Эмили Дункан – Безжалостные боги (страница 63)

– Три Стервятника. И целая рота солдат.

Женщина перевела ошеломленный взгляд на Надю.

«Ох, видимо, они ждут, что я убью Стервятников».

Малахия потер подбородок, прикрывая рукой гниль, разъедающую его кожу.

– Ты здесь главная? – спросил он у женщины.

Она кивнула, и страх сменился замешательством.

– Я Аня.

– Малах… Хотя это не имеет значения. Монах никому не сказал обо мне, ведь так?

Аня кивнула.

– Отлично.

Малахия запрыгнул на стену, балансируя на острых зубцах с невероятной грациозностью, недоступной людям.

– Он со мной, – устало произнесла Надя, наблюдая за приближающимися огнями. Она надеялась, что брат Иван расскажет об этом остальным. – Просто… предупреди людей о нем.

Потрясение Ани все еще не сменилось гневом, и Надя понадеялась, что той удастся оценить всю практичность этого. Шагнув вперед, Надя подошла к сидевшему на корточках Малахии. Слегка сгорбившись, он неподвижно застыл на стене, но она видела, как чудовище старается вырваться на поверхность.

Он молча протянул руку, и Надя вложила в нее свою исхудавшую ладонь.

– Перестань сопротивляться, – попросил он. – Если твоя богиня не хочет давать тебе силу, которая так тебе необходима, используй свою собственную.

– Я не сопротивляюсь, – прошипела она.

Его глаза потемнели, но прикосновение осталось все таким же ласковым. Подняв прядь волос, выпавшую из Надиной косы, он заправил ее за ухо. И Надя вновь вспомнила, как ощущались его губы во время поцелуя.

Но тут он внезапно полоснул своим железным когтем по ее ладони. С ее губ сорвался вскрик, скорее от удивления, чем от боли, и Малахия пожалел ее.

Вот только стоило крови хлынуть из раны, как вверх по ее руке рванула волна силы. Бурный поток, который прорвался сквозь давно сдерживаемую плотину. Надя вцепилась в стену, а второй рукой стиснула ладонь Малахии, чувствуя, как слабеют колени. Но он даже не покачнулся, принимая на себя ее вес. Кровь медленно заливала их ладони.

– Богохульство на святой земле, – пробормотал он. – Смотри, как далеко ты зашла, Надежда Лаптева.

– Для богохульства требуется дурной замысел, – парировала она.

Надя вытерла кровь, капающую с носа, а затем опустила руку в карман, чтобы сжать между пальцами бусину Маржени.

Но в ответ ощутила лишь волну презрения.

Малахия посмотрел куда-то поверх ее головы.

– Towy szanka, – тихо произнес он.

Эти же слова он сказал ей перед тем, как покинул собор. Маленькая святая.

– Тебе не претит сражаться с земляками? – спросила Надя.

У нее кружилась голова, а по телу пробежала нервная дрожь, как бывало в моменты, когда Марженя давала ей особо сильное заклинание. Но эта магия была… ее собственной? Рожденной ею самой? Надя с ужасом подумала о том, что способна сжечь себя изнутри. Она не знала, как колдуют ведьмы, и не понимала, как эта магия поведет себя в ее руках.

– Ненавижу это, – он замолчал на мгновение, а затем продолжил: – Разберись со Стервятниками своими силами.

– Не думаю…

– Перестань недооценивать себя, towy dżimyka.

– Ну да, обычно же это делаешь ты, – спокойно ответила она.

Малахия усмехнулся и, подняв ее руку, поцеловал окровавленные пальцы. Но тут же опустил, потому что к ним подошел Костя.

– Постарайся в этот раз не попадаться под арбалетные стрелы, – подтолкнув друга, сказала Надя.

– Они пришли за ней? – спросил он у Малахии, но тут же отшатнулся, когда транавиец перевел на него взгляд своих потемневших глаз.

Несколько мгновений Малахия обдумывал ответ, теребя в руках одну из костей, вплетенных в волосы, а затем пожал плечами.

– Не уверен. Возможно, это случайный отряд. Но то, что среди них есть Стервятники, говорит об обратном.

– А они не могли появиться здесь из-за тебя? – спросила Надя.

– Тогда они подписали себе смертный приговор. Я не особо снисходителен к предателям.

– Сколько среди них магов крови? – поинтересовался Костя.

– На самом деле они все могут ими быть, – ответил Малахия с ноткой снисходительности в голосе, которую Надя слышала уже не раз. – Ведь мы говорим о магии крови.

Костя стиснул челюсти.

– Аня, – позвал он через плечо. – У вас есть здесь какие-то реликвии?

Аня оборвала на середине один из приказов, а на ее лице медленно расплылась улыбка.

– Да, есть.

– Реликвии? – переспросила Надя. – Какие реликвии?

Малахия словно в статую превратился.

– Что за реликвии? – обратилась Надя к нему.

И получила в ответ пронзительный взгляд. Надя вспомнила о ворьене, вырезанном из кости, и о том, как легко ей удалось ранить им Малахию, хотя ничто другое не могло причинить ему вреда. А что она сможет сделать с чем-то, напитанным божественными силами?

Не это ли выход из положения? Не обращаться к Маржене, а впитать божественные силы из объекта, наделенного ими? Надя не верила, что богиня даст ей заклинания, в которых она нуждалась, к тому же она обладала собственной магией, тьмой, силой. Но, решив воспользоваться ею, она отречется от своего божественного призвания. Это станет шагом на дорогу, с которой ей уже не сойти.

Сжав руку в кулак, Надя вытащила из-за пояса костяной ворьен.

– Принеси их, – сказала она. – Они мне понадобятся.

– Неужели ты готова растратить ваши драгоценные реликвии на изможденную группу транавийцев, затерявшихся вдали от дома? – выдавил Малахия сквозь полный рот железных зубов.

– Мы оставим одного из них в живых, и он расскажет всей стране, что мы больше не допустим, чтобы транавийцы превращали в пепелище наши деревни и церкви, – огрызнулся Костя.

Малахия впился в Костю взглядом, и с каждым мгновением его глаза становились все темнее и темнее.

И Надя поняла, каким будет его решение, еще до того, как Малахия пошевелился. Она дернулась, чтобы остановить Малахию, но пальцы ухватили лишь воздух у его локтя, когда он спрыгнул со стены, расправляя в воздухе черные покрытые перьями крылья, и через мгновение скрылся в темноте.

– Проклятье, – выругалась она.

– Куда он отправился? – спросил Костя.

– Предупредить Стервятников.

28

Наджеда

Лаптева

Своятова Инесса Безродная: «Никто не знал, какой бог или богиня одарили ее своим благословением. Но жизнь Инессы оказалась наполнена мучениями. Ее возлюбленную, Марью Телкинову, обратил коварный кашивхесе, и Инессе пришлось убить не только ее, но и жителей целой деревни, на которую напала Марья. Говорят, река Гованицы появилась из слез своятовы Инессы».

Надя дрожащими руками потянулась к ковчегу[5] и подняла крышку. Внутри находилось полотно, покрытое кровью. От силы, исходившей от ткани, ее покрытая шрамом рука запульсировала с такой силой, будто в ее ладони билось сердце. И Надя не понимала, почему испытывает такую боль и почему так реагирует на реликвию. Может, Малахия лгал ей? Но по какой-то причине ей казалось, что это не так. Она просто не понимала, что это за сила.

Надя осторожно вынула саван из ковчега и тут же зажмурилась от потока божественной силы, обрушившейся на нее и вызывающей дрожь по телу.

Аня шокированно уставилась куда-то поверх Надиной головы.

– Кто-нибудь раньше пользовался им? – спросила Надя.