождение или связь со спортом или моим отцом. Тогда он стоял за диджейским пультом, уверенно управляя музыкой, и я даже не допускала мысли, что он может заниматься чем-то подобным футболу. Единственное, что я знала, – между нами возникла сильная искра, которую невозможно было проигнорировать.

В тот день я была пьяна, и это был худший день рождения за всю историю человечества.

Вечеринка изначально задумывалась как небольшой семейный праздник с близкими друзьями, но неожиданное присутствие моего бывшего парня, который в последние месяцы наших отношений вел себя как полный придурок, все испортило.

Я знала, что мой отец всегда мечтал видеть Сэмюэля Альвареса в роли моего супруга, поэтому стоило ожидать, что он предпримет попытки нас вновь свести.

В пятнадцать лет Сэмюэль признался мне в любви и объявил о намерении жениться. Тогда это казалось романтичным и немного ребяческим, но вскоре он начал проявлять знаки внимания, и через пару лет мы вступили в официальные отношения. Они продолжались примерно два года.

Все развивалось довольно, эм… неплохо. Сэм был добр ко мне, осыпал подарками, водил на шикарные мероприятия, смотрел со мной любимые телевизионные шоу, тщательно организовывал свидания и был хорошим любовником. Казалось, он воплощал образ идеального парня, о котором мечтает каждая девушка. Первый бойфренд, первый поцелуй, первый секс. Некоторое время я действительно верила, что впереди нас ждет прекрасное будущее.

Но вскоре Сэмюэль начал оказывать на меня давление, требуя обсудить с отцом возможность его перехода в «Королевские Щиты». Изначально это были простые просьбы, которые постепенно переросли в настойчивые требования и ультиматумы. Споры участились, отношения осложнились оскорблениями и взаимными обвинениями.

Мы ругались, но через пару дней он снова возвращался с извинениями и обещаниями, и я прощала. Каждый чертов раз. Но однажды, когда я сообщила ему о планах поступить во «Французский институт моды» в Париже, Сэм категорически не поддержал это решение. Напротив, он взбушевался, обвиняя меня в эгоизме, заявив, что мне безразлично его будущее, раз я ставила свою карьеру и свою жизнь на первое место.

Тогда мы сказали друг другу много обидных слов и расстались. Но отец решил, что нашему союзу необходим второй шанс, и пригласил Сэма на празднование. Чуда не произошло.

Он попытался заставить меня поменять решение и отказаться от поездки. Когда я осталась непреклонной, он произнес слова, которых меньше всего ждешь от своего лучшего друга и первой любви, от человека, который заявлял о своей любви и требовал от меня самой поддержку, которую сам же не мог мне оказать.

«У тебя все равно ничего не выйдет. Ты обречена на провал, потому что таких, как ты, тысячи. В тебе нет ничего особенного, Джемма. Ты всего лишь пустышка без твоей фамилии».

А потом Сэм потерял контроль: он грубо оттолкнул меня, а затем ударил по лицу. Однако, как ни странно, его слова ранили глубже, чем любые физические удары. Они вселили зерна сомнений в моей голове, и порой напоминают о себе по сей день.

Тем не менее этот инцидент положил конец нашим отношениям.

Никто не узнал о произошедшем, никакого заявления в полицию не поступало, потому что я решила не портить ему карьеру. Мы публично заявили, что расстались из-за сложностей поддержания отношений на расстоянии.

Мне хотелось доказать ему обратное. Я не принимала его утверждение, но уязвимая часть меня продолжала верить сказанному. Я ненавидела эту слабость, но не могла остановить ее. Эти слова всплывают каждый раз, каждый раз, когда наступал тяжелый день, и проявляются в моменты слабости, когда сталкиваюсь со своими страхами и сомнениями…

Почувствовав на себе пристальный взгляд, я обернулась к отцу и увидела, что он внимательно наблюдает за мной, будто ожидая какой-то реакции.

В чем дело? Почему…

Вот же черт!

Неужели я настолько предсказуема?

– Да, ты прав. Стоит вернуть Фабиано, – ответил отец Антонио, продолжая изучать меня взглядом.

Я попыталась улыбнуться отцу, чтобы отвлечь внимание от своих мыслей. Кажется, это сработало, потому что он слегка приподнял уголки губ и вернулся к обсуждению футбольного матча. Я облегченно вздохнула.

Ужин продолжался, и вскоре я вновь погрузилась в уютную атмосферу семейного тепла. Несмотря на все испытания и тревоги, я знала, что рядом есть люди, которые всегда поддержат меня, независимо от обстоятельств. Мне не нужен был никто другой, чтобы поверить в себя и достичь успеха, устранить назойливый шепот сомнений. Но почему тогда мой разум постоянно возвращался к тем глазам и тому моменту, когда тихий голос произнес мне слова, которые я отчаянно хотела услышать вновь:

«Мне не нужно знать тебя десять лет, чтобы увидеть в тебе уверенную, смелую, целеустремленную девушку с амбициями и, мать его, яйцами, которых не было у твоего бывшего. Ты как драгоценный кристалл, обладающий внутренней силой и прочностью, но при этом оставаясь хрупкой и нежной, нуждающейся в бережном отношении. Ты поистине красива, и я рад, что он этого не замечал…»

Фабиано не знал меня и определенно не признал во мне дочь Карло Марони в нашу первую встречу. Да и как он мог? Если ввести мою фамилию в поисковике, мое имя не появится среди результатов, как в случае с другими членами моей семьи. Я избегала камер и публичных мероприятий, предпочитала держаться подальше от футбола, хотя была с ним тесно связана с детства. Мне редко удавалось посещать матчи, но даже тогда я сидела в специальной семейной ложе с Сэмом, мамой или друзьями.

Ранее я никогда не встречала Фабиано Мартинеса, хотя неоднократно слышала его имя за семейным столом. Я не знала, как он выглядит, и уж точно не ожидала столкнуться с ним в ночном клубе и обратить на себя его внимание.

Это было настоящее безумие!

Интересно: смогла бы я снова найти его в том заведении? Что если бы мы повторили ту ночь?

«О-о-о, нет, нет, нет! Выбрось эти глупые мысли из головы, Джемма. Тебе следует сосредоточиться на предстоящей работе, а не на каком-то парне из ночного клуба, пусть даже он был чертовски горячим и прекрасно владел пальцами не только за диджейским пультом, но и на твоем теле!» – отчитал меня внутренний голос.