Эмилия Дарк – Групповуха (страница 2)

– Вы… – ее голос сорвался на хриплый шепот, когда палец резко вошел внутрь, заставив все тело вздрогнуть.

Он не дал договорить. Его член, толстый и тяжелый, уже покрытый блестящей смазкой, уперся в растянутый влажный вход. И без всякой подготовки, одним мощным движением бедер, вошел до самого основания, разрывая узкое сопротивление мышц ее щелки.

Она вскрикнула – резко, высоко, как раненая птица, ногти впились в полированную поверхность, оставляя тонкие царапины. Губы дрожали, по щекам катились слезы, но он не останавливался, не давая опомниться.

– Уже мокрая? – он усмехнулся, вытащив себя почти полностью, заставляя ее почувствовать каждый рельеф, каждую пульсирующую вену на своей горячей плоти. Его большой палец нашел чувствительный бугорок, сжал его, заставив тело выгнуться в немом крике. Он показал ей пальцы, блестящие от ее же смазки.

– Грязная девчонка.

Затем прижал их к ее губам, заставив облизать. Она почувствовала свой же вкус – сладковатый, терпкий, с горьковатым оттенком возбуждения.

И он начал двигаться. Медленно сначала, с каждым толчком заставляя стол дрожать, бокалы звенеть, ее бедра – податливо скользить по холодной поверхности. Потом быстрее, жестче, глубже, пока в ушах не зазвенело, а перед глазами не поплыли темные пятна. Он не давал закрыть глаза.

– Смотри, – хрипло прошептал он, – смотри, как ты принимаешь своего шефа.

И она смотрела. На его напряженный живот, покрытый каплями пота. На то, как его член, блестящий от их смешанных соков, исчезает в ее покрасневшей, растянутой плоти. На свои собственные пальцы, судорожно цепляющиеся за край стола. И на его ухмылку – довольную, хищную, торжествующую.

Это не было просто сексом. Это был ритуал. Акт подчинения. Утверждение власти.

И самое страшное – ее предательское тело отвечало на каждый толчок, сжимаясь в сладостном спазме, заставляя ноги дрожать, а внизу живота разгораться всепоглощающий огонь.

Когда он наклонился, его губы коснулись ее уха:

– Получай.

И ускорился. Она чувствовала, как теряет контроль, как границы реальности расплываются, остается только это – его тяжелое дыхание, хлопки тел, пронзающая боль и странное, извращенное наслаждение.

Ее ногти оставили глубокие царапины на дорогом дереве. Губы были прикушены до крови. А между ног – мокро, горячо, невыносимо хорошо.

И когда волна накрыла ее, заставив все тело содрогнуться в немом крике, он прошептал:

– Ты теперь моя.

Эти слова прозвучали не как вопрос, а как констатация факта. Его горячее дыхание обожгло ухо, а грубые пальцы впились в её бёдра, удерживая на месте, пока её тело ещё содрогалось в последних судорогах.

И всё это время Марк смотрел. Стоял в двух шагах, опёршись о бар, с бокалом виски в руке. Его взгляд скользил по её обнажённому телу – по растянутым на столе ногам, по животу, вздымающемуся от частого дыхания, по груди, на которой застыли капли пота. Но больше всего – по её лицу.

Он видел её стыд. Видел, как её щёки пылают, как губы дрожат, как она отводит глаза, но не может оторваться.

– Ну что, Марк? – шеф не спеша вытащил из неё свой член, блестящий от её смазки. – Как тебе наша новенькая?

Марк сделал глоток виски, его глаза сузились.

– Обучается быстро.

Она хотела закрыть лицо руками. Хотела убежать. Хотела исчезнуть. Но её тело не слушалось. Оно помнило каждый толчок. Помнило, как он приказывал. Помнило, как называл её "грязной девчонкой".

И это воспоминание заставляло пульсировать между ног. Шеф не был красавцем. Его тело – грубое, с шрамами, с сединой на груди – не сводило женщин с ума. Но власть, которая исходила от него, была наркотиком.

Он использовал её. Как вещь. Как игрушку. Как собственность. И этот факт – тот самый, который должен был заставить её ненавидеть себя, – возбуждал до невероятности.

– Встань.

Она послушалась. Ноги дрожали, но она встала.

– Подойди к Марку.

Его голос прозвучал спокойно, почти буднично, словно он просто давал очередное рабочее указание. Но в этих словах не было места для возражений – только холодная, непререкаемая команда.

Аня сделала шаг. Потом ещё один. Её босые ноги скользили по полированному паркету, оставляя влажные следы – смесь её смазки и его спермы. Воздух в комнате казался густым, насыщенным запахом секса, дорогого виски и чего-то ещё – чего-то животного, первобытного.

Марк стоял неподвижно, прислонившись к бару. Его пальцы неторопливо обводили край бокала, но взгляд – тёмный, тяжёлый – был прикован к ней. К её дрожащим рукам. К её покрасневшим соскам. К тому, как её бёдра всё ещё слегка подрагивали после того, как шеф только что оттрахал ее, не церемонясь, и так смачно кончил в неё.

– Встань на колени.

Его приказ прозвучал ровно в тот момент, когда она остановилась перед Марком. И она опустилась.

Паркет снова оказался холодным под коленями. Где-то в глубине сознания мелькнула мысль – "Боже, что я делаю?" – но тело уже двигалось само, повинуясь тому голосу, который теперь звучал у неё в голове громче собственных мыслей.

Шеф подошёл сзади. Его пальцы вплелись в её волосы, сжали их в кулак – не грубо, но твёрдо. Без возможности сопротивляться.

– Покажи, чему я тебя только что научил.

Он наклонил её голову вперёд. Марк не шевелился. Только усмехнулся, наблюдая, как её губы – уже покрасневшие, слегка опухшие – оказались в сантиметре от его ширинки.

И она… Она открыла рот. Словно на автопилоте. Словно это было единственно возможным действием в этой реальности.

Первый вкус – дорогая ткань, лёгкая солоноватость пота, едва уловимый аромат мужского возбуждения. Её язык скользнул по молнии, почувствовав твёрдость под ней.

Марк наконец пошевелился. Одной рукой он расстегнул брюки, другой – провёл пальцем по её губам.

– Какая послушная, – прошептал он, глядя поверх её головы на шефа. – Буквально за несколько минут сделал из неё идеальную шлюшку.

Шеф усмехнулся и потянул её волосы сильнее, заставляя ещё шире открыть рот.

– Она просто знает, где её место.

И когда Марк освободил свой уже твёрдый член, она даже не ждала следующей команды. Она уже знала, что делать. Её губы сомкнулись вокруг головки, язык скользнул по уздечке, а пальцы сами потянулись к его яйцам, чтобы нежно помассировать их.

И самое страшное? Ей это нравилось. Не только его вкус. И даже не его член. А то, как они смотрят на неё сверху вниз. Как шеф одобрительно хмыкает, когда она берёт глубже.

Глава 3. На коленях перед ними

Как Марк закатывает глаза от удовольствия, когда её язык делает очередной точный круг. Как оба пользуются ею, а она… Она просто подчиняется. И от этого между её ног снова становится мокро.

"Я никогда не думала…" – Эта мысль пронеслась в голове, пока её губы скользили по длине его члена, а язык вырисовывал медленные круги вокруг головки. – "Я никогда не думала, что окажусь на коленях перед ними."

Марк. Тот самый Марк, с которым она пила кофе в офисе два дня назад. Который смеялся над её шутками, который показывал фотографии своей собаки. Теперь он смотрел на неё совсем другими глазами. Тёмными. Голодными.

Его пальцы вцепились в её волосы, направляя движения её головы, заставляя брать глубже.

– Да… вот так… – его голос звучал хрипло, совсем не так, как в переговорке.

Она чувствовала, как его член пульсирует у неё во рту, как предэякулят смешивается с её слюной, как её собственное тело предательски реагирует на каждый его стон.

А за её спиной стоял он. Дядя. Его руки скользнули по её бёдрам, грубые пальцы впились в плоть, заставляя её выгнуться.

– Ты так красиво выглядишь, когда слушаешься, – прошептал он ей на ухо.

И она сжалась внутри от этих слов.

"Боже, что со мной?" – Она никогда не представляла себя такой. Никогда не думала, что будет так возбуждаться от этого. От власти в их голосах. От стыда, который разливается по щекам. От осознания, что она добровольно открыла рот. Что она добровольно глотает. Что она хочет, чтобы они использовали её дальше. Марк резко дёрнул её за волосы, заставив оторваться от члена.

– Открой глаза, – приказал он.

Она послушалась. И увидела себя в зеркале на противоположной стене. Растрёпанную. С опухшими губами. С мокрым подбородком. С глазами, полными стыда и возбуждения.

– Нравится? – шеф провёл пальцем по её спине.

Она не ответила. Но её тело ответило за неё. Промежность начала пульсировать, дрожа от неудовлетворённости, и Аня невольно свела ноги вместе, чтобы унять эту зудящую пустоту в лоне. Марк усмехнулся.

– Кажется, она хочет больше.

Шеф наклонился к её уху.

– Меняемся местами. – Шеф хрипло бросил команду, и в следующий миг его сильные руки положили ее на стол и перевернули, как куклу. Теперь она лежала на спине, голова свисала с края стола, а перед глазами встал его член – толстый, с набухшими венами, покрытый блестящей смесью её слюны и его смазки.

– Открывай рот, племяшка.